Чтение онлайн

– Джесс, не сходи с ума. Вероятно, они порвались в стиральной машине.

– Я стираю их вручную, – бросила Джесс, потеряв терпение. – Ко мне проник Рик Фергюсон, Дон. Это сделал Рик Фергюсон. Он побывал здесь, копался в моих вещах.

Теперь Дон тоже потерял терпение.

– Джесс, я могу понять, что ты расстроена, но не кажется ли тебе, что ты делаешь слишком поспешные выводы и предположения?

– Кто же другой мог это сделать, Дон? Разве может тут быть кто-то другой? Несомненно, это Рик Фергюсон. Кто еще может пробраться ко мне в квартиру с такой легкостью, как будто располагает ключом? – Неожиданно она замолчала.

– Что ты говоришь? – спросила он.

Адам брал из ее сумочки ключ, подумала она. Взял временно, когда ходил в продовольственный магазин, а она в это время спала. Не сделал ли он себе дубликат? Не он ли воспользовался им, чтобы опять войти в квартиру, когда она уехала?

– Это не может быть кто-либо другой, только Рик Фергюсон, – продолжила Джесс, сразу же отбросив в сторону неприятные мысли. – Он проникал в квартиру Конни без всяких затруднений. А теперь он побывал и в моей.

– Нам неизвестно, кто вламывался в квартиру Конни, – напомнил он ей.

– Почему ты продолжаешь защищать его? – спросила Джесс.

– Я его не защищаю, Я просто хочу, чтобы ты была благоразумна.

– Он же ведь работал в слесарной мастерской!

– Временная работа летом, когда был подростком, и только.

– Это объясняет, как ему удается проникать в квартиры, не оставляя следов взлома.

– Ничего это не объясняет, Джесс, – настаивал на своем Дон. – Каждый может забраться в эту квартиру без особого труда.

– Что это ты говоришь такое?

Он подвел ее к входной двери.

– Посмотри на этот замок. Его все равно что нет. Я могу его открыть своей кредитной карточкой. Почему у тебя нет задвижки со стопором, ради Христа? Или цепочки?

Не спрашивал ли ее Адам почти о том же самом? «Почему у вас нет глазка? Или цепочки?» – спросил он ее, когда она открыла ему дверь и стояла перед ним с пистолетом в руке.

«Мой пистолет!» – вспомнила Джесс и бросилась в спальню, чуть не сбив с ног Дона. Кто бы не забрался в ее квартиру и порвал нижнее белье, он, наверное, украл и пистолет.

– Джесс, объясни ты, ради всех святых, что с тобой происходит? – бросил ей вслед Дон.

Чертов пистолет, думала она, сбрасывая с кровати покрывало и простыни, которые она только что аккуратно застелила. Неужели он унес ее пистолет?

Но пистолет лежал там, где она его положила. Она вынула его из-под матраца с глубоким вздохом облегчения.

– Господи Иисусе, Джесс! Он заряжен?

Она кивнула.

– Ты спишь и держишь под матрацем заряженный пистолет? Ты хочешь сама себя застрелить? Что, если ты повернешься во сне как-нибудь не так, и эта штука выпалит? Ты что, спятила?

– Пожалуйста, не кричи на меня, Дон. Это бесполезно.

– Какого лешего ты спишь с заряженным пистолетом под матрацем?

– Обычно он лежит у меня в ящичке. – Она показала кивком головы на ночной столик.

– Почему?

– Как почему? Начнем с того, что ты ведь сам мне дал эту проклятую штуковину. Ты же сам настаивал, чтобы я держала ее у себя.

– А ты утверждала, что никогда не воспользуешься ею. Убери эту дьявольскую штуку, пока ты кого-нибудь не пристрелила.

Джесс осторожно положила пистолет в верхний ящик ночного столика.

– Мне угрожали, – напомнила она ему, задвигая ящик. – Мою машину загадили и покорежили. Я получаю странные письма по почте...

– Письма? Какого рода письма?

– Ну, во всяком случае одно письмо, – уточнила она. – Пропитанное мочой, с кусочками волос от полового органа.

– Господи, Джесс! Когда это случилось? Обращалась ли ты в полицию?

– Конечно, я позвонила туда. Но они ничего не могут сделать. Нет возможности определить, кто послал это письмо. Так же как нет возможности определить, кто порезал мои трусики, или кто побывал в моей квартире. Так же как они не могут доказать, кто вломился в квартиру Конни, или кто искалечил и умертвил черепашку ее сына.

– Джесс, нам неизвестно, существует ли какая-нибудь связь между проникновениями в квартиру Конни и в твою квартиру. Нам даже неизвестно, было ли такое проникновение в эту квартиру, – заметил он.

– Что означают твои слова? – гнев переполнял Джесс, мешая ей говорить.

– Кто все-таки такой этот Адам Стон, Джесс?

– Что? – Неужели он смог прочитать ее мысли, догадаться о самых сокровенных вещах? «Не делись со мной секретами – я не стану тебе лгать», – подумала она.

– Адам Стон, – повторил Дон. – Мужчина, который отключился на твоей тахте в субботу вечером. Мужчина, который готовил тебе завтрак в воскресенье утром. Мужчина, который без труда мог покопаться во всех твоих вещах, пока ты спала, может быть, даже слегка позабавиться с помощью твоего кухонного ножа.

– Смехотворное предположение, запротестовала Джесс, стараясь не думать о том, что он залез в ее сумочку, взял на время ключ от квартиры.

– Он в данном случае неизвестная величина, Джесс. Кто такой этот человек?

– Я уже объяснила. Парень, с которым я познакомилась, продавец.

– Продавец обуви. Да, мне это известно. Кто вас познакомил?

– Никто, – призналась Джесс. – Я познакомилась с ним в обувном магазине.

– Ты встретилась с ним в магазине? Ты хочешь сказать, что подцепила его, когда пошла покупать себе обувь?

– Нормальная вещь, Дон. Я ничего не сделала плохого.

– Плохого тут, может быть, ничего и нет. Но это явно глупо.

– Я не маленький ребенок, Дон.

– Тогда не веди себя, как несмышленыш.

– Спасибо. Только этого мне и не хватало сегодня с утра. Лекции своего бывшего мужа о свиданиях.

– Я отнюдь не собираюсь читать тебе нотации, будь я проклят! Я пытаюсь защитить тебя!

– В твои обязанности это не входит! – напомнила она ему. – В твои обязанности входит защита таких людей, как Рик Фергюсон. Ты не забыл об этом?

Дон плюхнулся на кровать.

– Это пустой разговор.

– Согласна. – Джесс тоже присела на кровать рядом с ним; на полу валялось несколько пар дамских трусиков. – Здесь что-то очень жарко, – произнесла она, хотя все еще оставалась в нижнем белье. – Господи Иисусе, душ!