Чтение онлайн

формулирование социально-групповых интересов и требований, формирование (или обновление, привязка к злободневным историческим задачам) социально-групповых идеологий, формирование социально-групповых субъектов-представителей (организаций, движений, партий, политических союзов и коалиций и т. п.);

выдвижение политических и социальных программ, конкретных требований по поводу коренного улучшения социально-экономического положения классов, общностей и многочисленных социальных слоев, то есть по существу требования значительных политических и социальных реформ.

В периоды системных кризисов социально-политические взаимоотношения обостряются. Возникают протестные движения, обозначается противостояние властей и "низов". "Низы" организуются до такой степени, что готовы на историческое выступление, то есть на демонстрацию своего недовольства властями (не путать с историческим наступлением, суть которого – борьба не только с существующей системой власти, но и за установление новой системы власти).

В периоды системного кризиса власти охотно дают обещания социальных улучшений, которые не в состоянии выполнить. "Низы" некоторое время верят властям. Если власти проводят-таки некоторые социальные улучшения (пусть даже недостаточные и половинчатые), острота кризиса ослабевает и дело не доходит до социальной революции. Основные резервы ослабления системного кризиса для властей – уступки как социального, так и политического характера, идеологические усилия в области массовой пропаганды и – это особенно – слабая организованность "низов" прежде всего из-за отсутствия собственной идеологии, что ведёт к идеологической пассивности и идеологической зависимости "низов" от хорошо отмобилизаванной господствующей идеологии.

Социальная политика в обществах, находящихся в состоянии деформаций (в перманентных кризисах общественной системы). Системный кризис в деформированных обществах протекает существенно иначе, нежели в общественных формациях. Деформирующий фактор – жёсткое давление политической власти на все общественные процессы, "подминание" властями всего общества, устранение реальной многосубъектности, самостоятельности не только социальных действий, но и самостоятельных общественных мнений, фактическое установление насилия как системы власти – "режима". Насилие может осуществляться в открытую, а может маскироваться популярной фразеологией (например, в СССР тоталитарный режим маскировался социалистической фразеологией) (См. Деформация общественной системы).

Придание политическому режиму функций насильственного обеспечения социальной устойчивости общества означает не разрешение системного кризиса, а его "замораживание", консервирование, изъятие из нормального исторического процесса и прогрессивного развития. Деформация делает кризис общественной системы "отложенным", постоянно готовым возобновиться.

Социальная политика в деформированных обществах тоталитарного типа также приобретает деформированный характер. Самостоятельность субъектов (и социальных групп, и субъектов-представителей этих групп) фактически упраздняется, приобретая разве что декоративный характер. Государственная социальная политика остаётся единственным реальным видом социальной политики.

Формой осуществления социальной политики в деформированном обществе является система социальных мер правящего режима. Эти меры проходят обычно несколько стадий созревания и осуществления:

просьбы и жалобы населения;

"несвоевременные" предложения в виде секретных или полусекретных постановок вопросов о мерах;

принятие вопроса к рассмотрению (по формуле: "Вопрос тут есть");

предварительное изучение проблемы и определение "цены вопроса", то есть суммы необходимых государственных затрат;

включение той или иной меры в перечень предназначенных для проведения государством;

объявление о предстоящей мере ("объявленные мероприятия");

постепенное осуществление мероприятия (очерёдность, то есть поэтапность определяется при этом по принципу "сначала то, на что надо меньше затрат", гораздо реже – по принципу остроты нуждаемости).

Социальная политика в обществах, успешно выходящих из системного кризиса путём коренных (революционных) реформ, то есть социальная политика переходного периода. Преодоление системного кризиса всегда происходит в форме революции, суть которой – смена типа власти и коренная перемена общественного устройства. Революция по-разному вызревает в деформированных обществах и в общественных формациях, но если она началась и состоялась, то её принципиальные задачи более или менее сходны. Эти задачи сводятся к необходимости проведения системы революционных реформ, охватывающих все важнейшие сферы жизни общества и налаживающих качественно новое жизнеспособное общественное устройство в каждой их этих сфер. Переходным периодом называется исторический период, в течение которого происходит переход от прежней устойчивой социальной системы к качественно новой устойчивой социальной системе (См. Переходный период).

Система революционных реформ в социальной сфере, в обеспечении основных условий жизнедеятельности населения в целом и его важнейших социальных групп является сутью социальной политики переходного периода.

Социальная политика переходного периода – социальная политика, соответствующая переходным состояниям общества. Главная особенность состоит в том, что она формируется в условиях исторической совмещенности процессов коренного обновления как общества, так и государства.

Социальная политика переходного периода отражает обострение борьбы за перемены во всех ключевых условиях формирования социального положения. Обострена борьба за степень эксплуатации, за доступ к политической власти, за передел собственности, за сохранение или понижение уровня жизни и уровня социальной защищенности, за условия труда. Исход этой борьбы определяется соотношением политической силы и политической организованности разных общественных групп (классов). Тип и направления действий государства настолько существенны при решении основных социальных вопросов, что борьба за государственную власть становится центральным пунктом влияния на социальную политику.

Социальная политика в обществах, не сумевших успешно решить исторические задачи переходного периода и обрести качественно новое жизнеспособное общественное устройство. Переходные состояния знаменательны тем, что вариантность развития (реальная возможность разных вариантов будущего для страны) остаётся реальной и актуальной для всего переходного периода. Революционное начало переходного периода ещё не гарантирует успешного его завершения. Переходный период можно считать успешно завершённым тогда, когда создано новое жизнеспособное общественное состояние, включающее и устойчивый жизнеспособный доминирующий хозяйственный уклад, и другие важнейшие составные части (порядки, институты, структуры) качественно нового общественного устройства.

Именно этот критерий успешности переходного периода – формирование качественно нового и притом жизнеспособного общественного строя – выдвигает в центр внимания созидательные задачи послереволюционные реформ, включая и социальные реформы. Соразмерение разрушительных и созидательных задач революции – ключевой вопрос её исторической роли и исторической успешности. Государство, являющееся самым действенным субъектом революционных преобразований, просто обязано обеспечивать плодотворный баланс разрушительной и созидательной работы революции.

Не всегда это удаётся. Бывает, что разрушения превышают исторически плодотворную меру, а созидательная работа – недостаточна для возникновения и укрепления качественно нового общественного устройства. Так случилось в России в 1990-е годы.

В подобных случаях переходный период как бы иссякает, не завершившись созданием качественно нового жизнеспособного общественного строя. Импульсы революции (ресурс доверия большинства народа власти) ослабевают, затухают. Строительство нового порядка приходится вести не на основаниях послереволюционных реформ, а, как правило, методом государственных программ, включающих и государственную социальную политику.