Чтение онлайн

Порочный.

Срочно требуется закрыть этот взгляд. Поэтому я его закрываю ладошкой второй руки.

— Что ты делаешь? — смех слышится в его голосе, когда он наивно пытается отвернуться.

Деловой какой. Я не разрешаю сейчас на меня смотреть. Я на грани нервного срыва из-за его дурацких самолетиков.

К такому я точно не была готова. Мое сердце слетело с адекватного ритма, пока он вчитывался в текст.

Благо, он не добрался до главного…

Кстати, о главном. А где ОНО? Мое еще одно признание? И те ужасные слова о том, что Мой Артурчик ужасен. И что я его ненавижу. Ну вы помните, да? Я его писала в порыве безмерной глупости.

Я тогда не подумала про грандиозного леща. Дело же только в этом?..

Или…

Нет. Подождите. Я не собираюсь сдаваться. Стану девушкой Славы. Все как и мечтала.

Но не становиться же девушкой этого чокнутого парня взаправду! Это глупо… Откуда вообще эти странные мысли?

И все же…

Как вернуть свои слова назад? Я хочу сжечь все самолетики. Немедленно.

Поэтому я отрываю руку от порочного взгляда своего маньяка, да будь он неладен, меня мурашками покрыло опять не вовремя, как всегда… мурашки, мурашки, мурашечки… не сейчас…

Скольжу ладошкой по его бедру, нащупывая самолетики в его кармане. Надо туда залезть.

— У тебя бровь лохматая, — зачем-то информирую, пока он ее также порочно и в тоже время удивленно поднимает к небесам. Небесам, с которых снег валит огромными романтичными хлопьями.

— И?

Вопрос застывает в воздухе. Ощущается физически. Сдавливает легкие.

А моя ладонь сдавливает его штаны, облигающие полупопие.

Пролезла через распахнутое пальто.

Ничего такого обо мне не подумайте, мне надо точно посчитать количество самолетиков. Кажется, он говорил, что все в пальто не влезло, поэтому он парочку засунул в задний карман своих красивых штанов. Возможно, это снова была попытка пошутить. Но, вдруг все же…

Поэтому я щупаю его. Везде.

— В бровях снежинки путаются. Надо бы постричь.

— А.

— Весь алфавит знаешь? Молодец. — передразниваю.

Я злопамятная.

Румянец на щечках моего порочного маньяка появляется. Я бы хотела запечатлеть этот момент. Но увы…мне сейчас некогда. Моя внезапно оказавшаяся на воле вторая рука оказывается на втором полупопии моего великого вампиршества.

Восторгаюсь. Бессовестно восторгаюсь всеми его мощными частями тела.

Но сейчас не об этом. Я насчитала цать самолетиков. Чтоб вы понимали, точная цифра неизвестна. Я готова нагло раздеть этого красивого парня догола, чтобы вытащить и уничтожить все.

— А ты такой стеснительный, — я чувствую себя всемогущей. Я вызвала краску на лице Ворона. — Ты уверен, что было много временных девушек? Может, это были твои фантазии? Ты кажешься совершенно неопытным и слишком целомудренным.

— С чего это? — хрипит.

— Ты покраснел от моих касаний, — самодовольно улыбаюсь. — Это краска смущения. Дикая.

Маньяк выгибает обе брови. Улыбается одним уголком губ.

Он стоит, как истукан, прилежно опустив обе руки вдоль тела. Я продолжаю стоять, обняв его за важные неприличные места. Я вообщем-то уже не считаю самолётики, мне просто приятно смущать Моего Артура.

Значимо киваю, чтобы он понимал, что я ВСЕ поняла. Я тут тоже не лыком деланная. Сейчас как облапаю. По полной.

— Это не смущение. Это возбуждение. Дикое.

— Ааа… — у меня носик горячим становится. Как-то случайно перемещаю ладошки вперед. Чуть ниже живота. Я там, в передних карманах, тоже планировала проверить, но после его фразы решила поторопиться. И слегка промазала. Моргаю неловко. Сильно неловко моргать можно? — Что это? У тебя там конфеты спрятаны? Та… Конфета?

Краснею. Сильно краснею. Теперь не только нос. Я вся.

— Нет.

— Эээ…

— Э, — бровь насмешливо выгибает.

Я правда хотела вызвать в нем стеснение? Великая дурында.

Убираю руки. Чтобы не показаться слишком нервной, поднимаю их вверх.

Черт, эта поза: «Обыщите меня, мистер Маньяк»

Ладно. Растопыриваю их вбок. Теперь я сама похожа на самолет. Эта поза «Черт возьми, я не понимаю, что здесь происходит»

Выпрямляю пальчики веером. Не только на ручках. На ножках тоже.

У меня испанский стыд за себя.

Мне слишком плохо. Спасите меня все.

— Ты что делаешь?

— А ты что делаешь?

— Я думал, ты пытаешься меня смутить. Положи руки на место.

— Не могу, — шепчу, все больше покрываясь испариной. — Если ты не заметил, они сами смутились.

— Пффф… — кладет ладони мне на талию и приподнимает. Встаю на носочки. Точнее, едва касаясь носочками кросс заснеженной земли, вглядываюсь в лицо своего парня. — Ручки, значит, смутились. А ты?

— Я? Нет… Только ручки. И ножки…

И нос.

Он наклоняется еще немного. Мы слишком близко. Красная черта давно отключилась. Впала в спячку с приходом зимы.

Но он не целует.

Смотрит в глаза уверенно.

Внезапно раздается короткое: ТршТршТрш, и округа освещается светом.

Мы оба оборачиваемся. Я все еще с растопыренными в стороны смущенными руками. В позе самолетика.

— Вы слишком милые. — в нескольких шагах от нас стоит Медуза. С телефоном, направленным на нас.

Смотрим на него. Потом одновременно поворачиваемся друг к другу.

— Кругом эти папарацци, — шепчу растерянно. — Нигде нам покоя не дают.

— Хочешь, я их прогоню? — тоже шепотом. — И ты продолжишь меня смущать.

— Хочу.

Теплые ладони с моей талии исчезают. Артур поворачивается и уверенно идет к Медузе. В несколько широких шагов преодолевает расстояние. Что-то говорит ему, а тот кивает, усмехается, на меня косится и подмигивает.

Я вздыхаю. Улыбаюсь ему скромно. Наблюдаю, как они уходят в развалины. А я остаюсь ждать около огня.

Я знаю, сейчас Артур все решит. Мы останемся наедине. Я этого хочу.

И я обязательно найду все безумные самолетики и выброшу их. Сожгу.

Он никогда их не увидит. И не узнает правду.

Ненужную правду.

— Замерзла? — накидывает на меня одеяло. Обнимает со спины. Крепко. Обвивает мускулистыми руками. — Почему все еще в своей тонкой курточке?

— Надо пальто теплое достать. Не успела, — трогаю его предплечья пальчиками. Ощущаю легкий поцелуй на шее. Чувствую очаровательные мурашки, скользящие по спине.