Чтение онлайн

– А это, наверное, кошка, - щёки горели пламенем, чего я отчаянно стеснялся, - не так ли?

– О да, - скрывая улыбку за чашкой с чаем, ответил граф, - очень редкой и дорогой породы с востока. Они выбирают себе в спутники лишь тех, от кого пахнет кровью. Вы ведь недавно пролили кровь?

– Изрядно, - кивнул я.
– Сейчас в мире льётся очень много крови. А в самом скором будущем прольётся ещё больше.

– К сожалению, вы правы, поручик, - согласился со мной граф.
– Вот только никак не могу взять в толк, для чего? Вы постоянно льёте кровь, пропитывая ею землю, за которую сражаетесь, делая её малопригодной для жизни. Зачем же тогда убивать друг друга из-за земли, на которой потом нельзя жить?

– Я не философ, граф, - покачал головой, - а военный. Моё дело сражаться.
– Осмелев, я погладил девушку-кошку, сидящую у меня на коленях по длинным тёмным волосам. Она замурлыкала и потёрлась своей щекой о мою, отчего лицо у меня, казалось, раскалилось добела.

– Этот подход свойственен скорее людям Востока, нежели Запада, - заметил граф Ди.

– Я родился в Азии, - с трудом подбирая слова, из-за того, что "кошка" тёрлась о меня, - и, вообще, моя Родина многое переняла и от Востока, и от Запада.

– Вы удивительный человек, поручик, - в голосе графа прорезались не слишком приятные нотки, как будто он говорил о некоем редком экземпляре животного.

– Прошу прощения, граф, - сказал я, ставя чашку на столик и предельно аккуратно, отчего покраснел, верно, до черноты, ссадил недовольно пробурчавшую что-то барышню, - у меня сегодня ещё много дел. Я должен идти.

– Заходите в любое удобное для вас время, поручик, - кивнул мне граф.
– С вами приятно побеседовать. Также я могу подобрать вам животное.

– Нет!
– как-то судорожно вскрикнул я, вызвав усмешки у сидящих вокруг "зверей".
– Я военный и мне бывает некогда позаботиться о себе, - добавил я, чтобы хоть как-то восстановить своё renommИe, - и брать под свою ответственность редкое и дорогое, иных ведь вы у себя не держите, верно, я не хочу. К тому же, ваши звери, - как же непривычно говорить о них, как о животных, - привыкли к роскоши и домашней обстановке. А сейчас, когда грядёт столь большая война, мне придётся очень много времени проводить в походах.

– Вы всегда можете изменить своё решение, поручик, - сказал граф.

– До свидания, граф, - кивнул я Ди, выходя из магазина.

– Погодите, поручик, - остановил меня на самом пороге граф.
– Напавшие на меня немцы могут подкараулить вас, я дам вам в сопровождение несколько своих собак.

– Не стоит, - попытался отмахнуться я, но граф был настойчив.

– Нет, нет, - покачал он головой и коротко свистнул.
– Я не прощу себе, если с вами что-то случиться по дороге.

В комнату, переваливаясь с ноги на ногу, вошли пятеро невысоких коренастых парней в красных мундирах британской армии. Я рефлекторно схватился за рукоять шпаги. Вот уж чего не ожидал от графа, так это форменного предательства. Почуяв мою агрессию "звери", до того спокойно сидевшие на полу и диване, насторожились, некоторые зашипели, показали зубы. Я моргнул, тряхнул головой, и увидел, что по холлу магазина, действительно, расселись животные. Кошки и собаки разных пород, птицы, от зяблика и до орла, разные ползучие гады обвивались вокруг ножек стола. И все они глядели на меня, словно говоря: "Вынь шпагу. Вынь. И мы тут же разорвём тебя. Разорвём на куски". Выделялся среди них странный баран, с прямой, а не кудлатой шерстью и длинными клыками, но главное почти человеческим лицом. Я закрыл глаза, помотал головой, отгоняя странное наваждение - и вот вновь передо мной люди в странных нарядах. Окончательно развеял его граф Ди.

– Успокойтесь, поручик, - сказал он.
– Это всего лишь английские бульдоги. Очень хорошие бойцовые собаки. Их вывели в Англии для боёв с быками и челюсти этих псов могут без труда перекусить человеческую ногу. Пока они с вами, поручик, немцы вряд ли рискнут напасть. Они проводят вас до места и сами вернутся в мой магазин.

"Британцы" окружили меня, словно верные телохранители генерала на поле боя. Это было не слишком приятно, ведь ещё не так давно я убивал людей в точно таких же мундирах.

– До свидания, граф, - снова попрощался я.

– До свидания, поручик.

Мы вышли из магазина и шагали по улицам в направлении дома графа Черкасова. Я неплохо запомнил дорогу и теперь ориентировался по бронзовым табличкам на домах и столбам со стрелками, установленным на перекрёстках. На одном таком меня остановил полицейский с вполне резонным с его стороны вопросом, из-за которого я окончательно уверился в том, что зверей графа только я вижу в человеческом облике.

– Почему вы, мсье, гуляете по городу с собаками без поводков? Бульдоги весьма опасные звери. Вы полностью контролируете их?

– Да, мсье, - ответил я.
– Я веду их как раз покупать поводки и намордники, чтобы не смущать честных парижан.

– Хорошо, мсье, - отпустил меня служитель закона.
– Но, смотрите, если я ещё раз увижу вас с этими бестиями без поводков, оштрафую.

– Конечно, мсье. Я поспешу.

Я, действительно, прибавил шагу, а то ещё наткнусь на менее снисходительного полицейского. Интересно, как люди отреагируют на пятёрку бульдогов с невозмутимым видом (иного у этих собак, по-моему, не бывает), шагающих по улице. В том, что так и будет, я отчего-то ничуть не сомневался.

У крыльца дома графа Черкасова я отпустил собак коротким кивком и постучал в массивную дубовую дверь изящным молоточком. Бульдоги, как я и думал, развернулись и двинулись обратно к магазину загадочного графа Ди. Открыл мне ливрейный слуга, похоже, весьма удивившийся моему мундиру.

– Прошу прощения, - сказал он по-французски.
– Что у вас за дело к его сиятельству?

– Доложите, что пришёл поручик Суворов из Полоцкого пехотного, - ответил я по-русски.

– Прошу вас, - пропустил меня дворецкий.
– Я доложу графу.

Я вошёл в просторный холл и остался стоять рядом со столиком для визиток. Граф, видимо, был человеком строгих правил и нынешних новомодных веяний, вроде чучел медведей с подносами, не разделял. Что-то зачастил я к титулованным особам. От одного графа к другому. Смешно, право.

– Прошу вас, поручик, - обратился ко мне вернувшийся дворецкий.
– Идёмте со мной.

Он проводил меня до кабинета хозяина дома. Отворил двери и сделал приглашающий жест. Я вошёл и тут же к моему виску приставили ствол пистолета. Дёргаться я не стал. Хозяин кабинета - человек пожилой, но ещё не старый, в гражданском платье и домашнем халате поверх него. Перед ним на столе, поверх бумаг, лежал пистолет.