Чтение онлайн

А ведь он и правда мог меня изнасиловать там, на берегу. Мог! И я бы ничего не смогла с ним сделать - силы были не равны.

Стоит только представить, что если бы он успел...

– Ты что - плачешь?
– раздаётся настороженное по салону, и я, шумно втянув носом солёную воду, рывком смахиваю вдруг откуда ни возьмись взявшиеся слёзы.

– Ничего я не плачу. Это просто запоздалый шок. Такое бывает у тех, кто... ну, пережил что-то подобное.

– Уже переживала?
– ловлю его взгляд на своих разодранных коленях и от чего-то чувствую стыд.

– Было...
– шепчу под нос.
– Там ещё, в Питере. Познакомилась с одним в клубе, увязался проводить, даже выйти ещё не успели, как он вдруг начал распускать руки.

– И что было дальше?

Прекращаю таращиться на носки своих туфель и перевожу на него взгляд. Открытием стало то, что ему действительно интересно. Он спросил это не из вымученной вежливости. Он меня правда слушает.

– Ничего дальше не было. К счастью, мои друзья вышли покурить на улицу и наваляли этому идиоту.

– А говорят ещё, что курение убивает. Кому-то оно спасает жизнь. Дважды, - изрекает Ветров, и хмурая складка на его лбу становится ровнее. Спустя пару минут тишины, снова на меня смотрит: - Как ты?

И это его "как ты" прозвучало так... Небезразлично! Нормальным человеческим тоном, без зла, заносчивости и пафоса.

– Нормально...
– шепчу, глотая окончание и подступивший к горлу солёный ком.Слишком много впечатлений для одной ночи.

Остаток пути мы едем в полной тишине. Ну, за исключением сменяющихся наполненных меланхолией треков по радио - в полной.

Я не знаю, что у него спросить, любой вопрос кажется сейчас неуместным. Хотя мне очень хочется узнать, что за человек его отец, как Эмиль пережил развод родителей, хочется разуверить его, что мне нравится это всё не больше, чем ему. Но я молчу, как и он.

Когда он тормозит у ворот своего бывшего дома, то даже не смотрит в ту сторону. Вернее, взглянул на белый ухоженный коттедж всего раз, а затем демонстративно отвернулся и кивнул на дверь:

– Надеюсь, сами дойдёте? Дождь уже почти закончился.

Пробурчав скомканные слова благодарности, выбираюсь в промозглую сырую ночь.

Как только я вытаскиваю абсолютно невменяемую Аду из салона, машина резко срывается с места и, разрезав тишину ночи визгом шин, удаляется по чёрной ленте дороги обратно в сторону "Рио".

Аделина не может связать и двух слов, прочем, как и работать ногами, поэтому мне приходится тащить её буквально на себе, и когда я добредаю, наконец, до входной двери, с меня в прямом смысле сошло семь потов.

– Аккуратнее... Тише, пожалуйста, - шиплю на подругу, когда она, поднимаясь с моей помощью по лестнице, то спотыкается, то громко икает, что начинает что-то бессвязно лепетать.

– Меня сейчас стошнит...
– предупреждает... но поздно - зловонная жижа с гортанным звуком выплёскивается наружу и уже стекает по моему рукаву, образуя на ступеньках мерзкую лужу.

– Что здесь происходит?
– одновременно с вопросом зажигается свет, и мухомор, морщась, с маской омерзения лицезреет на съеденный и хорошо переваренный ужин Ады.

Потом он переводит взгляд с него на меня. На моё лицо, исполосованное разводами размазанной туши, на мои разодранные окровавленные колени...

– Завтра поговорим, - и брезгливо.
– Убери тут всё.

И пока Аделина, сама того не осознавая, сладко спит на бывшей кровати самого Эмиля Ветрова, я, прокручивая в голове эту странную наполненную событиями ночь, убираю её блевотину.

Ну что ж, никто и не обещал, что будет просто.

***В понедельник утром Аделина в универ не пришла. Написала короткое сообщение в мессенджер, что неважно себя чувствует, хочет один день побыть дома и "отлежаться".

Понятия не имею, действительно ли это так, но почему-то охотно ей верю. Судя по тому, с каким посеревшим лицом она уезжала от меня вчера утром - ей на самом деле было не очень хорошо. А ещё стыдно. Быстро собравшись, она сумбурно извинилась и сбежала, пока её не засекли мама и Виктор. Это я ей ещё не стала рассказывать, что мухомор уже в курсе, что в его доме гости и при каких пикантных обстоятельствах произошло это "знакомство". Я вообще не стала ей что-то говорить, как-то пилить за безрассудное поведение. Бить лежачего не слишком гуманно. Но стоит ей только появиться в универе завтра... От нравоучений не уйти. Ведь именно из-за неё я едва не вляпалась в дурнопахнущую историю. Вернее, наступила уже одной ногой и если бы не Эмиль...

Признаться, его поступок не оставил меня равнодушной и, не смотря на то, что с "Рио" я вернулась абсолютно измочаленной эмоционально, я всё равно не смогла уснуть до самого утра. Крутилась, вертелась, взбивала подушку, бесперестанно прокручивая в голове события сумасшедшей ночи.

По какой-то совершенно необъяснимой причине случай с Максимом отошёл на второй план, отдав первенство в мыслях Ветрову-младшему. Перед глазами стояло его будто бы высеченное из камня лицо, прибитая дождём ко лбу чёлка, крепкая шея из расстёгнутого ворота рубашки...

Я совсем не вспоминала, что чувствовала, когда Максим тянул меня за руку к валунам на берегу - хотя в тот момент мне было дико страшно! Но зато я как будто бы до сих пор ощущала ладони Эмиля на своих бёдрах, когда он нёс меня с пляжа на руках. Словно принцессу, спасая из логова злого дракона.

Да, он всё равно вёл себя как засранец, эти его взгляды-порезы, невысказанное "ну ты и идиотка", но я всё равно была ему очень благодарна. Ради меня никто и никогда ничего подобного не делал.

Ещё мне почему-то стало казаться, что теперь нас связывает нечто очень интимное - ведь я поделилась с ним трудным эпизодом своего прошлого, он рисковал из-за меня жизнью, ввязываясь в доску с парнем прилично старше себя. Хотя "ввязываясь в драку" - сильно утрировано, он тупо набил морду этому Максу, и всё, даже рук не запачкал. Так, слегка костяшки пальцев сбил.

Но всё равно - такие события сближают. Не могут не сблизить. И когда сегодня утром я увидела на стоянке универа его слегка заляпанный "Скайлайн" - сердце подпрыгнуло. Не стану лукавить, если добавлю, что подпрыгнуло взволнованно.