Найти себя
Шрифт:
— И это тоже.
Его голос стал глубже, более хриплым... Или это мне только показалось?
Он продолжал очерчивать контуры моего тела. Скользнул по рукаву кардигана, вверх по предплечью. Я сидела, словно окаменев, неспособная пошевелиться даже если бы захотела. Всё выглядело невинно. Он всего лишь отмечал мои нервные реакции, но внутри меня бушевал пожар. Это напоминало прелюдию, помноженную на тысячу.
И ведь он всего лишь прикасался ко мне. Легко. Через одежду.
Его пальцы добрались до моего подбородка, коснулись уголка губ. Большим пальцем он высвободил мою нижнюю губу. Я всё это время прикусывала её, пока он дразнил меня.
— И это тоже, — выдохнул он, накрывая ладонью мою щёку.
По телу прокатилась волна мурашек. Я закатала рукава кардигана, но это не помогло. Одна половина тела всё ещё дрожала от его прикосновений, другая горела в огне.
Уэйд тихо рассмеялся и убрал руку. Я даже не заметила, как из горла вырвался разочарованный стон.
Он снова коснулся моего предплечья, но теперь пальцы скользнули прямо по коже по следам мурашек.
— А вот это уже говорит совсем о другом, — протянул он, явно довольный моей реакцией.
Я выдохнула, осознавая, что бессмысленно отрицать очевидное. Я действительно нервничала рядом с ним... Но не знала, как объяснить, почему.
Хотя нет, знала.
Я просто не собиралась признаваться, что раньше сомневалась, тот ли он самый, а теперь знала наверняка.
И это точно не то, чем я была готова с ним поделиться. Хотя прямо сейчас моё тело отчаянно умоляло забыть о гордости, признаться во всём, затащить его подальше от всех и остаться с ним наедине.
— Это всего лишь я, — прервал мои мысли Уэйд, возвращая меня в реальность. На кухню к остывшей яичнице со стейком.
Я, наконец, оторвалась от тарелки и впервые за весь завтрак посмотрела туда, куда давно следовало.
На него.
Я встретилась с тёплым карим взглядом, и сердце вдруг обрело устойчивый ритм. Это было странно, ведь с момента, как он появился, оно стучало в бешеном темпе. Но в его глазах было что-то... Мягкое. Чувство, похожее на любовь.
Этот взгляд успокаивал. Возвращал меня в реальность. Напоминал, что рядом просто Уэйд.
Я проводила с ним вечера наедине и не теряла голову. Почему сейчас должно быть иначе? Да, всё изменилось, но... Я знала. На сто процентов.
Он был тем самым.
Последним.
Я поднялась, собрала тарелки — его пустую и свою почти нетронутую — и отнесла их в раковину. Уэйд последовал за мной, взяв наши чашки. Мы молча убирали кухню. Он мыл посуду, я вытирала.
Мне всегда казалось, что нет ничего сексуальнее Уэйда, оседлавшего быка.
Я ошибалась.
Его руки, погружённые в мыльную воду, когда он с лёгкостью драил тарелки... Чёрт.
Кухня быстро засверкала чистотой. Теперь мне нечем было заняться, и я неловко переминалась с ноги на ногу. Кажется, на этом свидание должно было закончиться.
Но я не хотела, чтобы оно заканчивалось.
Я не знала, как попросить его остаться.
Но Уэйд избавил меня от необходимости думать. Он просто взял меня за руку, увёл в гостиную и усадил рядом с собой на диван. Закинул руку мне на плечи так легко, словно делал это сотню раз.
И моё тело мгновенно расслабилось, даже если разум всё ещё метался.
— Спасибо за завтрак, — сказал он.
Я фыркнула, сама не ожидая, что это поможет окончательно выдохнуть.
— Думаю, это я должна благодарить тебя. Ты же его приготовил.
— Но ты его придумала.
Я усмехнулась.
— Так что это было твоё свидание? Значит, мне полагается реванш?
— О, нет, дорогая, — покачал он головой, усмехнувшись. — Моё свидание у тебя не украсть. Я запланировал кое-что особенное.
Моё тело предательски дрогнуло от этих слов. В голове тут же завертелись догадки, но я ничего не могла придумать.
Только бы не что-то активное. Я смертельно устала от таких свиданий.
Хотя... Одно физическое занятие с ним я бы точно не отказалась попробовать.
Мысли опасно ускользнули в запретное русло, но Уэйд, будто зная, что я на грани, спас меня.
— Не думай слишком много, — улыбнулся он. — Будет весело, обещаю. А пока что... Может, просто насладимся этим свиданием?
Я знала, что не смогу выбросить это из головы. Слишком уж любопытно было узнать, что он задумал. К тому же я ненавидела сюрпризы. Но я всё же попыталась расслабиться, как он просил.
Я прижалась ближе, и мы какое-то время просто сидели в тишине, наблюдая, как за окном барабанит дождь.
— Здесь всегда так льёт? — спросила я, решив, что он, раз уж живёт в Оклахоме, должен знать.
— Тут бывает разное, — ответил он, кивая на окно, за которым потоки воды размазывали мир. — От лёгкой мороси до настоящих штормов. Но это не гроза. Это просто хороший и нужный ливень.
— Полезный для твоего ранчо? — спросила я, наконец найдя способ перевести разговор в нужное русло.
Уэйд напрягся.
Я заметила это сразу.
Почему? Он же знал, что мне абсолютно неважно, чем он занимался...
— Что ты имеешь в виду?
— Ну, дождь ведь, наверное, полезен для полей или как там у вас... На ранчо, где ты работаешь?
Уэйд хмыкнул, и его хватка немного ослабла.
— Ага, конечно. Он ещё и наполняет пруды и ручьи.
— Значит, это семейный бизнес?
Его пальцы тут же сжались на моём предплечье. Я до сих пор не понимала, почему разговоры о семье так напрягают его. Но если он собирался замкнуться, почему бы мне не копнуть глубже?
— Какой-то мужчина на родео сказал, что ты бросил соревнования после смерти отца, потому что тебе пришлось помогать матери и сестре. И что ты не хотел, чтобы семейным делом управлял кто-то посторонний.
Он промолчал. Может, его задело упоминание об отце. Может, ему было неприятно, что я узнала об этом от случайного старика, чьего имени даже не запомнила. А может, он просто сомневался, как я отношусь к его профессии. Но тишина становилась слишком напряжённой, и мне это не нравилось.
— У тебя своё ранчо? — спросила я, решив, что именно в этом причина его нервозности.
Возможно, он боялся, что я осуждаю его за то, что он фермер. И если он признается, что это его собственное хозяйство, я тут же сбегу первым же рейсом.