Чтение онлайн

— О нет, тетя Дженни!

— Да, Лорна, я думаю, что так будет лучше. Но я вернусь утром, не беспокойся.

Беспомощно глядя на Дженни, Пол почувствовал, что с этой минуты ему придется начать борьбу за любовь Лорны. Бороться и победить. Еще совсем недавно он рисовал в мыслях идиллическую картину, как они сидят втроем здесь, в гостиной. И вот это произошло. И что же? Реальность не принесла счастья, не принесла даже просто понимания и терпимости, а только породила еще одну проблему. А разве он мог ожидать от Джинни другой реакции? Разумеется, он понимал, что она огорчится, но никак не ожидал, что молодая женщина взвалит ответственность за гибель Бет на свои плечи. Брайан, Лорна, Джинни и он сам — все чувствовали себя виноватыми в ее смерти… Она не стоила того. Мысль показалась ему на мгновение богохульной, но он ухватился за нее, словно за соломинку, и все продолжал повторять про себя: «Она не стоит того. Не стоит». При жизни она не сделала ничего хорошего, да и после смерти обрекла четырех человек на мучения. Нет, он не допустит этого. Он уже поговорил с Брайаном. Теперь ему предстоит побеседовать с Лорной. Нужно сказать ей такие слова, которые дойдут до ее сознания, объяснить ей, что вовсе не она виновата в смерти матери. Он будет бороться за ее любовь и вернет Лорну. Но вот что делать с Джинни? С ней все равно необходимо поговорить. Сейчас ему стало казаться, что это в его жизни главное. Он должен обязательно восстановить дружеские отношения с Джинни. Но нужно действовать осторожно. Это будет непросто. Смерть Бет разделила их, между ними пролегла пропасть непонимания.

Вдруг он услышал голос Лорны:

— Пожалуй, я пойду, пап.

Он быстро ответил:

— Да, конечно, дорогая. Иди ложись спать. Это пойдет тебе на пользу. Чуть позже я поднимусь к тебе пожелать спокойной ночи. — Пол подошел к дочери и поцеловал ее в лоб. — Все будет хорошо. Не беспокойся, не беспокойся.

Лорна на мгновение прижалась к Дженни, а затем почти бегом покинула комнату. Нет, она ничем не напоминала ему взрослого человека. Его дочь по-прежнему оставалась девчонкой. И это давало ему надежду. Когда дверь за Лорной закрылась, он повернулся к Дженни и после небольшой паузы спросил:

— Почему ты хочешь уйти домой? — А затем, сразу забыв о своем намерении быть осторожнее, сказал: — Ты еще долго собираешься дуться на меня? На твоем лице все написано. Даже и спрашивать не нужно.

Прошла почти целая минута, прежде чем она ответила:

— Дело не в тебе. Дело во мне. Раньше я многого не знала о тебе, теперь знаю. И это меняет все.

— Боже, Джинни. Ну, что ты могла не знать обо мне. Мы ведь знакомы уже много лет. А если ты хочешь обвинить еще и себя в ее смерти, то это совсем глупо.

— Я была нужна ей. — Она повернулась к Полу. Ее взгляд обезоруживал. — Понимаешь, что-то мне подсказывало в то утро, что не стоит уезжать. У меня было какое-то неясное, но очень неприятное предчувствие. Перед моим отъездом мы серьезно поругались. Она меня оскорбила, но ведь это только оттого, что Бет была больна и испугана. Я звонила позже, но она не брала трубку. А я хотела сказать ей, что возвращаюсь. Я просто не могла отделаться от ощущения, что обязательно что-то случится. И теперь, — она сжала руки в кулаки, — теперь это останется со мной навсегда.

Он встал и направился к ней.

— Джинни. — Его голос звучал мягко, в нем угадывались просительные нотки. — Знаешь, я тоже чувствую себя ответственным за это, меня тоже мучает раскаяние. Но… но ведь мы все люди… Время все лечит. Все. Позже мы оглянемся назад и удивимся, что нам все казалось таким мрачным и безысходным. Все пройдет, Джинни. Поверь.

— Ты так считаешь? — Она подняла свои большие глаза. — Ты действительно так считаешь? Как мне бы хотелось так же легко воспринимать жизнь. Но пойми — я стала другой. Другой. И сделать с этим уже ничего нельзя.

— Ты сможешь…

— Сомневаюсь. — Она опустила голову и стала поправлять свой воротник. Его ладонь осторожно накрыла ее руку сверху. Из глаз Дженни выкатились две большие слезы и потекли по щекам.

