Чтение онлайн

Посмотрите на ночное небо. Что вы там видите? Звезды. Мириады всевозможных звезд. Мириады других миров. Мириады бесконечных парсеков. За пределами нашей прекрасной планеты космос. У него нет начала, у него нет и конца. У него есть только бесконечность.

Наше сердце, как космос, бесконечно. По сути, наше сердце – это и есть своеобразный космос, целая вселенная со своей неповторимой жизнью – жизнью, над которой не должен быть властен ограниченный разум. Стать свободным – это обязанность каждого человека, который рождается на прекрасной планете под названием Земля. И в первую очередь человек должен стать свободным от прихотей своего разума.

Следует помнить, что наше сердце – это датчик, определяющий, насколько мы довольны своей жизнью. И если к нему не прислушиваться, то и дело идти на поводу у прихотей разума, жизнь никогда не будет по-настоящему красочной и захватывающей. Она будет всего лишь неким подобием жизни – серым существованием с временными всплесками положительных эмоций, а если и появятся какие-либо краски, то они будут искусственными.

Мечты, основанные на потребностях сердца, – вот наши настоящие мечты, сам процесс воплощения которых уже приносит моральное удовлетворение и способствует возникновению состояния настоящего, постоянного счастья.

Ребенком Кристиан Диор увлекался рисованием и мечтал стать великим художником.

В 1911 – м, когда Кристиану исполнилось шесть лет, его семья переехала в Париж. Восхищенный Кристиан посещал все выставки и галереи Парижа и был знаком со многими художниками. Пикассо и Кокто были его кумирами. Он хотел свою жизнь посвятить искусству, но… у его матери были другие планы. После ее настоятельных просьб Кристиан в 1920 году поступил в Свободную школу политических наук. Однако вместо занятий по международному праву и географии будущий кутюрье проводил время в музеях, учился музыкальной композиции и живописи.

На четвертом году учебы сына мать Кристиана все же сдалась, поняла, что послом Кристиану никогда не стать, и учеба привлекает его все меньше и меньше. И только поэтому она согласилась финансировать его проект – вместе с другом Жаком Бонжаном Кристиан решил основать собственную художественную галерею. Мать Кристиана подписала чек, но взамен поставила условие: имя Диор не должно быть связано с этим бизнесом. Никогда, пока она жива, она не позволит так опозорить фамилию. Кристиану ничего не оставалось, как согласиться.

Наступил 1930 год. Галерея процветала, открывая Парижу все новые и новые имена молодых художников. Дела Кристиана шли хорошо, пока не случилась беда – его брат, всегда отличающийся нестабильной психикой, был помещен в лечебницу с серьезным диагнозом. Последовала череда страшных событий в жизни семьи – от рака умерла мать, компания отца разорилась, а сам он заболел туберкулезом. Деньги превратились в ноль – у семейства Диор отняли даже мебель.

Через несколько месяцев, вернувшись из поездки по Советскому Союзу, куда Кристиан ездил с группой молодых архитекторов, он оказался перед закрытой дверью обанкротившейся галереи. У него не было дома, у него не было денег, у него не было любимого дела. И самое ужасное – он не мог продолжать вести привычный образ жизни. После трех лет полунищенского существования он заболел туберкулезом.

После многочисленных неурядиц только через семь лет Кристиан возвращается в художественный мир. По совету друзей он начинает готовить рисунки для французских модных журналов и быстро завоевывает известность. Диор начинает продавать свои рисунки.

В 1938 году работы Кристиана были замечены Робертом Пике, у которого он вскоре начинает работать модельером. Диор становится одной из самых популярных персон светской жизни Парижа. Он смог переехать из маленькой комнатки на чердаке в гостиницу и даже отсылать какие-то деньги отцу и сестре, которые перебрались на юг.

В 1946 году состоялось знакомство Диора с текстильным магнатом Марселем Буссаком, при участии и содействии которого открылся Дом моды Диора в Париже на авеню Монтень.

Мечта маленького Кристиана о том, чтобы стать великим художником в какой-то мере осуществилась – он стал великим дизайнером.

Детство. Вы помните свое детство? Каким оно было? Счастливым или не очень? А каким было отношение ваших родителей к вам – родители оказывали помощь в развитии ваших дарований или то и дело критиковали вас и говорили, что вы ни на что не способны? А вы помните, что вы любили делать, а что ненавидели? Держу пари, что вы ненавидели, когда другие указывали вам что нужно делать. А что вы чувствовали, когда занимались любимым делом? Вероятно, оттащить вас от этого занятия было ой как не просто.

Детство. Прекрасный период в нашей жизни. В этот период мы не боялись мечтать, хоть и часто фантазировали. Да мы любили фантазировать. Мы часто видели себя то отважными космонавтами и летчиками, то героями киношных блокбастеров, то знаменитыми эстрадными исполнителями, а кто и храбрым исследователем морских просторов и глубин, как Жак Ив Кусто. Но любили мы и мечтать. Мы предавались всевозможным мечтаниям, чем вызывали, возможно, неудовольствие со стороны наших родителей, ведь таким образом мы отвлекались от того, что нам было сказано делать.

Детство. Чудесный период. И в первую очередь чудесен он тем, что в этот период мы жили сердцем, мы мечтали сердцем. Мы были свободны от страхов, сомнений нашего разума. В то время наш разум еще не был пропитан негативом, как сегодня. Мы искренне радовались жизни, мы были по-настоящему счастливы. Мы жили чувствами!

Детство. Тот период, когда наши мечты были реальны для нас. Мы не задумывались об их несбыточности или иллюзорности. Мы верили… Нет. Мы знали, что они – часть окружающей нас реальности. Куму-то мы, возможно, казались наивными и глупыми, а наши мечты – фантазиями маленького ребенка, но для нас это было и неважно, так как мы жили своими мечтами, мы дышали ими и ими же питались. Для нас они были такими же реальными, как и наши мама с папой. Но взрослея, под влиянием нашего далеко не совершенного общества, взращивающего таких же несовершенных людей, мы теряли свою исключительность, мы теряли свою детскую наивность (нет, сердечную мудрость!). Но главное, мы теряли свои детские мечты – мечты нашего сердца.

Став взрослыми, мы отказались от желаний своего сердца, словно от детской заразы, и стали рабами своего разума. Наши детские чувствительность, страсть, доброта и безусловная любовь были спрятаны глубоко внутри, а на первый план вышли взрослые логика и рациональное мышление, бесчувственность к себе и другим, агрессия как в отношении себя, так и окружающего мира.

Константин Ушинский некогда сказал слова, в которых заключена великая мудрость человеческой жизни: "Жизнь человеческая замерла бы на одной точке, если бы юность не мечтала, и зерна многих великих идей созрели незримо в радужной оболочке юношеских утопий". А ведь все именно так. Не будь этих детских утопий, не было бы и современного мира.