Чтение онлайн

– Ничего страшного, бывает, – потирая челюсть, пробормотал он, выходя из кабинета следователя.

– Бога благодарите, – не принял Лесиной благодарности Кравец. – Повезло вашему Рембо, что ни Сухова, ни его волкодавов на территории не оказалось.

– Волкодавов? – вытаращила глаза Леся.

– Телохранителей, то есть. Иначе на Сашке вашем живого места не оставили бы. И – остались бы при своих. Работа у них такая… А охрана, что торчит там круглые сутки – это так – мальчики при галстуках: антураж для отдыхающих, – махнул рукой Кравец.

– Ничего себе мальчики! – не выдержала Леся – Я все видела! – Как они вчетвером на Сашку…

– А ты что хотела? – Взревел вдруг Кравец и, словно опомнившись, резко выдохнул:

– Ладно, не заводи меня. Забирай своего Рембо и дуйте отсюда пока не передумал…

Уж на кого-кого, но на Рембо Сашка в тот момент тянул с явной натяжкой. Ничего героического свежие ссадины и синяки не внушают: рассеченная бровь багровой вспученной лавой полностью затопила левый глаз, а лицо с подсыхающей корочкой крови, будто вывалили в грязи. Впрочем, почему – будто? Она видела, как четверо из охраны пансионата метелили Сашку минут пять, пока не подъехал милицейский УАЗик…

Возвращаться в дом к Лесе Саша отказался категорически. Отмываться и приводить себя в божеский вид ему пришлось в ближайшем общественном туалете. По счастью, это заведение выкупили частники, и ему за отдельную плату предоставили на выбор не только щетки, шампуни и полотенца, но и телесного цвета пластыри. И даже – ручной фен. Когда, спустя время, он вышел к Лесе, то выглядел вполне сносно.

Предугадывая его желание, Леся протянула мобилу:

– Я набрала их домашний… Если хочешь…

– Хочу, – понял он ее с полуслова и втопил нужную кнопку. – Только бы были дома, – с волнением стал считать он протяжные гудки.

– Оля? Это я – Саша… – его голос рассыпался осколками полутонов.

– Сашенька!.. Вернулся?.. – За сдержанным всхлипом последовал бессмысленный вопрос. – Ты где остановился?

– Еще не знаю… Пока, – голос дрогнул, – звоню из Семигорска.

– Иди к нам. Прямо сейчас. Адрес новый запиши…

– Я знаю, мне Леся сказала… Сейчас буду.

Через минуту Саша поймал такси. Усадив Лесю на заднее сидение, он сел рядом с шофером.

– Лесь, будь другом, – развернулся к ней Саша, – как подъедем к тебе – вынеси мою сумку, она совсем не тяжелая… А я – прямиком на Кольцова, ага?

Леся сосредоточено кивнула. Слишком сосредоточено. Взгляд Саши чиркнул вопросом.

– У меня есть план, – невпопад рубанула она и, заметив его недоумение, замялась, – ты не думай, я… мы… Короче! Приезжай к нам, поговорим, – она умоляюще заглянула в его глаза.

Он с улыбкой потрепал ее по руке.

– Я серьезно… – С обидой протянула она. И, дернувшись к нему, вдруг быстро зашептала прямо в ухо:

– У Сухова сегодня в 17:00 открытая встреча с избирателями – во Дворце культуры. Нам в почтовый ящик кинули приглашение. Там наказы будут собирать…

– Что? – не сразу врубился он.

– Ну, пожелания от жителей. Там и пресса будет. Ты, главное, пойми – упускать шанс нельзя. Может, все еще образуется? – с надеждой поймала его взгляд Леся.

– Ничего уже не образуется, – жестко оборвал ее он. И, смягчившись, добавил, – что толку от прессы – она же купленная…

– Ты ж ничего не знаешь, – всплеснула руками Леся и задела его по носу. – Ой, извини! Но ты же не сечешь. Помимо его газетки, говорят, будут телевизионщики из “Блица”!

– Кривошеевские прихвостни? А он тут с какого припека?! Пятилетку свою он у нас давно уже оттрубил…

– Кривошеев поддерживает Синкина, который из варягов…

– Ничего не понял, – помотал стриженной головой он.

– Саша! – Уже решительно оборвала его Леся. – В полпятого я жду тебя у Дворца Культуры. – И строго, как когда то в детстве – на правах старшей – отрезала:

– В любом случае, это так оставлять нельзя!

– Не-е-ль-зя-я… – угрожающим эхом процедил он.

И смотри, не опаздывай, – шутя пригрозила Леся, когда таксист лихо свернул с дороги прямо к ее калитке.

В начале пятого он подошел к Дворцу культуры, но не с центрального входа, где его собиралась встретить Леся, а со служебного, который выходил в уютный, проходной дворик. Имелся тут и запасной выход с пожарной лестницей, примыкающей к левому цоколю. ДК он знал как свои пять пальцев, особенно – “закулисье”. Еще со времен учебы в музыкалке. Тогда его коронные фортепианные номера – пьесы Гайдна, Шопена и Моцарта, а позже – Рахманинова и Скрябина – включали во все общегородские праздники. Довольно часто его выход предворял камерный хор ДК.

Совсем не ко времени он вдруг вспомнил, как его, 12-летнего мальчишку, покоробила обычная у артистов практика: и мужчины, и женщины переодевались в одной служебной комнатке. Шкафчиков не было и в помине. Одежду раскладывали на стульях. Там же находился и его стул.

После 10-минутного выступления он не спешил в раздевалку – изучал ходы за сценой, поначалу путаясь меж рядами декораций и тяжелыми фалдами двойного занавеса. Но не все тетки-хористки успевали за это время переодеться. Вероятно, из-за длинного ряда глупых крючочков со спины – на их концертных платьях (вроде “молнии” нельзя было поставить!). Однажды, лет эдак в 14 он невольно загляделся на одну из солисток с потрясающим изгибом стройной спины. После этого он уже не задерживался в закулисье, а спешил полюбоваться на это диво. Огорчало одно – ее платье всегда застегивал молодящийся 50-летний тенор. Удивительно, но лица этой дивы он так и не вспомнил.

Хорошо, что он раздумал подходить к Лесе, – перескочил Саша в день нынешний. – Нельзя ее подставлять, мало ли как все повернется. Четкого плана у него не было. Он шел сюда на автопилоте. Как и во время нередких сбоев в сборных концертах, всецело полагаясь на свою способность к импровизации и экспромту. Особенно, когда известна исходная тема – от печки и плясать легче.

Спустя секунду появилась и “печка” – во дворик въехал допотопный ПАЗ. Оттуда, держа на вытянутых руках колоритные костюмы в русском народном стиле, стали выползать артисты. Он спокойно прошел через служебный вход вместе с ними.

– Серьезно подготовился Сухов – куда ж без фольклора будущему народному избраннику.

Саша оглянулся на голос – с телевизионной аппаратурой возились двое.

Кажет мой нос, что свой “фольклор” подкинет и Синкин.

Ряженных под глас народный?

Ага. Видал, ка-а-кие люди уже фасад снимают? А их аппаратура?!

Не чета нашей. Перейти, что ль к конкурентам, хоть рядовым оператором…

Кому мы нужны. Сиди уж…

Зуб даю, закопают сегодня Нестора, – сменил тему оператор.