Чтение онлайн

— Это что же, у вас все в двух экземплярах? — искренне удивилась я.

— Да, более того, все абсолютно симметрично. Таким образом, находясь на одной половине, вы точно можете себе представить другую.

— Так положено по местным законам? — обнаруживая свое бескультурье, спросила я.

— Совершенно верно. Да, кстати, я забыла представиться. Меня зовут Ляйсан.

— Варвара. Ляйсан, а вы местная?

— Что вы! Местные женщины не работают.

— Это тоже запрещено законом? — не унималась я.

— Вроде того.

— А откуда вы? — продолжала я пытать свою собеседницу.

— Из Казахстана.

Я так и замерла на месте.

— Так ты что ж, наша, что ли? — спросила я по-русски и сразу на «ты», поскольку Ляйсан моментально оказалась для меня в этом чужом городе самым близким человеком.

Ляйсан растерялась и продолжала стоять, глупо улыбаясь.

— Почти, — пожимая плечами, призналась она.

— Как ты здесь оказалась? По контракту работаешь? — Мне хотелось узнать, что привело молодую казашку в Катар.

— Нет, замуж вышла.

— За араба? — удивилась я.

Неужели хоть одна здравомыслящая современная женщина захочет добровольно повесить на себя кандалы подобного замужества? Ходить стайкой в черном одеянии за старшей женой и жить верой в то, что муж когда-нибудь объявит тебя любимой женой. Превратиться в стерву и склочницу, потому что только так можно выжить в женском коллективе.

Ход мыслей прервался сам собой, едва мои глаза уперлись в глубокое декольте Ляйсан.

«Боже, как я отстала от жизни! Я настолько погрязла в своих проблемах, что пропустила победу феминизма в исламском мире. Да, семимильными шагами идете, женщины!»

Ляйсан снова глупо хихикнула и тихо, но гордо произнесла:

— Нет, я замужем за американцем.

У меня в голове все стало на свои места, и от сердца сразу отлегло.

Ляйсан испуганно округлила глаза и шепотом произнесла:

— Мой муж военный. Он здесь служит на базе НАТО. Только т-с… — она приложила палец к губам, — это военная тайна.

— Ну конечно, — понимающе кивнула я в ответ. «Мы, девушки, умеем хранить секреты. На нас всегда можно положиться, — подумала с ехидством. — А потом мы еще удивляемся очередному скандалу: как же просочилась эта секретная информация в прессу?» — и переспросила вслух:

— А здесь есть база НАТО?

— Да, и очень большая, — авторитетно заявила Ляйсан.

— И давно вы в Катаре?

— Уже два года, — хлопая длинными ресницами, вздохнула она.

— Скучаешь здесь?

Ляйсан в задумчивости оттопырила нижнюю губу и задумалась:

— Не очень. На Аляске было хуже.

Действительно, все познается в сравнении.

Молодая девушка мечтала вырваться из казахских степей и жить в свободной демократической стране, полной всяческих благ, а оказалась на краю света, где соседями были рыбаки, где холод и постоянная темнота приводят к депрессии, где на улице редко встретишь полностью трезвого человека.

— И чем же ты здесь занимаешься, Ляйсан? — продолжала любопытствовать я, пытаясь выудить любую ценную для себя информацию.

— Делать здесь нечего, — грустно сообщила она. — В основном я на работе. Несколько раз в неделю у нас девичники, иногда устраиваем пикники с сослуживцами мужа. Но они все жутко скучные и занудные, — подытожила она.

— И надолго вы здесь?

— Разве можно что-то узнать у моего мужа, — поджала губы Ляйсан. — Одни секреты. Вот и сейчас сутками на работе. Тут кто-то приехал из России, так все на ушах стоят который день.

— А ты не знаешь кто? — Мне стало очень любопытно, чья персона могла заинтересовать натовских служащих.

— Точно нет. Но я совершенно случайно услышала, — Ляйсан особо подчеркнула слово «случайно», сразу же отметая все подозрения в своей виновности, — что этот кто-то скрывается в Катаре от российских спецслужб.

— Кто же это? — задумалась я.

— Думаю, через пару дней узнаю, — махнула рукой Ляйсан.

— Эту информацию обнародуют?

— Не совсем, — замялась она. — Может, опять что-нибудь случайно услышу.

— Ясно, — сказала я, ужаснувшись тому, что жена может оказаться лучше любого завербованного разведчика. — И со многими ты делишься этими случайными новостями?

— Ну что ты! — возмутилась Ляйсан. — Я же все понимаю. Секретно — значит секретно. Просто, когда встречаемся с подругами, обмениваемся новостями.

Вот вам и секретная информация! Пока сотрудники НАТО в обстановке чрезвычайной секретности решают государственные вопросы, их жены за чайком обсуждают последние новости «с фронта». Поневоле задумаешься, а не является ли институт брака врагом государства?

— Ляйсан, я здесь никого в Катаре не знаю. Можно я буду обращаться к тебе, если будет нужно что-то узнать? — осторожно спросила я.

— О да, конечно! — захлопав глазами, приторно улыбнулась она. — Что же ты здесь делаешь одна?

— Я не одна. С мужем. Но он слишком занят, — оправдывалась я, чувствуя, что начинаю говорить языком своей новоиспеченной знакомой.

— Вечная история, — понимающе кивнула Ляйсан. — Обращайся в любое время, а еще лучше приходи завтра на наш девичник.

— С удовольствием, — воскликнула я, искренне обрадовавшись тому, что завтра не буду весь день караулить наш номер.

Антон встал, когда на улице еще было темно. Я приоткрыла глаза и сонно спросила:

— Что-то случилось?

— Нет, пойду собираться на работу.

— Ты раньше никогда так рано не уходил, — удивилась я.

— Много срочных дел, — сухо ответил Антон и вышел из спальни.

«Да, задача предстоит сложнее, чем я ожидала», — с сожалением подумала я. Антон не шел на контакт и даже не пытался быть хотя бы любезным. Он явно давал понять, что я здесь лишняя и мне лучше уехать. Очень хотелось вспылить и выговориться. Но я отдавала себе отчет в том, что как только начну этот неприятный для нас обоих разговор, то тут же окажусь проигравшей, и мне не останется ничего другого, как собирать чемоданы. Поэтому пока я решила делать вид, что не замечаю безразличного ко мне отношения, а мягко и плавно гнуть свою линию. Я тяжело вздохнула, потому что только господь знает, каких усилий мне стоит разыгрывать из себя покорную овечку.