Чтение онлайн

— Я иду завтра, нравится тебе это или нет. Я не та беспомощная девушка, которую ты встретил в прошлый раз, когда я была здесь. Я знаю, что покинула Неверленд ненадолго, но время для меня шло по-другому. Прошли месяцы. Я изменилась.

— Итак, решено, — сняла напряжение Амара. — Мы отправляемся завтра на рассвете. Будьте готовы к бою. Костяную фейри будет непросто побороть, особенно после того, как вы «вывели её из строя». Эбен, я надеюсь на твое благоразумие, — она подняла на него брови в бессловесном вопросе и вышла.

— Лу, прежде чем ты уйдёшь, скажи мне, как Мик? — спросила я, отчаянно желая услышать о её состоянии. Я была настолько поглощена своей собственной драмой, что не проводила с ней столько времени, сколько хотелось бы.

— Она становится сильнее с каждым часом. Я сообщу ей, что ты спрашивала о ней. Ты можешь быть спокойна, зная, что она в безопасности, — его слова принесли мне неописуемый покой. Впервые с момента прибытия в Неверленд я без сомнения поняла, что мы сделали правильный выбор. Микаэла будет жить.

Глава 23

Кости

Эбен

Виридианский лес был местом, куда я поклялся никогда больше не возвращаться. Сердце леса билось в потоке тёмной магии. Я был смертным воином. В рукопашном бою я знал, что шансы в мою пользу. Но магия? Я знал, что мне не следует связываться с магией, владевшей этим лесом. Также не был заинтересован в том, чтобы разбудить зверя, которого мы усыпили. Это было последнее место, куда я хотел бы привести Гвен. Я только что вернул её, и прямо сейчас вёл в самое опасное место на всём острове. Я поклялся защищать её, но это шло вразрез со всеми моими инстинктами.

Ёбаный Питер. Будучи ответственным, я всегда прибирал за ним дерьмо. Им всегда управляли эмоции, а не здравомыслие. Это качество было, как и самым привлекательным в нём, так и главным его недостатком. Но я не мог не проклинать его имя, когда мы вошли в это богом забытый лес. Именно его ошибка загнала нас в такое положение.

Теперь я оказался в компании взбалмошных альфа-самцов, каждый из которых пытался показать, у кого член длиннее. Наша компания была намного больше, чем это было технически необходимо, но как только задание было сформулировано, каждый из них отказался оставаться в стороне. Было ясно, что мы с братьями точно пойдём, а вот у остальных были свои интересы. Нико хотел убедиться, что он не останется в стороне и что ничто не сможет повлиять на борьбу за власть на острове. А также, чтобы присматривать за своим своенравным братом. Люциус выглядел единственным из нас, кто не хотел здесь находиться, но когда Крюк настоял, он не стал сопротивляться. Я отложил этот любопытный момент на задворки сознания, чтобы подумать над ним позже. У Крюка было что-то на молодого принца Зверей, что-то, что он может использовать против него.

Крюк… Его присутствие беспокоило меня больше всего. Я до сих пор не мог понять, каковы его мотивы. Я знал то, что он поделился лишь крохотной частью информации. Никак не мог определить, пытается ли он получить преимущество в неизбежной надвигающейся войне или он здесь ради Гвен?

Я никогда раньше не испытывал ревности. Никогда ни о ком не заботился настолько, чтобы вызвать во мне такую реакцию. Я читал об этом во многих книгах с некоторым чувством апатии. «О, остерегайтесь, милорд, ревности!» — в моей голове эхом отдавались предостерегающие слова Шекспира. Меня действительно поглотил зеленоглазый монстр, которого он описал в «Отелло». То, с каким восхищением Крюк смотрел на Гвен, словно умирающий человек, смотрящий на Библию, в надежде, что это спасёт его и без того проклятую душу. Я изо всех сил старался сохранить рациональное мышление, когда он так близко к ней. Я нашёл некоторое облегчение, прокручивая в памяти фантазии о том, как воткну топор ему в спину.

