Чтение онлайн

— А как там, в России? Как там люди живут? У вас так же, как и у нас, местечковые лорды королю подчиняются? Или как в Эльдринии совет князей?

Меелина снова не дождалась ответа, и продолжала говорить:

— А у нас тут война с варварами намечается. Наши клезонские воины вместе с эльдрицнами в поход идут, на варваров. А то распоясались нынче варвары…

Сергей, который по понятным причинам не хотел рассказывать о себе, был только рад, что хозяйка не слушает, а просто говорит, рассказывая в очередной раз то про охоту местного лорда, то про войну с варварами.

Гости ели, пили, хозяйка продолжала тараторить. Потом кучер уехал. Меелина показала Сергею с Инновой их комнату. Здесь убранство было более скромным, чем в их доме в Коемертоне. Иннова как-то недовольно скривила носик.

— Понимаю, это не царские палаты, — заметив ее мимику, сказала хозяйка, — но что есть — то есть.

— Зачем нас сюда привезли? — спросил Звягинцев.

— Я не знаю, — пожала плечами Меелина, — мне сказали, встретить гостей — я встретила. Я свои обязанности выполнила, господин.

Первые несколько дней ничего не происходило. Меелина кормила и поила гостей, а все остальное время они были представлены самим себе. Сергей осторожно пытался расспросить Иннову о магии, о том, как она открыла в себе способности и развивала их.

— Сначала это было очень трудно, чувствовать ману, — рассказывала девочка, — можно просто думать так, что ее чувствуешь, но на самом деле, ты это только воображаешь. Очень трудно отделить реальные ощущения от воображаемых. Это только если долго тренироваться. Сначала нужно в тишине это делать, чтобы никто тебя не беспокоил. Очень трудно сосредоточиться. Но потом, постепенно, начинаешь понимать, между ощущением маны и своим воображениям. И тогда ты становишься магом. Говорят, в школе магии этом учат. Только там все происходит гораздо быстрее, чем если тренируешься сам.

— А придворные маги, Мелинда, Зутеран, тоже учились в школе магии? — спросил Сергей.

— Конечно! Иначе бы их не пустили ко двору. А то и на костре бы сожгли.

— А ты не боишься?

— Чего?

— То, что тебя на костре сожгут.

— Ну, ты же меня не выдашь, правда?

— Я тебя конечно не выдам, — сказал Сергей и крепко обнял свою жену, — но мало ли… вдруг случайно.

Они стояли возле леса, деревня виднелась вдали.

— Я же осторожно, — тихо прошептала Иннова.

— А что ты вообще умеешь? Из магии?

— Ну… могу предметы двигать. Которые не сильно тяжелые. И не очень долго. Быстро устаю. Еще умею ощущать настроение человека, его эмоции, но читать мысли как Зутеран не умею. Я как-то подслушала разговоры магов и потом поняла, что моя стихия — это земля, а способности — ментальная магия.

— Слушай… а давай один небольшой эксперимент проведем.

— Эксперимент? — удивленно подняла брови Иннова, — что такое эксперимент?

— Сейчас объясню. Только, давай уйдем подальше от деревни.

— В общем, смотри, — по дороге объяснял Сергей, –ты будешь ощущать мои эмоции. Они будут иметь какой-то цвет. Ты должна назвать мне этот цвет. Хорошо.

— Ладно.

Звягинцев остановился.

— Начинай, — сказал он и представил синее-синее небо.

На секунду Сергею показалось, будто кто-то дотронулся до его головы. А потом Иннова сказала:

— У твоих эмоций нет цвета, — сказала она, — но мне показалось, что ты думал о чем-то синем.

— Так. Хорошо. А сейчас.

И он представил бескрайнее поле, где росла зеленая трава.

— А сейчас твои мысли пахнут сенокосом.

— Сенокосом? Интересно. А как это… проявляется, что «мои мысли пахнут сенокосом». Ты как это ощущаешь?

— Ну… я не совсем, наверное, правильно сказала. Мысли не пахнут. Но ощущение такое же, как от сенокоса. Не знаю. Это трудно объяснить.

— Так… А сейчас.

Сергей представил космос. Бескрайний космос, множество звезд, галактик, млечный путь.

— Ой, — сказала Иннова, — что-то жуткое. Там нет света. И очень холодно.

— Как, совсем нет? — удивился Звягинцев.

— Есть. Но очень далеко. Так далеко, что это даже сложно представить. Это такая чернота, как в пещере, и на краю этой пещеры маленькое пятнышко света. Только вот пещера бесконечная. А пятнышко выглядит как точка. Правда, таких пятнышек очень много… но все равно, они ужасно далеко и это очень жутко. Я боюсь. Давай больше не будем «проводить эксперимент».

— Ладно. Пошли обратно.

«Нет, премию Гудини[1] нам бы не дали, — подумал Сергей, — все-таки, ее описания слишком субъектные, хотя и близки к тому, о чем я думал. Очень близки».

— Я все еще боюсь этой черноты в тебе, — пожаловалась Иннова, — откуда она. Что она означает?

— Не бойся. Я просто представлял… в нашем мире это называется космос. Он находится очень высоко. Там где нет воздуха.

— Насколько высоко? Выше, чем летают птицы?

— Выше. Намного выше.

— Но разве в небе страшная тьма?

— На самом деле не страшная… Я даже не знаю, как бы тебе объяснить…

Сергей некоторое время растерянно молчал, шагая рядом и пытаясь собраться с мыслями.

— В общем, это очень долго рассказывать. Давай я буду просто тебя учить тому, что знаю сам, а потом ты все поймешь.

— Давай.

— Ну, тогда и начнем урок, пока идем домой. Но только ты никому об этом не говори.

— Конечно. Буду нема как рыба, — пообещала Иннова.

— Тогда для начала, скажи мне вот что. У вас как считается, Земля — круглая или плоская?

— Земля? Я нигде не видела круглой земли.

— Тогда, похоже, я буду тебя учить очень долго.

— А я готова учиться долго!

— Ладно. Тогда я сначала расскажу тебе о мире, откуда пришел. Наш мир — это как бы ваш мир в будущем, но без магии. У нас никогда не было магии, и поэтому мы были вынуждены постигать природу вещей. И по мере постижения природы вещей мы без магии стали как маги. Например, мы смогли подняться высоко-высоко в небо, и оттуда увидеть, что Земля круглая. Как шар.

— А как люди не скатываются вниз с этого шара? — спросила девочка.

— Ну… это очень большой шар. На нем легко удержаться… — улыбнулся Сергей.