Чтение онлайн

27

Две книги: Венок на могилу Преосвященнаго Иннокентия и Афон, или критические разсказы о нем г. Благовещенскаго, имел удовольствие получить исправно. Книги оныя по Вашему совету, я прочитал, а книгу об Афоне я прочитал с великим негодованием на сочинителя, который написал свои разсказы в духе Б. П., и из хорошего извлекает только нехорошее, и за это надо наименовать сочинителя не Благовещенским, а зловещенским. Справедливо Вы сделали замечание, что сочинитель этой книги не имеетьв себе даров Святаго Духа. В Домашней Беседе, на странице 594-й сказано: «не христианская рука водила этим пером». Посему удивительно, что этот сочинитель по своей фамилии происходить из духовнаго звания, а в таком черном виде описал святое место. Я с своей стороны прибавлю то, что если не сатана, то кто нибудь из первых его чиновников, диктовал сочинителю писать так, а всего удивительные, что цензурою дозволено напечатать такую ругательную книгу, которую и другим давать читать совестно.

19 Сентября 1864 г.

Афон сияет истинным Богопочитанием и благочестием. Там земная воинствующая церковь, и небесная торжествующая благодатию Божиею. Там обитают истинные подвижники, земные ангелы и небесные человеки, работают Господу со страхом, по слову св. Давида, и радуются Ему с трепетом, и всем благочестивым людям подают своею жизнию назидательный пример. Одни только беси и нечестивые люди в Свете Христовом находят тьму, и в благочестивой жизни тамошних смиренных иноков видят личину и черноту, которых в самой вещи нет - и сообщают о том публике. Так поступил и Благовещенский в издании своей книги об Афоне, который не только все святыя Обители тамошния, то есть, штатные и общежительные монастыри, скиты и отшельническия жилища насмешливо и ругательно описал, но и чудотворныя Иконы, находящияся в тамошних монастырях похулил и о чудесах самой Божией Матери недоверчиво написал как будто все это обман; а всего удивительнее, что той книге его, воплотившийся нашего ради спасения, Сын Божий нигде даже неудостоен имени Господа, и называется только Иисусом Христом, как бы обыкновенный человек. Посему и тамошние бедные иноки, посылаемые в Россию для испрошения милостыни ради Христа, обруганы за то, что они привозят с собою части Святых мощей и Животворящее древо Спасителя, и, по желанию благочестивых людей, служат молебны и святят воду, и за это из России вывозят тысячи золотых полуимпериалов, которые, ругатель православия, Благовещенский пересчитал. А о том, что иностранные музыканты, актеры и актрисы и отличныя певицы приезжают в Россию, задают музыкальные вечера, разныя представления и действительно вывозят многия тысячи из России, никто справедливой критики об этом не написал, кроме чрезвычайной похвалы, что оне удивили своими талантами глупую публику. Но, к сожалению моему, эта книга об Афоне Б. П. понравилась, потому что написана в духе его, ибо и Б. П. о монашестве имеет суждение не лучше Благовещенскаго; ибо когда две родныя его сестрицы оставили светскую жизнь и удалились в пустыню, то он горько плакал о них, как о погибших... а о том, что он более двадцати лет живет развратно ни разу не вздохнул и не прослезился, и брачную жизнь, Самим Богом благословенную, презрел, да и в Других оную не одобряет, чем он новому поколению дворян служит камнем претыкания; ибо юные, взирая на престарелаго и весьма умнаго Б. П., могут также жить как и он, и живут, то есть, не знать ни в чем греха и все себе позволять.... Но по моему мнению следовало бы предать умнаго Б. П. церковной епитимии, то есть, запрятать его лет на семь в монастырь, чрез каковое средство он образумился бы и принес бы плоды покаяния. Впрочем, не посетуйте Вы на меня, что я осмелился о высокородных людях так писать, ибо писал наиболее от сердечнаго сожаления моего о будущей участи их.

28

Два последния письмеца Ваши имел удовольствие получить исправно, за которыя приношу Вам благодарность мою. Статью о сновидении Вашем и о собеседовании с Б. П. я прочитал с удовольствием. Скажу Вам - и я в то же время видел замечательный сон; будто какой-то страшный черный пес издали крепко лаял на меня, и ярился и хотел броситься на меня, чтобы угрызть и растерзать. ... И я от страха зараз проснулся и размышлял: кто бы этот человек был, помышляющий сделать мне зло? Но Вы в письме своем обяснили это недоумение мое! Конечно Б. П. хотя и высокороднейшая особа, но все он не выше святой Афонской горы! И о св. Афонской горе во всеуслышание низко пишут ругательную критику, а Б., П. человек не безгрешный. Заочно говорят о царях, о патриархах, об архиереях, о министрах, о губернаторах и о великих вельможах: овий - благ есть, т. е. добрый человек, а об иных говорят - ни, т. е. человек весь дурных правил, величавый, распутный и высоко о себе думающий и прочее, и прочее.... И если Б. П. будет жаловаться на меня Святейшему Синоду, то мне этим никакого зла не сделает, ибо меня за него далее Сибири не пошлют, а себе он сделает лихо. Справедливо премудрый Соломон сказал: обличение нечестивому - раны ему!... Так и Б. П. как нечестивый, пятинедельную выдержал трясучку - ярясь в духе своем на Вас и на меня.

