Чтение онлайн

— Нам всё-таки придётся поторопиться в медпункт. Сможешь помочь? — проревела я.

— Сырость не разводим. Слёзы замёрзнут, простудишься в придачу. Бодро дойдём, и не заметишь. Долетим. Давай-ка, поднапрягись!

4.4. Соглашаться или нет?

Дом, милый дом. Я весь вечер мечтала попасть сюда. Наконец-то свершилось. Устало облокотилась спиной на дверь, бросила сумку на пол и закрыла глаза. Их жгло от слёз, которые с момента падения на лестнице катились сами собой без остановки. К счастью, отступили сразу, как я перешагнула порог квартиры. Даже боль исчезла — обезболивающее подействовало. Осталась только тяжесть во всём теле.

— Настя, ты? — с кухни донёсся звонкий голос Марьяны. — Что за дела? Я пишу, пишу, а от тебя тишина.

Я молча посмотрела в сторону сестры. Не было сил дойти до неё или хотя бы громко ответить. Не дождавшись разъяснений, Марьяна вышла в коридор. По мере того, как она приближалась, улыбка медленно сползала с её лица, а глаза встревоженно округлялись.

— Я же написала, что вечером всё объясню, — ответила потухшим голосом.

— Уже ночь. Что случилось? — Маря схватила меня за плечи и заглянула в глаза.

— Весь день его ждала. Обещал забрать вечером, вот я и торопилась. Упала. А он не приехал. Потом медсестра скорую вызвала. В больницу ездили. Всё нормально, — бормотала я, потирая лоб.

— Ничего не понимаю. Кто не приехал, кто упал, а кто в больницу ездил? — тараторила сестра, осматривая меня.

Я сняла шапку и бросила на рюкзак. Взгляд упал на своё отражение в зеркале. Мамочки, там стояла какая-то чужая девушка. Уж точно не Настя Цветкова. Глаза красные, опухшие, тушь размазана по векам. На щеках пятна от тонального крема. Кожа бледно-серая. Волосы спутались и смотрелись, как пакля. Зомби-девушка. Фух, в таком виде я общалась с врачами и ехала в такси до дома, словно Хэллоуин в самом разгаре.

Провела рукой по лицу. От слёз стянуло кожу. Надо бы умыться. Но тогда придётся идти до ванной. Дополнительные шаги в тягость. Не хотелось двигаться. Мне бы лечь и уснуть до завтра. Прямо тут, на пороге.

— Господи, рука перевязана. Так это ты упала? — сестра сначала запаниковала, но как всегда быстро взяла себя в руки и ласково предложила, — Настя, пойдём умываться, станет полегче. Ты голодная, наверное. Сырный суп-пюре уже готов. Поешь горяченького. И расскажешь мне, что с тобой произошло. А потом спать, мой маленький. Всё будет хорошо.

Я скинула пуховик и шарф к своим вещам на полу. С первого раза ботинки снять не удалось. Пришлось присесть и потом уже разуваться. Как только справилась, поковыляла в ванную. Марьяна ахнула, увидев мою прихрамывающую походку. Но причитать и суетиться не стала. Сестра стояла рядом и наблюдала, как я умываюсь. Спиной чувствовала её молчаливую тревогу или даже испуг. Закончила и присела на край ванной, уперевшись о него правой рукой.

И меня прорвало. Я говорила без остановки, но на этот раз доступно для понимания. Подробно рассказывала сестре свой день по шагам. Когда начала описывать падение, Марьяна побледнела и опустилась рядом. Она сжала мою руку и схватилась за сердце. Тут же поспешила заверить её, что мы с грушкой в порядке.

Медсестра в медпункте вызвала скорую помощь. Правда, ждали мы врачей больше часа. Но это того стоило. В больнице мне сделали УЗИ, осмотрели ушибы. Ребёнок в порядке. Со мной ничего серьёзного. Скоро заживёт. Я перенервничала, сильно устала, но здоровье в норме.

