Чтение онлайн

– Не знаю. – Я пытаюсь вспомнить тот день. – Ну, то есть я писала здесь. – От этого уточнения морщины на лице мистера Пауэлла становятся глубже. – Хотя это не проясняет дело, – признаю я. – Видимо, я забыла выйти из своего Гугл-диска. Я подумала, что перед уходом выключила компьютер, но, наверное, я слишком спешила.

Эта пугающая мысль поражает меня. Что еще мог тот человек найти в моих файлах?

– Я удивлен, что мне до сих пор не начали звонить по этому поводу, – размышляет вслух мистер Пауэлл, а я бросаюсь менять пароль. – Статья висит на сайте уже пару дней.

– Наверное, никто не читает «Горн» на выходных, – с надеждой говорю я.

– Какого хрена, Элайза? – раздается голос Джеймса со стороны двери. – Ну ты вообще безбашенная стерва!

Фу, как грубо. Ну, естественно, он-то видел статью. Хотя, скорее всего, совсем недавно, иначе я узнала бы о манифесте из кучи эмоциональных сообщений.

Джеймс врывается в класс и вываливает передо мной свои книги, ощетинившиеся клочками-закладками.

– Боже! – Он видит манифест на экране перед нами. – Вы утвердили этот текст? – спрашивает он у мистера Пауэлла, а тот деликатно отрицает это.

Джеймс выглядит огорошенным. Я объясняю, что случилось.

– Какого?..

– Да, – перебиваю я, – так что давай скорее уберем статью с сайта?

– Погоди. – Джеймс выставляет вперед ладонь. – А ее точно надо убрать?

Лен, который почти весь разговор молчал, немедленно говорит:

– Да, обязательно надо убрать.

И одновременно я выпаливаю:

– Конечно, да, ты спятил?

– Ну, – рассуждает Джеймс, – вообще-то в качественной прессе не принято отзывать уже опубликованный материал.

– Не знаю, что скажут администрация и преподаватели, если мы оставим его на сайте, – говорит мистер Пауэлл.

– В любом случае, – вставляет Лен, – если уж мы говорим о правилах хорошего тона, такой материал надо было бы опубликовать в авторской колонке, а не на передовице.

– Да, но, возможно, это и нужно «Горну». Какая-нибудь дерзость. Какая-нибудь пощечина. Мы явно рискуем стать изданием, «поддерживающим руководство», если нам не позволяется печатать такое. Я согласен не со всем, что говорит Элайза, но это… это мнение.

Я резко хлопаю ладонями по столу, так что все три моих собеседника вздрагивают.

– Я это написала… – восклицаю я, – я это написала для себя! Опубликовав эти записи, кто-то влез в мою личную жизнь, и так не должно быть. Меня взломали, и это не то же самое, что «меня опубликовали», ведь «меня опубликовали» подразумевает мое намерение публиковаться! И мое согласие. – Я делаю глубокий вдох, чтобы успокоиться, а потом продолжаю: – Все ваши аргументы здравые, но суть в том, что в этой ситуации они к делу не относятся.

Мистер Пауэлл, Лен и Джеймс секунду смотрят на меня непонимающим взглядом. Потом Джеймс снова обретает дар речи.

– Я просто сказал, – говорит он, – что это мнение.

Они предоставляют мне честь самой снять галочку в окошке «опубликовать», и стоит обновить браузер, как передовица «Горна» возвращается к обычному запрограммированному виду.

Ах, если бы и в жизни все было так просто. Едва я успеваю собраться с мыслями, как начинают подтягиваться остальные сотрудники редакции.

– Привет, – говорит Натали, останавливая взгляд на мне, но обращаясь к остальным. Она угрожающе потрясает своим телефоном. – Ребята, вы видели передовицу?

– Натали, убери, пожалуйста, телефон. – Мистер Пауэлл приглашает всех пройти в класс. – Давайте-ка мы все сядем.

Несколько минут спустя, когда большая часть сотрудников уже пришли, мистер Пауэлл становится перед классом и упирает руки в бока.

– Ну что ж, ребята, – говорит он. – Кто-то из вас, наверное, видел материал, который был опубликован на сайте «Горна» без предварительного согласования. Мы убрали его, но я хочу подчеркнуть, что данный инцидент неприемлем сразу по нескольким причинам. Во-первых, как вы знаете, я жду, что все вы будете относиться к «Горну» как к официальному изданию, то есть всегда вести себя профессионально и по прави- лам журналистской этики. Процедура публикации материалов придумана не просто так, и все, что мы печатаем под заглавием «Горн», должно проходить все ее этапы. – Мистер Пауэлл делает паузу. – Да, Аарав.

Аарав опускает руку.

– Значит, Элайзу накажут?

Класс наполняется рассуждениями вполголоса. Я смотрю на Джеймса. Он качает головой, будто не может поверить, что такое происходит именно со мной. Лен тоже наблюдает за мной, но, когда я это замечаю, отводит взгляд.

– Твой вопрос подводит меня ко второму пункту, – продолжает мистер Пауэлл. – Элайза утверждает, что не выкладывала этот материал на сайт, и она имеет право на наше доверие, потому что все мы верим в невиновность человека, пока не доказано обратное. А значит, кто-то другой опубликовал написанный Элайзой файл без ее разрешения, что также противоречит политике «Горна». Да, Касси?

– А саму статью написала Элайза? – Голос Касси дрожит, и я чувствую себя человеком, который получает удовольствие от убийства детенышей сумчатых животных.

– Вот что… – Мистер Пауэлл поправляет манжеты, прежде чем ответить. – Я знаю, что Элайза высказала некоторые спорные мнения, но надо учитывать, что они обнародованы слишком рано, да и вообще для этого не предназначались. Если кто-то хочет подробнее поговорить о проблемах, которые она затронула, можете приходить ко мне, и, возможно, мы организуем более широкое обсуждение. Но пока что я рекомендую вам уважать право Элайзы на личные данные и личное пространство в этой ситуации.

Иногда мне кажется, что мистер Пауэлл заслуживает бурных оваций.

– А теперь, может, вернемся к работе? – предлагает он.

У новостного отдела каждый понедельник проводится планерка, так что я бреду к составленным вместе партам, где собрались мои сотрудники. Они расположились передо мной, как самый враждебный в мире круг Сократа. Аарав, печатающий что-то на телефоне. Оливия, стучащая наманикюренными ногтями по парте. Натали, разглядывающая меня, точно букашку, крылышко которой она пришпилила булавкой. И Лен, снова уставившийся в ноутбук и делающий вид, будто ничего необычного не происходит.

– Ну что, – говорю я, смотря в сводную таблицу, открытую на моем ноутбуке. – Есть что-то новое по вашим материалам?

– Вообще-то у меня вопрос. – Натали поднимает руку, но потом передумывает и вместо этого ловит прядку волос и начинает накручивать на палец.

Мы все смотрим на нее.

– Значит, ты и правда думаешь, что в «Горне» одни женоненавистники?

Мы с Леном переглядываемся. События развиваются так быстро, что я даже понять ничего не успеваю. Я оглядываю класс, мое лицо превращается в гримасу «О боже, убейте меня прямо сейчас» – и один только Лен безмолвно отвечает мне: «Сочувствую, бро».