Навечно
Шрифт:
– Не позволяй мне перебивать тебя, брат, - ласково сказала она.
– Я тоже задавалась этим вопросом.
– Она - фрейлина, - прорычал он с такой внезапной свирепостью, что я отступила на шаг.
Напротив меня Камилла рассмеялась.
– Полагаю, это ответ на вопрос, - поддразнила она.
Не успели мы выпытать у него подробности, как снова появился Джеффри.
– Мадам Сабина Руссо.
– Собираем волю в кулак, - пробормотал Лисандр, когда Джеффри отошел в сторону, чтобы пропустить ее.
Сабина обвела взглядом комнату, останавливаясь на каждом из нас по очереди. В отличие от остальных, она была одета официально. Черные волосы, такие же, как у ее дочери, были закручены в изящный шиньон и скреплены аметистовыми заколками. Ее платье цвета баклажана спускалось до пола, а на руки был наброшен меховой палантин, словно она только что вернулась с вечеринки, на которую никто из нас не был приглашен.
Она кивнула мне.
– Жаклин…
– Что ты здесь делаешь?
– Камилла прервала ее.
– Мне казалось, я выразилась достаточно ясно. Я не хочу с тобой разговаривать. Как глава…
– Я здесь не для того, чтобы разговаривать с вами, - прорычала Сабина, и всякое подобие вежливости исчезло.
– Я пыталась связаться со своим сыном.
– Что тебе нужно?
– Лисандр шагнул вперед, засунув руки в карманы.
Ее глаза метнулись к нему.
– Что ты здесь делаешь? Или ты планируешь предать меня, как эта?
– Она с оскорбленным вздохом кивнула в сторону дочери.
Камилла только снова рассмеялась.
– Просто сижу.
– Лисандр не стал объяснять, что пришел с Аурелией, потому что это вызвало бы еще больше вопросов, на которые никто не хотел отвечать.
– Не сочти это за правило, - предупредила она, слегка фыркнув, - но я пришла искать Джулиана. Я пыталась связаться с ним, но он не отвечает на мои сообщения. Я полагаю, он избегает меня. Хотелось бы знать, почему.
– Он не избегает тебя.
– Я приготовилась к обычной театральности Сабины. Может, она уже и не глава семьи, а Джулиан, возможно, работает над собственной родословной, но Сабина не обрадуется, узнав причину, по которой он не отвечает на ее звонки.
– Он увез Тею в отпуск.
– В отпуск? Что ты имеешь в виду?
– Лицо Сабины побледнело, и она ухватилась за ближайший стул.
Лисандр бросился к ней, чтобы помочь удержаться на ногах. Он вопросительно посмотрел на меня через ее плечо.
– Они вернутся через несколько дней, - сказал он спокойным голосом.
Но Сабина покачала головой, в ее глазах расцветала паника.
– Скажи мне, что они хотя бы в Венеции.
– Они не… - Это было самое большее, чем я готова была поделиться, особенно с Сабиной. Джулиан никогда не простил бы мне, если бы его мама выломала дверь и прервала его секс-каникулы.
– Но они вернутся.
– Что они натворили?
– пробормотала она, ее грудь вздымалась и опускалась тяжелыми вздохами.
– Кто еще знает, что они уехали?
– Королевы и телохранитель.
– Лисандр пожал плечами, выглядя таким же усталым, как и я.
– Королевы тоже не в восторге от этого.
Я подозревала, что Аурелия тоже злится. Возможно, именно поэтому Лисандр выглядел так, будто с тех пор, как они уехали три дня назад, он поджигал свечу с обоих концов.
Глаза Сабины закрылись, и она мягко оттолкнула Лисандра. Когда она открыла их, дикость не исчезла, но она подняла голову.
– Мы должны немедленно связаться с ними. Лисандр, ты поедешь к своему брату. Возьми телохранителя Теи и…
– Подождите!
– Я вскочила, пока она строила планы. Хорошо, что я не сказала ей, где они находятся.
– Я не собираюсь говорить тебе, где они.
– Ты сделаешь это, - прошипела она, - или я вырву бесполезный язык из твоего маленького умного ротика.
Камилла бросилась вперед, пытаясь встать между нами. Мое сердце подпрыгнуло от этого защитного жеста - от того, что он означал, - но сейчас было не время анализировать чувства Камиллы. Я подняла руку. Я справлюсь с Сабиной Руссо.
– Я точно не смогу сказать тебе, если ты это сделаешь.
У Сабины отвисла челюсть, и она посмотрела на дочь.
– Ты! Скажи ей, что она должна рассказать тебе.
– Нет.
– Камилла скрестила руки на груди и ухмыльнулась.
– Я не подчиняюсь твоим приказам, помнишь? Теперь я глава этой семьи. Или ты забыла, мама?
Сабина схватила дочь за плечи, впиваясь в нее безумным взглядом.
– Дело не в тебе и не во мне. Если ты заботишься о своем близнеце - если ты любишь его, а я знаю, что ты любишь, - ты убедишь ее рассказать тебе. Это вопрос жизни и смерти.
Камилла секунду изучала ее с непроницаемым выражением лица. Наконец она подняла глаза на меня. Я увидела в них вопрос. Не тот, на который Сабина требовала от меня ответа, а тот, который я не могла удержаться, чтобы не задать.
– Что ты имеешь в виду, говоря о жизни и смерти?
– тихо спросила я.
Сабина отпустила дочь, наклонив голову, чтобы собрать остатки гордости. Сабина привыкла отдавать приказы, а не отвечать на вопросы. Но когда она наконец взяла себя в руки, то посмотрела на каждого из нас по очереди.
– За их головы назначена цена. Даже то, что я рассказываю вам, будет стоить мне моей. Мы должны предупредить их, пока не стало слишком поздно.
– Что?
– воскликнула Камилла.
– Кто мог это сделать?
– Совет, - мрачно сказала она.
– В Венеции Тея была в безопасности. Совет никогда не выступил бы против королевы здесь, а если бы и выступил, то магия города защитила бы ее. Пока она в Венеции, она практически бессмертна. Я пытаюсь исправить то, что натворили эти двое, пытаюсь убедить Совет проявить милосердие. Но Села хочет получить голову Теи на блюдечке, как и любого, кто будет ее защищать. Она увидит в этом возможность.
Мне не нужно было спрашивать, почему Совет хотел смерти Теи. Мне и в голову не приходило, что пребывание в Венеции обеспечивает их безопасность. Но рассказать Сабине было опаснее, чем связаться с ними самой. Она была в Совете. Она ненавидела Тею. Это могло быть уловкой. Я бы не стала исключать, что она притворяется обеспокоенной только для того, чтобы нанести свой собственный удар по нежеланной невестке.
Прежде чем я успела это обдумать, Сабина схватила меня за горло. Я даже не заметила ее движения. Камилла и Лисандр бросились к ней, но она подняла руку.