Марьяна нежно обняла меня и погладила по спине:

— Как же ты меня испугала, Цветочек, — прошептала она и заворчала, — я же просила тебя быть осторожнее, а ты носишься по лестницам. Ну это же ни в какие ворота.

— Марь, не отчитывай. Много раз себя отругала, корила за спешку, за глупость. Ох. Ещё Марат куда-то пропал. Видимо, он всё-таки решил скрыться из нашей жизни. Всё к одному. Я осталась в дурочках. Опять, — вырвалось у меня.

— Как пропал?

— Он не перезвонил до сих пор.

— Так он, наверное, ждёт, когда ты напишешь или наберёшь. Смотри.

Марьяна вышла из ванной, через мгновение в дверном проёме появился огромный букет цветов, а потом уже сестра. Я прижала ладони к губам. Шикарный, ароматный, яркий подарок. Сразу потянулась за ним и прижала к себе. Одной рукой держать увесистый цветочный свёрток было неудобно, но я не выпускала его. Прикоснулась к лепесткам щекой, вдыхая приятный запах. Затем рассмотрела букет внимательнее. В нём оказались собраны все мои любимые цветы: пионовидные пудровые розы прижались к малиновым герберам, альстромериям и розовым гвоздикам. Их было много. Сочетание радовало глаз и будоражило чувства.

А я ведь в правду посчитала, что Марат отказался от нас и добавил меня в чёрный список на телефоне или выключил его, чтобы не доставала звонками и расспросами. Он эти дни тянул время, размышлял, никакой конкретики не давал. Вот думал, думал, и додумался до такого решения. И его не волновало, как мы там. Даже не в курсе, что случилось.

Видимо, я заблуждалась. Напридумывала себе от страха и волнения.

— Марь, а когда букет принесли?

— Час назад где-то. Мне жуть, как интересно, что в записке. Я ещё поэтому торопила тебя домой. Читай скорее, сил уже нет ждать.

Действительно, к внутренней стороне пунцовой упаковки прикреплена маленькая квадратная открытка.

— Открой её, пожалуйста, — попросила я. — И прочитай. Так уж и быть, заслужила за терпение.

— Настя, переезжай ко мне. Я вас люблю. Прости, что не приехал, — прочитала Марьяна и затихла.

— Чего? Видимо, я одурела за сегодня и ничего не понимаю. Прочитай ещё раз.

— Настя, переезжай ко мне. Я вас люблю. Прости, что не приехал, — повторила сестра.

— Он что…

— Да. Сама глазам не верю. Но так и есть.

— Не может быть. Возьми букет, дай прочитать.

Марат приглашал переехать к нему. Шок. Смятение. Непонимание. Радость?

Хлопала ресницами и глядела на сестру, а она на меня.

— Он что, не забил на меня?

— Судя по всему нет. Наоборот.

— Легко и просто предлагает переехать, будто в магазин сходить. Разве так можно?

— Вот у него и спросишь, Насть.

— Цветы прислал, а сам пропал. Как-то странно он себя ведёт, тебе не кажется?

— Пойдём-ка, поедим, обмозгуем новости, — предложила Марьяна. — Кстати, отец приезжал. Фруктов тебе принёс.

— А чего ты молчишь-то? Зачем приходил?

— Ну как, нас проведать, поболтать. Очень душевно пообщались, кстати.

4.5. Универ

Слегка раскачиваясь, подошла к подругам, о чём-то оживлённо беседовавшим у окна в конце коридора второго этажа универа.

— О чём шушукаетесь? — подкралась ним сзади.

Обе вздрогнули и одновременно обернулись. Просканировали меня, как самый мощный рентген. И началось.

— Ты посмотри на неё, искалеченная вся, а сияет, аж слепит, — Аня поднесла руку к глазам, словно заслонялась от ярких солнечных лучей.