Чтение онлайн

— Корень жизни? Зачем он вам? — удивился Кирилл.

— Зачем?! — вскричало существо, потрясая в воздухе костлявыми руками. — Зачем?! Да, знаете ли вы, что нет ничего прекраснее этого корня для того, кто обречен на вечные муки? Это единственная возможность почувствовать себя живым в царстве смерти! Это единственная возможность вдохнуть воздух полной грудью, побыть на поверхности дольше нескольких минут. Это напоминание о жизни, которая была когда-то. — По мере тирады, существо подходило к ним все ближе. От него пахло сырой землей, впитавшейся в кожу и подобие. Вблизи лицо, изъеденное глубокими морщинами и черными порами, выглядело еще страшнее. Перед ними стояла такая древность, от которой шевелились волосы на голове, и тело покрывалось мурашками. — Съешьте, съешьте по кусочку… — Существо тряслось всем телом, — и дайте мне… дайте мне кусочек. — Дрожащая рука вытянулась вперед, в пожелтевших глазах застыла мольба.

Кирилл достал корень, в который существо впилось плотоядным взглядом и затряслось еще сильнее, и отрезал всем по маленькому кусочку. Он протянул руку и тут же отдернул ее обратно — когти существа оцарапали ему ладонь, выхватывая драгоценность.

Ярко-зеленый кусочек, не вписывающийся в этот мир, как бриллиант в груду стекляшек, лежал на грязной ладони. Какое-то время существо просто смотрело на него, не в силах поверить, что он реален. Из его груди вырывалось тяжелое, надрывное дыхание, будто душившие рыдания мешали свободно проникать воздуху. Взлохмаченная голова с подергивающимся носом все ниже и ниже склонялась к ладони. Удивительно, что не наоборот: ладонь превратилась в своего рода алтарь, с возложенной на него реликвией. В этот момент существо еще больше напоминало карикатурную птицу: горб за спиной — это огромные сложенные крылья, а вытянутая вперед голова с крючковатым носом — голова птицы с острым клювом.

Никто не успел отреагировать, так быстро маленький кусочек оказался в беззубой расщелине, которая тут же начала жамкать его и посасывать. Глаза закрылись, и на лице существа появилось подобие блаженной улыбки. Даже тело его выпрямилось, и горб стал казаться меньше.

Алине почудилось, что существо молодеет у них на глазах: морщины немного разгладились, лицо приобрело более естественную окраску, перестав выглядеть землистым.

— Вы не представляете, что я сейчас испытываю! — проскрипел довольный голос. — Это, как глоток воды умирающему от жажды! Ради такого не жалко пожертвовать всем остальным. — Подобревшие глаза воззрились на них. — Пора идти… Сейчас начнется ливень. В это время опасно оставаться на поверхности.

Алина взглянула на небо. Оно совершенно не изменилось, оставаясь фиолетово-серым. Воздух по-прежнему был пропитан влагой, и ни единый порыв ветра, как предвестник грозы, не нарушал его состояния.

— Откуда вы знаете, что пойдет дождь? — удивилась она.

— Деточка, за сто лет, что я провела здесь, можно научиться еще и не такому, — ухмыльнулось существо. — Я чувствую его запах, он становится все ближе. И если мы не поторопимся, то рискуем потонуть в потоке грязи.

Быстро собрали палатку, изрядно пострадавшую во время ночного происшествия. Там, где раньше находился коврик Алины, теперь зияла дыра с уходящей вглубь земли лестницей.

— Живо спускайтесь! — скомандовало существо.

Едва что-то типа люка захлопнулось над их головами, как раздался сильный гром, сотрясая все вокруг.

Они оказались в кромешной темноте. Насколько успела заметить Алина, лестница уходила глубоко под землю. Проход тесный, пришлось идти друг за другом, нащупывая неровные ступени, хватаясь за влажные и липкие стены. Тормозило движение и то, что приходилось нагибаться, чтобы не касаться головой липкой поверхности.

Несмотря на то, что они удалялись от поверхности земли, гром только усиливался, сотрясения становились все ощутимее.

— Скоро придем, — проскрипело существо, замыкающее шествие. — Там я разожгу огонь.

Наконец, преодолели последнюю ступеньку. Дышать стало немного легче, почувствовался приток свежего воздуха. Голова ни во что не упиралась, и можно было выпрямиться во весь рост.

Как ни старалась Алина что-нибудь разглядеть, кругом царила темнота.

— Сейчас… сейчас… еще чуть-чуть, и станет светло. — Вслед за словами загорелся огонь, и по помещению разлился тусклый свет от большого факела, вделанного в стену.

Они находились под огромным куполом, вся поверхность которого была вымазана чем-то черным. В самом центре, в углублении в земле, размещался большой очаг, над которым возвышалась тренога с болтающейся на ней бесформенной емкостью. От очага шло тепло и легкий дымок. Становилось понятно, что затушили его недавно.

Приглядевшись внимательно, Алина заметила, что купол неровный. С одной стороны имелось углубление, почти до верху заваленное ветками. С противоположной стороны — еще одно. В нем стояла большая деревянная лохань, в которую по желобку струйкой стекала вода. Впрочем, струя становилась все толще, по мере нарастания шума сверху.

— Скоро воды наберется много, и вы сможете умыться, — проследив взгляд Алины, пробормотало существо. Оно копошилось возле очага, разжигая его.

Несмотря на убогость убранства, в помещении было сухо и тепло. Плащи на путниках быстро сохли. Накопленная за сутки влага испарялась, как по волшебству.

— Чего застыли, как вкопанные? — проскрипел недовольный голос. — Садитесь к очагу. Стелите ваши коврики. Сейчас чай будем пить.

— Как нам вас называть? — спросила Алина, когда все разместились возле ярко пылающего костра.

— Когда-то, давным-давно, меня звали Ада Степановна. — На морщинистом лице, которое оказалось женским, появилась грустная улыбка. — Потом, просто баба Ада… А сейчас… сейчас зовут… грязной старухой… Впрочем, я и есть грязная старуха, — усмехнулась она.

В душе Алины шевельнулась жалость к этой оступившейся душе, обреченной на вечные мытарства.

Баба Ада прошлепала грязными босыми ступнями вглубь купола и вернулась с тремя самодельными деревянными чашками, в которые ловко плеснула темной жидкости, не снимая емкости с треноги и рискуя обвариться. По помещению заструился незнакомый, но приятный и терпкий запах.

— Замечательно пахнет! Что это? — поинтересовалась Алина, попробовав обжигающую жидкость.

— Это чай из коры дерева эвкалипта, которое растет далеко отсюда, — хихикнула баба Ада.

— За все время, что мы здесь, нам не встретилось ни одного живого дерева, — удивилась Алина. — Неужели, они все-таки есть?

— А кто сказал, что оно живое? — сурово воззрилась на нее старуха. — Дерево мертво, а вот кора у него живая, целебная. Не смог убить ее проклятый воздух вечности! — Она потрясла кулаком, грозя невидимому врагу.

— Воздух вечности? — не поняла Алина.