Чтение онлайн

Ну, вот. Опять за свое! Определенно, у них что-то есть!

— А зачем ты взял с собой Бесо? — архимаг кивнул на Ашвелию, каменным идолом застывшим в кресле. — Просто так привезти с собой службиста и не дать ему покусать меня?

Лаврентьев засмеялся, запрокинув голову. Архимаг отметил, что для своих лет Иван выглядел вполне пристойно. Зубы ровные, без единой щербинки. Явно у специализированного волхва-медика наблюдается. Видны золотистые линии укрепляющих плетений на деснах и корнях зубов. Кожа светлая, морщин почти нет, только на лбу появляются небольшие складки, когда иерарх о чем-то напряженно думает.

— Бесо давно хочет пообщаться с тобой, дорогой Павел Ефимович. Дадим ему слово? Борисов пожал плечами, словно давая понять: ему безразлично, что там накопал Ашвелия. Однако внутренне напрягся, ожидая любой пакости. Если Бесо сейчас выдвинет серьезные обвинения, архимагу придется ехать в Благовещенск и давать показания в Коллегии. Вариант очень плохой, но угрозы для своего существования или лишения лицензии на обучение пока не видно.

У Бесо после долгих лет службы в армии совершенно исчез горский акцент, которым так любили щегольнуть некоторые аристократы грузинских родов, хотя большинство из них давно проживали и в Москве, и в Петербурге, и в других чисто русских городах. Голос у службиста был ровный, хотя и высоковатый для такого видного мужика с брутальной внешностью.

— Действительно, пока наша служба сработала без должного эффекта, — сказал Бесо. — Мы потратили много времени на разъезды, переписку с официальными органами различных служб и выявили, что ваш Старицкий выдает себя за другое лицо. Молекулярный анализ крови дал подтверждение, что парень происходит из старого рода, но не из семьи настоящих Старицких. Я послал запрос в Генетический Банк, где хранятся образцы крови и слепков ауры всех дворян, прошедших инициацию Силой. Борисов кивнул. Все правильно. Это единственный верный шаг для поисков родственников Григория. Только вот запрашивать такие данные имела право только Коллегия Иерархов и сам император. Остальные могли хоть головой биться об стены — хрен с маслом получишь, а не ответ. Бесо, конечно же, не сам отправлял запрос, делал это кто-то из высокопоставленных чиновников, может, сам Ванька. Ему ведь не откажешь. И есть еще одна закавыка: Генетический Банк выдает данные только в случае поиска родственников, а не ради проверки различий между родами. Не иначе, продавили с помощью императора? Борисов оказался прав. Чиновники из Коллегии действительно решили провести сверку по слепкам аур разных родов.

— Учитывая, что у нас не было слепка родовой ауры вашего ученика-самозванца, — продолжил Ашвелия, — но есть подобный от настоящего Григория Старицкого, мы и выяснили о подлоге. Как только в наших руках оказались результаты анализа крови мальчишки, мы сразу же сделали очередной запрос. По молекулярной сверке обнаружилось девяносто процентов совпадения с родственниками рода Назаровых. Так что ваш ученик не с неба свалился, господин архимаг. Он имеет семью. Клан Назаровых, хоть и обезлюдел прилично, еще держится, благодаря Патриарху — Анатолию Архиповичу.

— А кто его мать? — не удержался Борисов и хлебнул из стакана воды. Он вспомнил, что фамилия Назаровых записана в его блокноте, но никак не в первых строчках. Без всяких анализов, благодаря своему аналитическому мышлению ему удалось зацепить ниточку! Конечно, распутать ее он смог бы гораздо позже, но и такой титанический труд достоин уважения!

— Валентина Назарова, не замужем. Пропала без вести в конце девяносто второго, — пошелестев бумагами, ответил службист. — Что интересно, старший Назаров даже не обратился в полицию. Выходит, что его внучка сбежала с кем-то в нашу глушь. Думается, тогда и родился мальчик. Потом вдруг один из наших архивистов вспомнил, что в девяносто третьем году барон Коломейцев, волхв из Департамента полиции, давал запрос на молекулярный анализ крови и слепок ауры какой-то женщины, найденной мертвой в лесу. Ему отказали. Я сопоставил все эти факты и пришел к мысли, что это и есть пропавшая мать вашего ученика. Получается, что парень где-то воспитывался, но для получения образования нужна легализация. Такими путями мы и вышли на Барышева. Вам все понятно, Павел Ефимович?