Святый Апостол Павел пишет: Братия, благотворения и общения не забывайте, таковыми бо жертвами благоугождается Бог. А посему и я советую Вам написать Б. П. письмо и поздравить его с новым годом, с пожеланием всех благ от Бога, и, вместе с сим, прибавить о том, что Вы ехали к нему с намерением попросить денег тысячу р. с., но раздражительная беседа остановила, а теперь-де повторяю Вам мою нижайшую просьбу о снабдении меня во одолжение 1000 р. с.; но чтобы Вам не затруднять себя пересылкою, то я в Январе месяце лично явлюсь к Вам за принятием оных денег. Почему советую Вам, по прибытии в Москву, побывать у Б. П, и когда Б. П. дасть Вам денег, поблагодаря его за оныя, сделайте ему предложение и о том, чтобы он пожаловал Вам деньги, назначаемыя им Вам в наследство по духовному завещанию, на которыя Вы ему выстроете памятник как князю Пожарскому, или еще гораздо лучше онаго, т. е. устроите в память его Богоугодное заведение для помещения и пропитания престарелых и заслуженных чиновникови бедных дворянок-старушек...

26 Декабря 1864 г.

29

Приношу сердечную благодарность мою за благоприветливость Вашу ко мне, за искренность, и за приятное писание Ваше. За все сие да помянет Вас Господь Бог во Царствии Своем, и да излиет на Вас милость свою в жизни сей и в будущей, и имиже весть судьбами да утешить Вас, и мучительный дух уныния да проженет от Вас. Очень болезненно мне видеть Вас мучимых унынием, и еслиб можно, взял бы оное от Вас себе, чтобы Вы, благодетельница моя, были покойны и веселы в духе. Но когда мы столь немощны и слабы, что ни дать себе чего, ни отбросить от себя чего тяготеющаго не можем, то вкупе помолимся Матери Божией и попросим: «Исполни, Чистая, веселия сердце мое, Твою нетленную дающи радость, веселия рождши Виновнаго, печаль греховную потребляющаго, и мир (спокойствие) подающаго всяк ум преимущий». Усердно желаю, чтобы мир Божий и спокойствие души водворилось во внутренности Вашей молитвами Богородицы и всех Святых. А вместе с сим желанием поручаю себя продолжению Вашей о Господе любви и молитвам святых, в надежде коих и остаюсь навсегда с почтением моим к Вам и любовию о Господе, богомольцем Вашим. И. А.

30

От всей души благодарю Вас за приписание и за искренность Вашу. Будьте здоровы и благодушны, в надежде на милосердие Божие, и на спасение души своей крепко уповайте: Царствие Небесное - Ваше будет! О будущей участи своей, или моей, не думайте много, ибо у Господа Бога для Вас милости много. Довлеет дневи злоба его т. е. довольно с нас о настоящем дне позаботиться чтобы провести его как бы получше, а не о будущих многих летах забивать себе голову. Молитесь Господу, чтобы даровал вам положить хранение устом, и не уклонил бы сердце ваше в словеса лукавствия, т. е. в мучительный разговор с самой собой. Молитесь еще, говоря: Господи и Владыко живота моего, дух уныния не даждь ми, и за молитвы Отца моего, возвесели душу мою радостию спасения Твоего!

Посылаю Вам для прочтения книгу св. Златоустаго. Первый лист в первой беседе его, это как бы я к Вашему сердцу говорил! Простите и не забывайте помнить помнящаго Вас богомольца вашего А.

31

Прочитавши строки ваши, много поболел я сердцем своим о болезнях и душевных страданиях ваших! Господь Бог да простить Вас и умиротворить душу и сердце Ваше, и я недостойный с своей стороны от всей души прощаю Вас и разрешаю, и нисколько не скорблю о том, что Вы не добре помыслили о мне, ибо несть раб Божий Господа своего! Когда Его многие укоряли, то кто есмь аз? От чего несть мира в костех наших, в душе нашей и в сердце нашем? От грехов наших! От того, что нисколько не поучаемся в смирении, от того, что любим очень спорить и доказывать, что мы более других все знаем, от того, что мы не оставляем разговора с помыслами своими, которые вместо палачей непрестанно мучать нас. И так вся беда сия от нас самих, а не от сторонних причин; а посему, Агнице Христова, сколько возможно подражай Агнцу Божию, Христу Спасителю нашему, о котором сказано: «не преречеть, ни возошет, ниже услышить кто на распутиих гласа Его?» Вы из собственнаго опыта можете видеть пользу от уступчивости и смирения, и вред от споров и неуступчивости, которыя доводять душу Вашу до мучительнаго состояния, так что и со стороны больно взирать на Вас.

