Чтение онлайн

– Нет, - отзывается мужчина и сворачивает на дорогу с узкой колеей, по которой, мне кажется, мы уже проезжали как минимум три раза.

Наконец, в темноте загораются два стоп-огня, и я вижу стоящий впереди чёрный джип.

– Снова пересаживаться?
– догадываюсь сразу.

– Да.

Наш седан сбрасывает скорость и останавливается. Дверь внедорожника открывается, и из него выходит.... Литовский.

Потеряв дар речи, я примерзаю к сидению. Он же, остановившись перед капотом, вынимает сигарету и закуривает. А затем, щурясь от бьющего в глаза света фар, манит меня пальцем.

Адам

Жаль, что я не вижу её лица прямо сейчас. Что в нём - глупая растерянность или жажда убивать?

Убрав сигареты и зажигалку в карман пальто, тяну в себя никотин. Обволакивая и пропитывая легкие и горло, пощипывает. Я предвкушаю.

Фары гаснут, водительская дверь распахивается, и из машины выходит Николай. Запахнув куртку, шагает ко мне и протягивает руку. Пожимаю.

– Адам Викторович, забирайте.

Под кожу зуд забирается. Сощурив глаза, смотрю в лобовое стекло седана и вдруг вижу движение внутри машины. Сначала тонкие руки, а затем и всё её гибкое тело перелезает на переднее водительское сидение.

– Что за?...
– ошарашенно выдыхает Коля.

– Стоять. Не посмеет.

Перехватываю пылающий взгляд, а в следующее мгновение слепну от дальнего света фар.

Посмеет.

– Адам Викторович!
– вскрикивает водила, бросаясь к тачке, - Уйдет!

С пробуксовкой сдав назад, Яра на ходу выкручивает руль и сносит задний бампер, въехав в дерево.

Всплеск адреналина в крови вышибает пробки. Охуеваю максимально.

– Иди в машину охраны, - указываю кивком головы, - Я сам.

Втопив педаль газа в пол, Турчанка вылетает на дорогу и, окатив нас подтаявшим снегом, уносится прочь.

– Твою мать! Ведьма!...
– шепчет под нос и отскакивает в сторону, пропуская меня к джипу.

Запрыгнув внутрь, включаю заднюю и разворачиваюсь ровно в том же месте, где и она.

Посмотрим, блядь. Посмотрим!

Рву за удаляющимися стоп-огнями, чувствуя извращенное удовольствие и, мать его, возбуждение. Эта девка с ума меня сведет.

Преследую, используя выматывающую тактику - держу дистанцию, не спуская с поводка. Даю призрачную иллюзию свободы. Пусть побегает крошка, дурь из башки выветрит.

Однако начинаю догонять по мере приближения к трассе. На трассу ей точно нельзя. Наступаю на пятки и, обойдя на выезде на дорогу, резко подрезаю.

Сучка сигналит, но не останавливается. Летит вдоль леса по обочине и, не сбрасывая скорости, ныряет в первую же просеку. Я за ней.

Понимает, дура, что тупик, но не удивлюсь, если босиком по снегу от меня побежит.

Двигается метров сто, а затем тропа начинает сужаться, и колеса седана вязнут в сугробах.

Злорадно усмехаюсь. Game over, милая.

Притормаживая, наблюдаю. Все равно ведь просто так не сдастся.

Окончательно засев, газует на месте. Машину ведет вбок, и я, понимая, чем это грозит, жму на клаксон. Та отвечает с не меньшей агрессией. А затем, чуть сдав назад, переключает скорость и, втопив тапку в пол, теряет управление. Тачку разворачивает и бросает на ствол сосны.

Оглушительный удар сносит угол морды и переламывает крышу капота пополам.

Блядь!...

Вывалившись из джипа, бросаюсь к седану и, распахнув водительскую дверь, получаю удар каблуком в бедро. Боль ослепляет.

– Не подходи ко мне!!!
– верещит Яра.

– Сука!...
– в мозгах троит, на инстинктах действую.

Обхватываю лодыжку пальцами и пытаюсь вытянуть её из машины, получая смазанный тычок в плечо. Девчонка сопротивляется, держится обеими руками за руль и активно работает ногами.

– Убери свои руки! Козел!... Урод конченный!

Удается, наконец, отцепить ее от руля и вытащить наружу. Получаю оплеуху и очередную порцию оскорблений, но, перекинув ненормальную через плечо, тащу к внедорожнику и трамбую на заднее сидение.

– Ты, скотина!... Ты всё подстроил!

– Ага.

Затем снимаю пальто и пиджак, бросаю на переднее пассажирское кресло и присоединяюсь к Турчанке. Она кое-что задолжала мне.

– Что ты сделал с Леней?! Где он?!

– Закрой рот!
– рявкаю, опрокидывая ее и придавливая спиной к сидению.

Шипит, царапается, раззадоривая ещё больше. Член в штанах стоит колом. Сдохну, если не засажу прямо сейчас.

– Даже не думай, Адам!...
– выдавливает понимая, к чему идём.

– Я предупреждал.

– Пошел на хуй, Литовский! Ты, сволочь, обманул меня!

– Не я начал эту игру, - отрезаю, - Так что заткнись и дай мне трахнуть тебя!

– Я лучше сдохну!

– Без проблем.

Хлещёт по лицу, не рассчитывая силы, поэтому приходится обезвредить - прижав оба ее запястья к двери над головой, второй рукой дергаю платье вниз, оголяя грудь. Зажигаю свет на потолке, чтобы лучше видеть.

– Не смей!

Собираю плоть в ладонь, стискиваю до красных отметин на коже. Девчонка пищит.

Похуй. Никто не услышит.

Пару легких шлепков по сиськам, и ее взгляд заволакивает мглой.

– Животное!... Ненавижу...

Тональность ее голоса меняет свою окраску и откликается во мне новым приливом возбуждения.

– Ноги расслабь, - хриплю, сжимая пальцами тонкую шею.

Даже намека на страх в глазах не мелькает. Не боится ни хрена и цапнуть зубами умудряется, когда в её губы впиваюсь. Долблю языком, заставляя глотать мою слюну. Трахаю её рот, пока задыхаться не начинает.

– Чтоб ты!... Чтоб тебя чёрти унесли!...
– изрыгает проклятия, когда двумя руками разрываю платье пополам от блядского разреза до самого верха.

Та же участь настигает крохотные чёрные трусы, которые я пихаю в карман брюк. Затем тут же расталкиваю её бёдра и накрываю промежность ладонью.

Вздрагивает несколько раз подряд, обильно смачивая мои пальцы. Я ее дрожь через себя пропускаю. В глазах темнеет, когда представляю, как ебать её буду.

Отведя коленом её ногу на максимум из возможного, быстро расстегиваю рубашку, ремень и молнию ширинки и освобождаю член, который, отпружинив, ударяет по раскрытой плоти.