Чтение онлайн

Он криво усмехается и снова переводит взгляд на горизонт.

Мне тяжело стоять вот так рядом с ним. Тяжело делать вид, что мне всё равно.Мне просто очень тяжело...

– А как там Мия?
– меняю тему, чтобы хоть как-то отвлечься.

– Не знаю. Вышла за кого-то турецкого бизнесмена и уехала, даже не доучившись.

– Не скучаешь?

Снова этот косой взгляд.

– Поней– нет.

Не говори так. Не надо. И не смотри на менятак!

– Уу, - тяну.
– Молодец она.

И всё. Больше мне у него спросить нечего, лимит дежурных вопросов исчерпан. Теперь уже действительно пора закругляться, чтобы не наговорить лишнего.

– Ну, пошли к гостям? Гар, наверное, меня ищет.

– Ты с ним счастлива?
– вдруг спрашивает он, и я, сделав шаг, непроизвольно замедляюсь.

– Да, конечно, - хорошо, что он не видит сейчас моего лица.
– Конечно, счастлива.

– По-моему, ты врёшь.

Оборачиваюсь.

– А по-твоему, сделать девушку счастливой можешь только ты?

– Я, может, и дерьмовый психолог, но я не слепой.

– Я за тебя рада. Так ты идёшь?

Не дожидаясь ответа выхожу из грота и слышу позади шелест гальки.

Мы идём молча, тишина угнетает, а на фоне столь фантастической природы выглядит вообще кощунственной.

Мне тяжело с ним говорить, но молчать ещё тяжелее. В тишине голову разрывает от ненужных мыслей. Воспоминаний. В тишине я слышуСебя.

– Как твоя мама?
– аккуратно переступая большие булыжники, двигаюсь на приближающийся звук праздника.

– Отлично. Вышла замуж.

– Серьёзно? Только не говори, что обратно за твоего отца!

– Нет, я бы этого не допустил, - улыбается одними уголками губ. Ещё одна его фирменная эмоция.
– Её муж врач, невролог. Познакомились в больнице.

– Слушай, это отлично, рада за неё.

И я, правда, за неё рада, хоть нам и не довелось лично познакомиться. Судя по тому, что я о ней слышала, она очень хорошая женщина.

И, главное, ей удалось избавиться от чар этого ублюдка.

– Наверное, Виктору не слишком понравилось, что в ряду его фанаток снова убыло?
– не могу не позлорадствовать.

– Наверное, понравилось бы не слишком. Узнать не могу.

– Тоже уехал?

– Он умер.

Резко торможу, ошарашенная услышанным.

Я ненавидела этого мужика, презирала и никогда не считала отцом. Но... умер?..

– Что с ним произошло?

– Заболел. Долго скрывал от всех. Мы кучу времени не виделись, а полгода назад мне позвонил его лечащий врач.

– О, Эмиль, соболезную тебе, - касаюсь его руки и тут же убираю, словно получив ожог.

– Всё нормально. Мы никогда не были близки. Боль утраты была недолгой.

Всё-таки он неисправимый циник.

– Ну, вы хотябы успели пообщаться, перед...
– запинаюсь.

– О, ещё как успели. И он рассказал мне кое-что интересное. Наверное, не хотел уходить в мир иной с грузом прошлого.

Я не лезу ему под кожу. Секреты их семьи не моё дело. Но он вдруг решает продолжить сам.

– Почти в двадцать четыре года узнать о том, что твой отец тебе не родной - довольно странно. Не понимаю, зачем ему было нужно рассказывать об этом.

Заросли рододендронов качаются перед глазами - делаю шаг назад и едва не падаю.Эмиль ловко ловит меня за талию и в его глазах сквозит натуральный испуг.

– Что с тобой? Ты так побледнела.

Медленно закрываю глаза и глубоко дышу через нос.

Мне просто показалось. Он этого не говорил. Это всё игра моего больного воображения.

– Даже я не отреагировал на эту новость так остро, как ты, - продолжает.
– Не волнуйся за меня, всё, правда, нормально. Я даже рад, что не ношу в себе его гены.

– То есть...
– медленно открываю глаза и облизываю пересохшие губы, - то есть ты не его сын?

– Нет.

– Это точно?

– На все сто.

Мягко выскальзываю из его рук и в какой-то прострации опускаюсь на оглаженную солёным морем гальку. Не потому, что устала, просто внезапно накатила невыносимая слабость... Словно кто-то одним махом обрезал удерживающий позвоночник трос.

То, что он сказал - этого просто не может быть.

В прошлом, в моменты бессильного отчаяния я допускала мысль, что Эмиль каким-то чудом может не быть сыном Виктора - тогда я цеплялась за любую мнимую соломинку. Думала, может, его усыновили... Даже спрашивала у мамы, на что она разом оборвала на корню все мои пустые фантазии - Эмиль точно ребёнок Виктора, она знает это наверняка. Ведь они ещё жили вместе, она нашла среди его бумаг результат старого теста на ДНК, случайно... И эта случайность поставила в моих сомнениях жирную точку.

А теперь Эмиль говорит, что он не сын Виктора... Как такое может быть? Это же невозможно!

– С тобой всё в порядке?
– Эмиль опускается на корточки рядом.
– Извини, но ты ужасно выглядишь.

– Спасибо за комплимент.

– Я серьёзно, ты такая бледная, - откидывает с моего лица растрёпанные солёным бризом пряди и с тревогой заглядывает в глаза.
– Может, вызвать скорую?
– тянется в карман пиджака, но я жестом его останавливаю:

– Не нужно, сейчас... всё пройдёт.

– Уверена? Может, всё-таки...

– Нет, не волнуйся. У меня иногда бывает такое. Скоро станет лучше.

Он долго смотрит на меня, пробегается глазами по моей сгорбленной фигуре и вдруг взгляд его резко меняется - в нём появляется что-то похожее на... горечь.

– Тебе стало нехорошо, потому что ты...
– выразительно смотрит на мой живот.

– Нет, я не беременна, если ты об этом. Мне стало нехорошо по другой причине.

Облегчение - вот что теперь читается в его глазах.

Не заботясь о своём костюме, за баснословную, между прочим, сумму, опускается рядом на влажную гальку. И смотрит на меня. Пристально, не отрываясь.

А я настолько внушила себе, что мы родные люди, что мне хочется закрыться, запретить ему смотреть на себя вот так, как смотрит он.

Ведь нам нельзя даже допускать какие-то мысли. Мне нельзя точно!

Мама видела этот чёртов тест! Виктор зачем-то солгал Эмилю. Ему по-прежнему нельзятакна меня смотреть.

– У тебя какие-то проблемы со здоровьем?
– нарушает тишину Ветров.