— Значит, Назаров, — медленно произнес Борисов. — А к самому Патриарху обращались?

— Он нас послал в далекое эротическое путешествие, — без улыбки ответил Бесо. Никаких эмоций, хотя ситуация была комичной. — Сказал, что знает о гибели внучки уже давно, о мальчишке ничего не знает. Полагаю — врет.

— Но зачем? — удивился архимаг.

— На то есть причины, о которых мы осведомлены слабо, — тут же встрял в разговор Лаврентьев. — Назаров действительно не стал разговаривать с нашими сотрудниками. Если рассуждать здраво, за каждую крупицу информации о своих потомках он должен был цепляться, как утопающий за соломинку. Между тем, что мы видим? Полное равнодушие. Нет наследников? Не судьба, значит. Позиция странная, не поддающаяся объяснению. Наши выводы: боится, что люди, с которыми он конфликтует последние годы, могут подослать двойника и присвоить через него все богатства клана в свою пользу. Разумное решение старика — я бы тоже не стал верить в счастливую сказку с найденышем.

— И какова ваша позиция по Назарову?

— Мы постараемся проверить все данные еще раз, пока он учится в гимназии, и не будем беспокоить вас до тех пор, — пояснил Бесо. — Потом заберем его к себе.

— А как вы хотите легализовать парня? — с усмешкой спросил Борисов. — Тоже придумаете какую-нибудь легенду?

— У нас больше возможностей и рычагов, — ответил иерарх.

— А мне что делать? Рассказать все Григорию? Оставлять его учить под фамилией Старицкого? Одобрит ли Коллегия мои действия?

— Оставьте все, как есть, — успокоил его Лаврентьев. — Мой совет тебе, Павел Ефимович: сиди ровно и не пытайся предпринять необдуманных поступков. Мальчик должен доучиться до конца. Шумиха вокруг его персоны сейчас никому не нужна.

С этими словами Лаврентьев встал, кивнул своим помощникам, чтобы те вышли из кабинета, а сам подошел к архимагу. Взяв его за локоть, доверительно сказал:

— Я знаю, что ты хочешь с помощью Старицкого ввести некоторые изменения в методики плетений. На общем собрании иерархов мне пришлось приложить максимум усилий, чтобы парня не забрали в школу при Коллегии сразу же. А разговоры об этом шли серьезные. Поэтому не теряй время, разрабатывай и улучшай новые наработки. Парня трогать не будем. Единственное, что я хочу попросить у тебя: следи за ним, чтобы он не попал в неприятности.

— Какие могут быть неприятности с молодым человеком? — пробурчал архимаг. — Он из манежа не вылезает, работает как проклятый. Невероятная самоотдача.

— По слухам, — понизил голос Лаврентьев, — которые проверить сейчас не представляется возможным, вокруг твоего протеже идет какая-то суета. Из Санкт-Петербурга к вам в Албазин приехала молодая барышня, Суворова Тамара Константиновна. Ты знаешь, кто это?

— Какая-нибудь знатная аристократка? — усмехнулся Борисов. — Я знаю, что она будет учиться в Первой женской гимназии. В Албазине среди директоров школ секретов нет.

— Настолько знатная, что притащила целый штат охраны, прислуги и волхва, — кивнул Лаврентьев. — Ты действительно не знаешь, кто она?

— Нет. Я же не живу при дворце, чтобы знать родословные всех дворян.

— Она — дочь Великого Князя Константина.

Открыть рот Борисов смог только через минуту ошарашенного молчания.

— Вот как? И что она здесь делает?

— Ради Творца, молчи об этом даже в своем доме, Паша, — предупредил иерарх. — Я же говорю, идет суета. Ты можешь себе представить, где она поселилась? Пошевели мозгами.

— Да ну тебя, Ванька! — по-свойски ответил Борисов. — Не тяни кота за причинное место! Откуда мне знать?

— Рядом с домом Барышева. Что, проняло? Зачем дворянке с таким статусом селиться на какой-то невзрачной улице, когда есть отличные особняки за городом? Задайся себе вопросом, и тогда многое станет понятно. Нам нельзя потерять парня. С его потенциалом придворная клика может натворить таких дел, что долго икаться будет всей России. Если, конечно, в их планах стоит перетянуть Старицкого в свою команду.