Чтение онлайн

— В смысле? Ты же учишься. Какая может быть работа?

— Отец к себе взял. Буду совмещать. Не парься, — торопливо ответил парень, не прекращая меня осматривать.

— Папа лишил финансирования?

Марат покосился на девочек, стоящих поодаль:

— Может, наедине поговорим?

— Хорошая идея. Только сейчас некогда.

— Не понял.

— Я тоже занята.

— Чем, если не секрет?

— Мы с друзьями в кафе собрались.

В этот момент нас догнали остальные: Маша, Света, Лена и Тимур с Владом. Они оживлённо беседовали и прикалывались, перебивая друг друга. Шуму от них было на всю улицу. Звонкие ребята, позитивные и дружные.

— А с вами можно? — осторожно спросил Марат. Он выглядел немного растерянным.

— Серьёзно? — не поверила.

— А что? На дне первокурсника побывал. Не отказался бы и сейчас присоединиться.

— Пошли, конечно. Только тебе, наверное, скучно будет.

— За это не волнуйся. И Насть…

— Что?

— Давайте на машине доедем, — парень обратился к моим подругам. — Тебе всё-таки тяжело идти.

Я посмотрела в любимые глаза и на какое-то время выпала из реальности. Не могла оторваться от родных черт. Хотелось целовать их без остановки, гладить кончиками пальцев, ворошить волосы и вдыхать дурманящий аромат кожи.

Произнесла медленно, тихо и задумчиво:

— Девочки, мы, пожалуй, в другой раз к вам присоединимся.

4.6. Решили

— Настя, ты меня убиваешь! — Марат звонко стукнул себя по лбу и завернул на парковку ресторана. Остановился, повернулся ко мне всем корпусом и приготовился зарядить очередную тираду о моём безответственном отношении к здоровью или о чём-то подобном.

— Вот только не начинай! Меня за падение отчитали все, кто мог и не мог, — поспешила его остановить. — Сама себя ругала построже вас вместе взятых. Лучше расскажи про работу.

— Мне же вас надо на что-то кормить. Отец давно потихоньку вводил меня в курс дела. Вот и настал час вливаться, — спокойно ответил парень.

— Лишил кровных карманных?

— Я же не подросток. У меня семья намечается. Какие тут карманные? Смешно.

— А жить где предлагаешь?

— У меня.

— Логично, — закатила глаза.

— Ещё раз так сделаешь, укушу, — парень слегка наклонился ко мне и продемонстрировал оскал. Ох, сексуальный. Мурашки снова пробежали от макушки до мизинцев на ногах. Надо посерьёзнее быть, разговор-то важный, а я чуть что, таю, как лёд в горячих ладонях.

— Владимир Петрович не против нас? Между вами всё нормально?

— Вполне. В конце концов у него скоро внук родится, куда он денется? Правда, есть один нюанс.

— Какой же?

— Отец поставил условие: после рождения ребёнка сделать ДНК-тест на отцовство.

— Он или ты?

— Он, но я не вижу в этом ничего криминального.

— Кроме твоего недоверия ко мне. Видимо, мне никогда не отмыться от твоих подозрений и упрёков, — поёжилась и отвернулась к окну. Ощущение было, словно на меня вылили бочку грязной жижи. От обиды захотелось разреветься. Губы дрогнули, нос сам по себе начал шмыгать, а глаза наполнились слезами. — А вот я возьму… возьму… И не стану делать никаких анализов. И к тебе не поеду. И ничего мне от вас не надо, — губы жалобно скривились, слёзы капали из глаз, падая на пуховик.

— На-а-сть, малыш, глупости же говоришь. Если бы я в тебе сомневался, то зачем тогда съезжаться? Я бы дождался появления ребёнка на свет и результатов теста. Всё это формальность. Мы же серьёзные люди. Утрём нос отцу и всё на этом.

— То есть, он всё-таки настроен враждебно, — шмыгала носом и тёрла глаза.

— Злится немного. Не ожидал, что так рано станет дедом. Перебесится. Не переживай. Не куксись, маленький, — Марат коснулся кончика моего носа и заглянул в глаза. Он в жизни не был со мной настолько ласково-игривым. Не мечтала о таком. Вот он какой, рай на земле.

— А я не маленький, — выпрямила спину и с игривым вызовом взглянула на парня.

— Конечно-кончено, как скажешь. Ты подумала насчёт переезда?

— Да. И во-первых…

— Серьёзный подход… — ухмыльнулся любимый.

— Во-первых, — повысила тон, — надо было лично поговорить со мной, а не прятаться и слать записульки. На то, чтобы оформить заказ, у тебя было время, а на звонок, нет?

— Допрос продолжается, — вздохнул парень.

— А ты как хотел? Нам надо учиться доверять друг другу. Иначе дела наши плохи.

— Начни с себя. Покажи пример, — предложил любимый.

— Значит, всё-таки ты мне не доверяешь?

— Подловила на слове. Насть, ты, как сварливая жена: скалку в руку, бигуди на голову, халат на плечи и в бой.

— Привыкай.

— Ну уж нет. Мы люди современные. Я поддерживаю иную модель отношений.

— Отсюда по подробнее, Марат.

— Не пилить, не ревновать, не ограничивать, не ставить ультиматумы. Партнёрские отношения, основанные на доверии и компромиссах, — выпалил парень, активно жестикулируя.

— Запомни свои слова, а лучше запиши, — приподняла бровь и слегка улыбнулась. — Повесим их на стену.

— Законспектируй.

— Так что за выходки цветами?

— Не отступишься?

— Нет, — уверенно кивнула.

— Трухнул, боялся, что откажешь. Прощупывал почву. Довольна?

— И поэтому не отвечал на телефон?

— Я действительно был в компании. А цветы папина секретарша заказывала по моей просьбе.

— Вот как значит? — я расстроилась. Марат только вышел на работу, а ему уже некогда уделить мне пару минут. Что ж тогда дальше будет? Я стану жить с ребёнком, а он в офисе? Ещё и какая-то чужая женщина выбирала мне подарок. Противно.

— Прости, пожалуйста, первые дни самые сложные, потом будет попроще. Без обид. Хорошо?

Парень нагнулся ко мне, наклонив голову. Он провёл носом по моему виску и спустился к уху, затем пофыркал, как ёжик. Щекотно же. Я не сдержалась и рассмеялась.

— Насупилась. Не сердись, — прошептал он. Немного отстранился и уже серьёзным тоном продолжил, — так что во-вторых?

— Гражданский брак?

— Отвратительная фраза, — Марата передёрнуло.

— А как ещё назвать? Не знаю. Сожители что ли?

— Наши отношения обязательно как-то называть? Мы молодая семья, учимся жить вместе. Такой формулировки достаточно?

— Вполне.

— Значит, едем ко мне?

— Прямо сейчас?

— Конечно. Что тянуть?

— У тебя своя квартира, а я никогда там не была. Мы мыкались по отелям, съёмным домам и так далее. Почему? — очередной вопрос загнал парня в угол.

— Господи, а… — простонал он. — Мой дом — моя крепость. Никого туда не приглашаю. Моё личное пространство неприкосновенно.