Я не позволял себе думать о том, что произошло между ними двумя. Если бы я знал наверняка, я бы свихнулся. Хотя лёгкий румянец, который она пыталась скрыть каждый раз, когда смотрела на него, сказал мне достаточно. Мой разум отвергает любые мысли о них вместе. Но Тьма внутри терзала мою душу, напоминая, что наши отношения в лучшем случае были временными. Я пытался утихомирить свои беспокойные мысли образами её извивающегося тела подо мной, когда я пировал ею. Мой член дёрнулся в штанах, когда я вспомнил её вкус. Потребовалась каждая унция моего самоконтроля, чтобы взять себя в руки. Мне хотелось потеряться в ней, почувствовать, как её ноги обвивают меня, а ногти спускаются по моей спине, пока я тону в ней.

Но мне придётся это заслужить. Я подвёл её. Было чудом, что она вообще захотела иметь со мной какие-то отношения. Как только я оправдаю себя перед ней, у нас наступит момент и это будет охуеть как эпично. Мне понравилось наблюдать за тем, как она отдавалась моим братьям, и она делала это с радостью. Мы заявили о своих правах, обозначили свою территорию, и я был готов сражаться за то, что принадлежит мне. Я бы никогда не позволил Крюку завладеть ею.

Я позволил тактическому планированию миссии отвлечь мои блуждающие мысли. Это помогло держать ревнивую ярость на медленном огне. Амара, естественно, приняла участие в этой миссии. Нам нужна была фейри с её особыми талантами, чтобы отследить отпечаток магии, которую Костяная фейри использовала, чтобы скрыть свой дом. Без Амары мы бы никогда его не нашли. И всё же, я с опаской относился к её присутствию среди нас. Если она не вернётся, вполне вероятно, что Сопротивление погибнет вместе с ней. Она была единственной на острове, кто мог заслужить достаточно уважения, чтобы повести расколовшихся фейри против их принцессы. Вместо того, чтобы делегировать миссию фейри низшего уровня, она настояла на том, чтобы отправиться в путь. Она всегда была в первую очередь солдатом, а уж потом лидером.

Было важно как можно скорее разобраться со всем этим дерьмом, чтобы мы могли вернуться в Сопротивление. Вскоре нам придётся переместить лагерь. Если среди бойцов Сопротивления есть шпионы, то мы уязвимы. Тигровая Лили придёт за Гвен.

Мы наткнулись на знакомый участок бесплодной земли в сердце густого леса. Он был лишён жизни. Земля обугленная и чёрная — отпечаток руки самого Дьявола. Это было последнее пристанище несчастной банды пиратов, ставших жертвой Костяной фейри. Мы наткнулись на них в прошлый раз, когда были здесь, и я рассчитывал найти их снова.

Кости пиратов лежали так же, как мы их оставили. Небольшие лоскуты потёртой ткани теперь примёрзли к костям из-за лютого холода, охватившего Неверленд. Их потускневшие мечи бесполезно валялись по бокам. Я опустился на колени с топором, когда добрался до первого скелета, и начал рубить грудную клетку, чтобы вырвать грудную кость. Это была кость, которую нам нужно было заменить, чтобы восстановить древнюю фейри после того, как Райдер разбил ей грудину.

— Утоли моё любопытство, тебя возбуждает такое осквернение тел? — спросил Крюк с явным намёком на веселье.

— Я уже говорил раньше, нам это нужно, — сказал я невозмутимо. Будь я проклят, если позволю ему достать меня.

— Неужели я всё время недооценивал тебя, Эбен? Возможно, у нас больше общего, чем я предполагал.

— Отъебись, Крюк.

— Но, ты серьёзно думаешь, что охваченной червями кости бессильного пирата будет достаточно, чтобы восстановить Костяную фейри? Ты, правда, такой тупой, мальчик?

Я поднялся на ноги и посмотрел на него.

Держи себя в руках, Эбен.

Прошло много времени с тех пор, как меня кто-то называл мальчиком, и это что-то встревожило в моей голове. Та часть, которая была скрыта магией Неверленда.

«Иди сюда, мальчик! Научись переносить наказание как мужчина».

Знакомый невнятный голос проник в мои мысли. Я мог поклясться, что чувствую запах кислого дыхания, смешанного с алкоголем. Запах был более ярким, чем само воспоминание. Я не мог разглядеть лица мужчины, но в моих ушах отдавался звук его ремня. Воспоминание исчезло так же быстро, как и появилось, но меня прошиб холодный пот. Мне пришлось потрясти головой, чтобы избавиться от следов нежелательных образов.