Чтение онлайн

– Эта девочка не любит тебя, сынок.

– Зато я люблю её. Я ей нужен.

– А ты уверен?

– В том, что её люблю?

– И в этом тоже. Прости, но в твоих глазах огня я так же не заметила.

Он ничего ей не ответил и это поселило в моей душе зерно сомнения. Ведь если он сам ни в чём не уверен, то зачем вообще нужна эта свадьба? Я уж точно обойдусь, я согласилась только потому, что думала, что это необходимо ему! Что так он будет чувствовать себя увереннее. А если он сомневается, то к чему этот фарс?

Впрочем, обсудить это всё я решила уже после возвращения обратно в Питер, а пока же мне было совсем не до этого. Я никак не могла найти себе места, но вовсе не потому, что знакомство с родителями не слишком удалось, или что Гар сам не знает, чего точно хочет, а потому, что ужасно боялась завтрашнего дня.

А если там будет Он? А если он захочет выяснить, почему же я его тогда бросила? Захочет поговорить.. Господи, дай мне сил не выдать себя.

Со всей силы сжимаю руку Гарика, не прекращая бездумно пялиться в окно такси. И чем ближе мы к месту торжества, тем сильнее сосёт под ложечкой.

– Эй, ты мне пальцы сломаешь, - шутит.

Но я знаю, что он тоже напряжён. Слышала утром, как он говорил по телефону с брачующимся и отчётливо поймала: "Ветер будет?". Вряд ли он это о прогнозе погоды... А когда он, поговорив, вернулся с балкона в номер, то был мрачнее тучи.

Кажется мне, что встречи всё-таки не избежать.

За окном мелькают разлапистые ели, открывая через прорехи вид на сверкающее море. Погода сегодня просто волшебная - ни облачка.

Он будет там. Я знаю. Чувствую.

Нужно собраться. Соберись же!

– Приехали, - оповещает таксист и тормозит свою колымагу в конце длинной вереницы автомобилей. Судя по их количеству - гостей будет человек сто, не меньше. А если ещё учесть сколько явились без "колёс"...

Вцепившись в клатч ищу глазами чёрный двухдверный "Скайлайн"... и не нахожу. И не могу понять - рада я этому или нет.

Впрочем, он мог приехать точно так же на такси.

Или не приехать совсем...

Гар галантно помогает мне выбраться из машины и мы под руку идём к раскрытым резным воротам ресторанного комплекса. В глазах рябит от пёстрых нарядов приглашённых, громкая музыка резанирует болью в висках. Вон та самая арка, украшенная бутонами пионов, россыпь столов, накрытых белоснежными скатертями, гроздья воздушных шаров, запах жареного мяса.

Меня тошнит, по виску стекает капля пота.

– Расслабься, Лея, ты ужасно напряжена, - Гар смотрит на меня с долей неподдельного раздражения.
– Тебя тут никто не съест.

Напряжена? Да я в обморок вот-вот рухну от волнения!

До боли вглядываюсь в незнакомые улыбающиеся лица, широкие спины с строгих пиджаках, тёмные макушки. Много, очень много людей... но его нигде нет.

Его здесь нет...

Не сдаюсь - ещё раз окидываю взглядом толпу и не понимаю, я боюсь его увидеть илинеувидеть.

– Сейчас будет регистрация. Идём, - Гарик цепляется за мою руку и бодро шагает по выложенной булыжником тропинке к арке, что торчит практически у самой кромки воды.
– Посмотрим, как оно, нам скоро проходить через то же самое.

О, это вряд ли. Наша роспись и близко не будет похожа на эту бестолковую толкотню. Придем в ЗАГС в джинсах и футболках, быстро распишемся, потом зайдём в ближайшую забегаловку - отметить. К чему весь этот цирк?

А впрочем, может, если бы я выходила за кого-то другого, я бы тоже хотела, чтобы этот день стал особенным... Но я выхожу не за кого-то другого, я выхожу за Гара. Парня, который так и не дал ответ, уверен ли он в своей любви.

Кажется, мы оба творим несусветную чушь.

Церемония идёт невероятно долго и излишне помпезно. Долгие пространные речи о любви и верности, заученные фразы. Жених - тощий и коротконогий, рядом с ним пышная невеста с прилично выпирающим животом. В отличие от будущего мужа она вроде бы выглядит действительно счастливой, смотрит на своего сморчка с неподдельным обожанием. Он же давит кислую улыбку и, кажется, уже успел прилично поддать.

Крепись, Ник. Жизнь - ни хрена не сказка, уж мы-то с тобой знаем.

Солнце палит просто нещадно - на макушке можно жарить барбекю. Парфюм сидящей рядом женщины ужасно раздражает.

Его нет. Теперь я знаю это точно. Я рассмотрела лица всех присутствующих - его нет.

Да, я ужасно волновалась, когда ехала сюда, боялась его увидеть, металась между "хочу" и "не хочу", но в глубине души ответ был очевиден. А теперь я знаю, что он не пришёл, волнение ушло, вместо него меня накрыло беспощадной апатией.

Я не хочу здесь находиться. Я хочу домой, в Питер. Накрыться с головой одеялом и, если повезёт, умереть.

Оборачиваюсь на Гара - он улыбается, наблюдая за церемонией. Милый, хороший Гар. Ну зачем я тебе такая бракованная?

Вдруг абсолютно чётко осознаю, что не выйду за него. Я должна его отпустить. Хотя бы один из нас должен быть по-настоящему счастлив. А я... уж как-нибудь переживу. Я и не такое пережила когда-то.

После церемонии женщины утирают платочком сентиментальные слёзы, мужчины хватаются за сигареты, тем временем пуская слюни на вожделенный коньячок. Помпезная регистрация или деревенские посиделки, роднит их одно - люди. Которыми двигают одинаковые эмоции и примитивные инстинкты.

Столики оказались именными, мы с Гаром оказываемся в компании двух его шапочных знакомых и их ржущих подружек. Они сразу же начинают чокаться рюмками, пить на брудершафт, рвать глотки, крича "горько", я же просто ковыряю вилкой салат, чувствуя себя лишней на этом шумном празднике чужой жизни.

Нужно просто пережить этот вечер, он же не будет длиться бесконечно. В конце концов все сытые, пьяные и довольные расползуться по своим норам. Кто-то приедет домой без пары зубов - что за свадьба без драки.

– Всё хорошо?
– Гарик, жуя, касается мочки моего уха промасленными губами. От него пахнет алкоголем и чесноком, а ещё туалетной водой, которую подарила нему я.

– Да, отлично, - давлю улыбку, отпивая крошечный глоток красного вина.
– Веселись, на меня внимания не обращай.

– Точно?

– Конечно.

Гар довольно кивает и продолжает оживлённую беседу с товарищами по какой-то там секции, которую они вместе посещали в старших классах. Их подружки безостановочно ржут, ежеминутно присасываясь к бокалам.