Чтение онлайн

Он ухаживал за мной так, будто делал это тысячу раз. Но это не так. Я не позволяла ему быть для меня чем-то большим, кроме как постельной игрушки. В то время как парень мечтал быть всем для меня. И теперь у него была возможность показать мне, насколько я важна ему. Но уже поздно, слишком поздно.

Такая я, даже Алексу не буду нужна. Сломанное подлежит восстановлению. Но пустоту что поселилась внутри меня, ничем не заполнить.

Разве что …

– Алекс, мне нужен ноутбук, с выходом в интернет.

Он как раз уложил меня в постель, и теперь удивленно смотрел мне в лицо.

– Я не думаю, что он тебе необходим. Все что тебе надо, это отдых. Сон, и еще раз сон.

Я задумалась. А какой у меня вообще статус, в вроде как родном доме, братстве, что вырастило меня.

– Я здесь пленница?

– Что? – он был искренне удивлен.

– Дверь запирается.

– Это просто. – Он сел рядом со мной. – Виктор считал, что ты сердишься на него, поэтому опасался за свою шею. Я отобрал у него ключи, что бы никто, не смог побеспокоить тебя. И запираю дверь, когда ухожу, что бы никто ни лез к тебе, пока я отсутствую. Когда я рядом, могу сам выгнать наглецов.

Меня прямо таки окрылили раскрывшиеся перспективы. Открытая дверь – это хорошо. Только вот Алекс должен крепко спать.

– Мне необходим ноутбук. Или ты принесешь мне его сам, или я пойду искать его самостоятельно. Выбирай.

Он внимательно изучал меня, некоторое время. Потом тихо спросил.

– Ты ведь не фильмы собираешься смотреть, что бы как то заполнить свободное время?

– Это не твое дело, что я собираюсь делать!

Его явно задел мой ответ.

Не глядя на меня, он задал свой следующий вопрос.

– Ангел. Твое отношение поменялось ко мне, после того, как я признался в своем родстве с Виктором?

– Нет. Мне абсолютно все равно, кто является донором спермы. Но только до тех пор, пока вы не сдружитесь, особенно против меня. – Проворчала я.

Он снова посмотрел на меня. В его глазах читалась вселенская тоска. Мальчик весельчак, что тебя так расстроило?

– Все равно ты не до конца откровенна со мной.

– Я не умею быть откровенной.

– С вампиром все иначе?

– Да!

– Почему? Что на самом деле происходит между вами?

Я молчала. Разве он не видит, что происходит? Это же очевидно!

– Почему ты молчишь? Тебе есть что скрывать? Он угрожал тебе? – помолчав, он добавил. – Это полный отстой, что вы оба знаете русский язык. Ненавижу быть неосведомленным.

– Так ты подслушивал?

– Это трудно назвать подслушиванием, не зная, о чем говорят. Просто наблюдал. Я боялся, что вампир набросится на тебя.

Я разозлилась.

– Хватит называть его так. Его зовут Роман.

– То, что вы родом из одной страны не делает его человеком.

– Ты прав. Его новая ипостась мешает, но лишь тебе. Благодаря его сущности, я до сих пор жива. Черт бы его побрал, вместе с его благородством.

– Что это значит? – он был удивлен вспышкой моего раздражения.

– Роман вытащил меня из плена. Отвез меня туда, где я могла отдохнуть, набраться сил, он лечил меня, кормил, оберегал. Он мой друг. И даже больше. Он как брат. Как настоящий брат.

– Твои братья и сестры здесь, в школе!

– Это чужаки Алекс. Если ты читал мое досье, то ты должен это понимать!

– Но какого черта он стал тебя спасать?

– Мы познакомились в Риме! Я нашла его, когда он превращался, и не стала убивать.

Помолчав, он тихо спросил.

– Он знал обо мне? – ему было стыдно задавать этот вопрос, ибо он показывал, насколько блондин, не уверен в себе.

– Господи Алекс, ты слышишь себя? Ты ревнуешь к вампиру! По-твоему я спала с вами двумя одновременно? Или после того как надо мной месяц издевались, я могла найти в себе силы, заводить роман? Я уже говорила раньше, и повторю, но в последний раз. Роман мне как брат, он очень близкий мне человек, и не пытайся поправить меня, - я злилась, потому что Алекс видел в нем только вампира. – Я не боюсь поворачиваться к нему спиной, подставлять свою шею, и дам ему перевязать кровоточащую рану. Хотя это и проблематично для него. Но когда он пришел за мной, я была вся в крови. Раны на моей спине плохо зажили, и постоянно кровоточили. Он справился. Не знаю как, но он смог. Я полностью ему доверяю. Ему единственному. И не смотри так на меня. Он многое сделал для меня. Сам чуть не погиб. Дважды.- Помолчав немного, я добавила. – Он знал о тебе с самого начала. Знал до того, как я сказала.

Алекс долго смотрел на меня. Его лицо было напряженно. Он кусал нижнюю губу. Но так как свои эмоции он скрывал, я не знала, что его гложет.

Просто открыла свои объятия, и он с радостью пошел на встречу ко мне.

Мы лежали некоторое время. Моя голова с удобством устроилась у него на груди. Его руки крепко прижимали к своему горячему телу. Он всегда был горячим.

– Прости, что так отреагировал. И я принесу тебе компьютер. Только можно, я еще немного полежу?

Он еще теснее прижался ко мне. Его губы нашли мои, и стали целовать. Я отвечала. Но ничего не чувствовала.

Пустая.

Глава 23.

Я ждала его лежа в кровати, от нечего делать, лениво рассматривала стерильную чистоту своей палаты-камеры.

Даа! Хоромы по сравнению с моей предыдущей тюрьмой. Как вспомню, о том, через что мне пришлось пройти, злость охватывает все мои внутренности.

Меня искалечили. Я пережила выкидыш. Мною питались вампиры. И ко всему прочему меня постоянно возвращали назад, забирая возможность просто уйти туда, где намного лучше. Будет ли этому предел? Меня все еще наказывают!

В глазах появились предательские слезы. Пришлось сосредоточиться и не закрывать веки до тех пор, пока унизительная влага не высохла. Почему это происходит со мной?

Я оглядела себя.

Взамен вымазанной кровью одежды, я получила новый комплект, вновь отвратительно белый.

Все сияюще чистое. Но это все фальшь. Меня пытаются вновь присмирить, что бы было проще управлять. Не понятно о чем Виктор вообще думал, отдавая приказ? Рассчитывал ли он, что содеянное останется в секрете, и я покорно буду терпеть дрессировку.

Находясь в плену, я месяц провела в собственном дерьме, но искренне верила, что за это мне воздастся свыше, и я получу желаемое избавление.

 Месяц. Я не принимала душ, не держала в руках куска мыла, не видела чистой одежды. Мои лохмотья пропитались потом и запекшейся кровью. А когда на мне разорвали одежду что бы отхлестать кнутом, мне кинули такие же грязные лохмотья, только более целые.

Я бы добровольно пошла под плеть, только бы время вернулось вспять, и ничего с матерью и отцом не произошло.