Если трудно быть вам в ограниченном состоянии, то, не имея зависимости, легко можете сбиться с истиннаго пути и заблуждать подобно слепцу.

И так прости, возлюбленное чадо мое! Мир Божий да почиеть в сердце твоем, и радость спасения да возвеселит кроткую и смиренную душу твою! Чего от всей души богомольчески желаеть тебе И. А.

32

Сердечно соболезную я о всех болезнях Ваших, и усердно молю Бога о исцелении Вашем. О помышлениях же Ваших св. Давид в книги псаломстей пишет так: «весть Господь помышления человеческая, яко суть суетна.» А посему и за грех не ставьте их, о чем я и лично Вам говаривал, но Вы привыкли безпокоиться по пустому.

Также и противо меня, чтобы ни нанеслось, за грех оставьте, поелику помышления не наши, а посему и в сию от Бога не поставляются. Верьте сему без сомнения и будьте мирны в духе и веселы. Чего желаеть Вам богомолец Ваш И. А.

33

Мне очень чувствительно было читать о бывших при скорбиях с Вами в путешествиях своих, которые сравниваете Вы с адовыми муками, и сообщество- с демонами. И пришло мне на память, что и со мною было в жизни подобное искушение, т. е. в 1812 году, когда я со многими был у французов в плену, весь ограблен, всего лишен, в одной рубахе и босиком в поле, без пищи; ибо несколько дней не было в брюхе ни хлеба ни зерна, питался капустою с огорода, в Сентябре под открытым небом, на земле были лужи, и сверху поливало. Вот я грешный в то время, не видя ниоткуда ни избавления, ни утешения, и помыслил: «Господи! неужели и у Тебя такия будут для грешных мучения, какия теперь постигли нас?» Но адовы муки совсем не такия, т. е. если бы все скорби, болезни и несчастия со всего света собрать в одну душу и свесить, то адовы муки несравненно тяжелее и лютее; ибо геенны огненной и сам сатана страшится. Но нам немощным здешния муки зело невыносимы, ибо дух наш иногда и бодр, а плоть всегда немощна.

31 Октября 1861 г.

34

Возлюбленнейший и Достопочтеннейший о Христе Спасителе Благодетелю!

Возмогай и радуйся о Господе, долголетно здравствуй.

Если бы наши братья-попы не были освобождены от телеснаго наказания, то меня перваго и должно бы, кажется, чем нибудь поколотить за мое противу Вас невежество; крайне совестно мне, что я до сих пор умедлил писать к Вам. Впрочем, чувства любви и сердечныя желания непрестанно стремились с изъявлением пред Вами моей чувствительнейшей благодарности, но был останавливаем то немощами, то недосугами, а иногда, стыдно сказать, и леностию. Что делать! От числа грешников и я не последний. Но ведомо буди тебе, о добрый Благодетелю, что я хотя и молчащий был, но чувства сердечной любви, благодарности и истиннаго почитания всегда сохранял к особе Вашей, и с помощию Божиею и впредь сохранять оныя обязуюсь дотоле, доколе продолжатся дни мои. А за то, что слишком редко к Вам пишу, Бога ради, не гневайтесь на меня. Ей! Немощен. Не могу одним разом вдруг всех равно удовлетворить, но одного ныне, а другаго в иное время, а третьяго, когда случится. По наружным же знакам нельзя заключать о внутреннем действии сердца. Я к братцу отцу Исаии десять лет не писал, но не переставал его сердечно любить и благоговеть при воспоминании о нем.

Теперь должен Вам сказать и сие, что я целое лето, как будто годоваго праздника, непрестанно ожидал Вашего посещения. Сам трудился: келью свою вымыл набело, всю хлопотал весну, садил малинку, бобки, да горошку, чтобы дорогих гостей поподчивать на дорожку; но все мои труды остались без удовольствия. Видно, житейския хлопоты, мирская суета и домашния обстоятельства столь крепко уцепились за Вас, что никуда не хотять Вас отпустить далече. Подлинно, мирския дела столь многочисленны, что едва ли во сто лет могут приведены быть к должному концу, и столь важны, что никакого отлагательства не терпят. Одни только Богоугодныя дела, к несчастию нашему, безбоязненно отлагаемы могут быть, иныя до утра, иныя до другаго лета, а некоторый даже до старости и престарения, почему очень не редко случается, что и без исполнения остаются; о чем и я сердечно соболезную, да пособить нечем. Впрочем, благодарю Господа Бога, что Он исполнил благое желание Ваше, т. е. удостоил Вас поклониться Святым Угодникам в Ростове. Почему крепко надеюсь, что Вы и нашу святую Обитель когда нибудь удостоите своим посещением, тогда-то и меня недостойнаго истинно утешите.