Чтение онлайн

— Давай, пока. Хочешь — заходи завтра. Мы вечером уезжаем.

Антей неопределенно мотнул головой, что могло означать все, что угодно — от "ладно, загляну, так и быть" до "на черта ты мне сдался, уедешь, да и слава Луне".

В доме Никиту встретил ужасно недовольный дед, проворчавший, что Антея нужно было добить, а не разговоры с ним разговаривать, и немного грустная Настя, за спиной которой сдержанно улыбалась Силана. Что тут произошло? Его девочку кто-то обидел?

— Я была не права. — шепот Силаны не услышали, наверное, только соседи. Нет, правда, с феноменальным слухом оборотней эти шепотки совершенно теряли актуальность.

Настя дернула подбородком, отмахиваясь от продолжающей улыбаться Силаны, и несмело шагнула навстречу Никите, а он подмигнул ей, вытянул губы, намекая на поцелуй, и обнял за плечи.

— Что-то мы устали сегодня, да Насть? Предлагаю пораньше лечь спать. Всем спокойной ночи. — Никита помахал новым родственникам и настойчиво подтолкнул Настю к лестнице. — Двигай, Насть, спать очень хочется.

— Да ёлки! — Михаил хлопнул себя по колену. — Давай, Силанка, беги к соседке за солью.

Настя

— О чем думаешь? — мягкое касание губ к плечу отвлекло от созерцания прямоугольников полей на далёкой земле.

Никита смотрел так же мягко, как целовал. Участливо и так пронзительно-восхищенно, словно видел меня в первый раз. Будто и не было между нами двадцатилетней дружбы с самой младшей ясельной группы детского сада, и познакомились мы только-только, и находимся сейчас в самом начале романтических отношений.

Этот взгляд я заметила ещё днем, когда неугомонный Радо увел Никиту на охоту, а мы с Силаной остались готовить хитрый болгарский пирог. Никита тогда остановился в дверях и посмотрел так, что у меня мурашки поползли по позвоночнику и ещё долго не могли угомониться, заставляя нервно передёргивать плечами.

Силана сразу заметила мое смятение.

— За вами так приятно наблюдать. — Улыбающаяся женщина ловко раскатала пласт теста, уложила его на противень и присыпала измельчённой брынзой. — Вот что значит — истинная пара. Передай, пожалуйста, растопленное масло. Можешь вот здесь помазать?

— А вы с Радо тоже истинные? — Я еле оторвалась от завораживающего действа, которое устроили умелые руки Силаны, и с готовностью включилась в работу.

— Нет, что ты. У нас в стае нет истинных. Я раньше думала — какая разница! Что так пара, что эдак… Но теперь вижу отличие. Сюда ещё масла плесни капельку. Ага, вот так. — Силана накрыла первый слой пирога ещё одним пластом теста и опять занялась брынзой.

— И чем же мы отличаемся?

Меня действительно заинтересовали слова Силаны, я ведь тоже раньше не задумывалась о том, что наша пара не похожа на остальные.

— Чем? Да всем! Вот смотри — наши мужчины сейчас ушли, мы с тобой остались. Радо просто чмокнул меня в щеку, он всегда так делает, на автомате. Дежурный поцелуй безо всякого намека. А Никита уж глянул так глянул, даже меня пробрало. Такая мощь в парне кипит, того и гляди накроет.

Я вспомнила прошедшую ночь и то, как меня "накрывала" сила Никиты и опустила глаза. Надеюсь, хозяевам дома удалось хоть немного поспать.

Силана улыбнулась, видя мое смущение.

— Все нормально, Насть. Это же не плохо. Так и должно быть в паре.

Я отмахнулась, переводя внимание с себя на любительницу поболтать о личном.

— Вы с Радо тоже чудесная пара, он от тебя без ума, это видно. Просто вы давно женаты, хорошо знаете друг друга, привыкли.

— Даже не буду спорить, что есть, то есть. Но между тобой и Никитой другая связь. Вы.. — Силана задумалась. — Вы как Солнечная система!

— Чего? — Я даже растерялась от такого сравнения, но Силана поспешила объяснить свои слова.

— Проходили в школе астрономию?

— Немного, в рамках физики.

— Вот! — Силана торжествующе ткнула пальцем в мою сторону. — Физика нам как раз и нужна! Знаешь же, как планеты одной системы воздействуют друг на друга? Одна повернулась, другую за собой потянула, третью вперёд подтолкнула. Так и ходят по своим орбитам тысячелетиями, взаимно притягивая и отталкивая друг друга. Вот какая у вас с Никитой связь.

— Тысячелетняя? — не сдержала смешка я.

— Нерушимая, как законы физики, — Силана подняла противень с готовым к запеканию пирогом. — Открывай духовку.

Позже, когда наши мужчины вернулись и набросились на вкуснейшую выпечку, я получила возможность убедиться в правоте Силаны.

Радо спокойно двигал челюстями и улыбался всем нам. Он ел, пил, поддерживал беседу, ухаживал за Силаной и за мной, общался с сыном, терпеливо выслушивал ворчание отца. А Никита не отлипал от меня с того момента, как сел рядом, тесно прижавшись боком и закинув одну руку на плечи. Нет, он, конечно, участвовал в общей беседе, отвечал на вопросы и задавал свои, но едва ли не каждые десять секунд его взгляд обращался ко мне, словно ему было жизненно необходимо видеть мою реакцию или же он хотел убедиться, что я в порядке.

Вечером, перед самым нашим отъездом, к машине, возле которой собрались все новые родственники, подошёл Антей. Выглядел он сегодня куда лучше, чем вчера и, как оказалось, это обрадовало не только меня.

Никита сдержано улыбнулся парню, спокойно поздоровался и отошёл с ним в сторону, а, когда вернулся после недолгого разговора и сел ко мне в машину, ответил на высказанный вопрос:

— Неплохой он всё-таки мужик.

Комплименты в сторону мужчин я от Никиты слышала крайне редко, поэтому поняла — Антей его действительно чем-то зацепил и для моей женской логики это казалось странным. Если бы я подралась с какой-нибудь случайной девчонкой, то вряд ли через пару дней начала ее считать приятной знакомой. А у парней все, выходит, гораздо проще. Хочу — морду бью, хочу — дружу.

В кресле самолёта, несущего нас домой, я продолжала размышлять обо всем, случившимся со мной за последний месяц лета и не скажу, что уложить это все в моей бедной голове было легко. Поэтому, когда Никита спросил, о чем я думаю, я даже не сразу нашла, что ему ответить и неловко отговорилась общей фразой:

— Да ни о чем особенном. Просто смотрю в иллюминатор.

Никита кивнул, давая понять, что поверил, но я точно знала — ни капли он не удовлетворился моим ответом, просто не захотел настаивать и дал мне возможность спокойно продолжать думать свои думы.

В квартиру мы попали глубокой ночью после выматывающе-долгой дороги, и, честно сказать, я плохо запомнила последние пару часов в такси, на котором мы добирались из областного центра до родного городка. Зато в память отчётливо врезались оберегающие объятия и тихий шепот на ухо.

— Спи, Настя… Спи. Как же я люблю тебя.

Одиннадцать месяцев спустя…

— Насть, — вибрирующий от неприкрытой заинтересованности голос подруги заставил оторваться от чтения книги и повернуть голову в сторону шезлонга, где Катерина демонстрировала всем желающим новый купальник или, скорее, то, что купальник при всем стремлении скрыть не мог из-за экономии производителем ткани. И, судя по крошечным треугольникам нейлона, дела производителя были плохи. Так ужиматься на материалах могут только близкие к банкротству бизнесмены.