Назло богам, на радость маме
Шрифт:
Допев до конца, вставляет пенсне обратно и удивленно осматривает нас.
— А Вы, собственно, почему не спите?
— А что, должны? — ехидно интересуется Витька.
— Я вас умоляю! — уверенно отвечает кот. — Самая хорошая колыбельная!.. Может, из вашего времени спеть? «Спят усталые игрушки…»
Меня начинает пробивать на «ха-ха». Витька уже просто ржет.
— Слышь, Борис-Анна-Юлия, — сквозь смех выдавливает командирша. — Кончай фигней страдать, а?! Меня этой песенкой в три года усыпить не могли!
— Николай! — поправляет кот. — Последнюю букву пропустила! — он подхватывает выпавшее пенсне, зло дует на него и водружает на нос полноценные очки. — И какой же песней тебя можно усыпить?
— Тебе песенку спеть? — интересуется Витька. — Могу, для общего развития. Только ни со мной, ни с Игорьком ты ни одной песней не сладишь!
— Я вас умоляю! — вкрадчиво мяукает кот.
— Я внушению не поддаюсь, — Витька заговорщицки подается вперед и подмигивает мохнатому. — Специальные тренировки. А Игорек не сможет спать, пока не овладеет, — она делает паузу, потом кивает на русалку, — вот той кралей. Ты всерьез думаешь усыпить мужика, выставив перед ним такой раздражитель? Он же от нее глаз не отводит! Даже дар речи пропал!
— Я не раздражитель! Я берегиня! Василисой зовут, если кто не в курсе, — вмешивается блондинка. — И я не виновата, что ты своему мужчине не нравишься!
Здоровенная шишка бьет Василису в лоб. Hавстречу летят желуди. Ну всё, начались бабские разборки. Берегиня кидает больше, моя спецназовка метче. Волосы русалки в процессе перестрелки летают по воздуху, открывая такие виды… При этом девушки успевают обмениваться любезностями… Узнаю много нового об особенностях женской анатомии, физиологии и многом другом… И ни одного неприличного слова!
Между прочим, они обе неправы. Во-первых, на русалку я не смотрю. Ну, по крайней мере, стараюсь. Во-вторых, ни в ее присутствии не усну, ни в отсутствии. И Витькин рецепт не подействует, Любомудрово тело к таким забавам устойчиво, с Мекриной волхв по три ночи подряд не спал! В-третьих, дар речи у меня не пропал, просто некуда слово вставить. В-четвертых, берегиня, конечно, раздражитель, да еще какой! Особенно, когда кидает желудь или пытается увернуться от шишки. А в-пятых, Витька мне нравится. Больше Василисы и Мекрины вместе взятых. Хотя она и чудовище, а те обе куда сексапильнее.
Только сейчас надо не о бабах думать, а остановить эскалацию конфликта. А то Витька, кажется, собирается перейти с подручных средств на домашние заготовки. У нее там и ножи, и звездочки, и пластинки… Не считая гранат и лопатки. От берегини мокрого места не останется, да и дуб с котом сильно пострадают. Баюн, может и сбежит, а вот дереву деваться некуда!
— Витенька, золотце, — добавляю в голос максимум ласки. — Я тебя очень люблю! И посторонними берегинями не интересуюсь. Просто костюм рассматриваю, чтобы потом тебе такой же заказать! Оставь ее, давай к делу вернемся.
— Ты собрался ее спасать?! — накидывается на меня Витька.
— Что ты, любимая! Ты же гораздо лучше! — всё, с блондинкой мне ничего не светит. Наплевать, все равно, небось, дерево деревом. — Дуб жалко! Ему тысяча лет, если не больше, а ты его за три минуты на дрова переведешь! Всей отдачи будет — жареная русалка, но я их не ем. Я и рыбу-то не слишком люблю!
— Я не русалка! — получаю с дерева презрительный взгляд. — Я берегиня! Ой!
Отвлеклась девочка и получила прямое попадание. Это наше маленькое счастье успевает и на меня кричать, и за котом приглядывать, и шишки кидать, и от желудей уворачиваться. Славянским нимфам такого не дано.
Но вот как их остановить?.. Как-то же надо…
Видимо котяра, с интересом наблюдавший за перестрелкой и, особенно, перебранкой, приходит к тому же выводу. Взмах лапы и Василиса исчезает с ветвей. Только всплеск у дальнего края озера. А говорила, не русалка! Обман, сплошной обман! Впрочем, может, это рыба плеснула…
— Ты мне обещала песню, — мяукает Баюн. — И где?! Я тебя умоляю!
— Легко! — Витька, словно и не было маленького скандальчика, запевает:
Желтою лампой сияет луна В мягких ночных небесах. В Африке дремлют три белых слона, Птички сидят на ушах…А ничего так у нее выходит, душевно. И котяра под обаяние попал, ВОН какая морда меланхоличная.
Птички сидят на слоновьих ушах И, разумеется, спят. Только не спят крокодилы в кустах Тихо кого-то едят…Витька бросает недвусмысленный взгляд на вновь появившуюся берегиню.
А за великой китайской стеной Дяди китайцы храпят. В речке Янцзы с голубою водой Лодки подводные спят.Баюн настороженно шевелит ушами. Из приоткрытой пасти выглядывают вполне достойные тигра клыки.
Лодки подводные с красной звездой, Серп с молотком на боку. Утром советских подводников строй Скажет китайцам: «Ку-ку».— Так их, так! — негромко восклицает кот. — Я вас умоляю! А то развелось всяких!
Много на свете есть разных чудес Всех их нельзя сосчитать. Где-то на улице пьяный балбес Песенку начал орать. [1]1
Песня В. Турьянского
— Хорошая песня! — комментирует Баюн. — Возьму на вооружение. Кстати, о пьяных балбесах. Угостила бы чем-нибудь особенным…
— Только после дела! — заявляет Витька. — Знаю я вас, мужиков! С полпинка нажретесь, и толку уже никакого не будет. Вон, подруга не даст соврать!
Берегиня согласно кивает головой.
— Предательница, — шипит на нее кот.
— А нечего было меня удалять в самый разгар веселья, — парирует та. — Я что тебе, девочка, туда-сюда прыгать? Перебьешься без валерьянки!
— Что? — воет кот. — Даже не взяла? Я зачем тебя в аптеку посылал?
— А я откуда знаю? — берегиня пожимает плечами. — Никто ничего не просил!..
— Приодеться не забыла! — бурчит кот.
«Одетая» (в волосы вплетены разноцветные ленты) Василиса инсинуацию игнорирует.
— В общем, так, — Витька вновь перехватывает инициативу. — Ты нам отдаешь Алатырь-камень, а я тебя пою хоть до розовых мышей!
— Я вас умоляю! Хотя… Розовые мыши, говоришь? — кот задумывается. — Никогда не видел… А чем поить будешь?