— Джинни, Джинни, не нужно. Пожалуйста.

— Ты… не понимаешь, что я чувствую. Не понимаешь. — Она вдруг громко всхлипнула, еще секунда — и Дженни заплакала навзрыд. — Раньше, пока Бет была жива… я чувствовала, что я ближе к тебе… Но теперь между нами огромная пропасть, и вряд ли я смогу ее когда-нибудь преодолеть.

Он взял Дженни за руки и положил ее ладони себе на грудь. Его глаза с нежностью смотрели на ее заплаканное лицо, на дрожащие ресницы, на слегка покрасневший нос. Теперь он знал, что его будущее, его счастье, покой — все в этой жизни было в руках этой женщины. Пол вдруг отчетливо понял, что всегда, всегда ему была нужна именно она, Дженни. А в данный момент ему особенно необходимо, чтобы она была рядом с ним. Но он понимал и другое. Если сейчас станет давить на нее, то может потерять навсегда.

— Когда… состоятся ее похороны?

— В понедельник.

Она осторожно высвободилась из его рук и медленно проговорила:

— Я собираюсь снова начать работать.

— Послушай, Джинни, если тебе действительно нужна работа, то она тебя ждет здесь.

Она остановилась и не оборачиваясь, тихо сказала:

— Спасибо, Пол.

Он замер на мгновение и взволнованно спросил:

— Ты не согласишься?.. Я имею в виду просто присматривать за домом и за нами всеми…

— Я не могу. Прости. Но все равно, спасибо. Ты очень добр.

Он знал, что сейчас не стоит задавать ей этот вопрос, но уже не мог сдержаться:

— А позже, Джинни? Может, ты сможешь позже?

— Не думаю, Пол. Не знаю. Не спрашивай меня сейчас… Разве ты не понимаешь — не время… об этом говорить.

Он подошел к ней, снова взял за руку, Дженни взглянула на него. На ее лице было написано все, что она чувствовала. Вся горечь, разочарование, боль застыли в ее умных, понимающих глазах. Она так долго добивалась любви этого человека. Она умирала от ревности, порой ненавидела свою сестру за то, что та всегда находилась с ним рядом, за то, что могла просто дышать одним с ним воздухом. Вот теперь он стоит с ней рядом, предлагая ей все, что только мог. А она… она не может это взять. Она не хочет это брать. Потому что призрак Бет всегда будет между ними. Это несчастье навсегда разделило их. Ведь так же, как и Лорна, она молила Бога, чтобы Бет ушла с ее дороги. Она даже и сама не подозревала о существовании в себе этого желания, пока как-то раз при ней Лорна не пожелала своей матери смерти. У Дженни было ощущение, что ей на плечи постоянно давит тяжкий груз. Груз ответственности просто так не сбросишь, не отделаешься от него. Вряд ли когда-нибудь Пол сможет понять, насколько виноватой она себя чувствует из-за смерти Бет.

— Никто не знает, сколько весит совесть, кроме ее хозяина, — сказала Дженни. Она раньше где-то вычитала эту фразу, но только теперь по-настоящему смогла оценить правоту высказывания.

— Старайся сейчас ни о чем не думать и не делать выводов. Я не стану на тебя давить и заставлять делать то, чего тебе не хочется. Но работа для тебя всегда найдется. Просто я хочу, чтобы ты помнила об этом.

Дженни наклонила голову и быстро вышла из комнаты. А он так и остался стоять посреди гостиной, глядя ей вслед. Внезапно он ощутил запах духов, которыми всегда пользовалась Бет, — сладковатый, с ароматом тропических листьев и фруктов. У Пола вдруг возникло ощущение, что его жена где-то рядом и вот сейчас войдет в комнату и победно засмеется, запрокинув голову назад. «Что ж, дорогой, она опять выбрала меня. Меня. Чаша весов снова склонилась в мою сторону», — скажет она.

Живая или мертвая, Бет всегда будет одерживать над ними победу. К черту ее! Из кухни донеслись какие-то звуки. О, это вернулась Мэгги.

Последний раз Мэгги была в Ньюкасле много лет назад. С тех пор город сильно разросся и изменился даже внешне. Она сразу же почувствовала себя несколько потерянной среди такого большого количества людей, машин и ярких вывесок. Но, спокойно поразмыслив, пожилая женщина решила, что, скорее всего, Нортумберленд-стрит находится на том же месте, где была и раньше. А следовательно, и церковь Святого Клементина вряд ли куда-нибудь переместилась.