Чтение онлайн

– Ты когда возвращаешься, пап? – спрашиваю, перед тем как попрощаться.

– Через два дня прилечу, – радует он меня новостями. – Точно ничего не случилось? – кажется, по тону, которым был задан мой вопрос, он все понимает.

– Не переживай, папуль. Главное, что ты будешь со мной рядом, когда все начнется, – говорю я. – Целую. Нам с Алисой пора.

– И я вас, – отзывается отец.

Я ему сказала ранее, что справлюсь, пусть не беспокоится и спокойно работает, что буду держать его в курсе, а присутствие в Москве совсем необязательно. Но вчера, когда я приехала в его дом, так захотелось, чтобы он раскинул свои золотые руки и прижал меня к себе. У меня ведь только он и Алиса теперь…

Вернувшись к машине, достаю чемоданы, щёлкаю брелоком и даю дочке в руки ключи от домофона. Поднимаемся, ошибаемся этажом, спускаемся на один вниз – надеюсь, на этом все. Воздух в квартире немного застоялся, открываю окна первым делом, смахиваю пыль, в чем моя Бусинка усердно мне помогает. Но мне здесь нравится. Несмотря на то, что отец появляется редко, даже как-то уютно. Две комнаты, гостиная, кухня просторная, как и коридор. Квартира ещё до конца не обставлена, но видно, что отец выбирал сам, очень похоже на его любимый минимализм. Может, хотел квартирантов пустить?

Спрошу у него, когда вернётся, потому что Алиса уже зевает. Она выбрала себе комнату, которая как будто и планировалась под детскую. Полуторная кровать, небольшой комод, даже небольшой телевизор на стене. В другой комнате в шкафу нахожу комплект постельного, подушки, одеяла. Такое впечатление, что действительно кто-то просто не успел перевезти все вещи.

Дочка засыпает, а я, заметив электрочайник и найдя кофе, делаю себе напиток и выхожу на лоджию. Сажусь в небольшое мягкое кресло, кроме которого здесь больше ничего нет, и тут же раздается звонок.

Снизошёл Коля снова до разговора со мной? Что-то странное с ним творится в последнее время. Неужели это Артем так на него действует?

– Слушаю, – подношу телефон к уху.

– Привет, – начинает Коля спокойно и даже официально, – есть разговор.

– Говори, – отвечаю таким же тоном.

– Это важно, так что я сейчас подъеду к вам… – по фону слышу, что пока ещё муж в дороге.

– Нас там нет, – вздыхаю, понимая, что сейчас уже будет не такая показательно дружелюбная беседа.

Но слышу пока все тот же фон и тяжёлое дыхание мужа. Клянусь, если он сейчас предположит, что мы живём у Артема, то заблокирую Колю к чертям, чтобы нервы до суда не трепал.

– Адрес! – требовательно просит.

Не хотелось бы, но ещё скажет, что я дочь от него скрываю. Да и в любом случае рано или поздно узнает. Наверняка сейчас начнет играть в любящего отца и чаще видеться с Алисой.

Называю и после обещания быть через минут сорок кладу телефон на подоконник. В принципе, любовников я тут по шкафам не прячу, насильно дочку он не заберёт – наверняка уже предупрежден, что органы опеки и попечительства начали работу.

Сейчас я спокойна, несмотря на появившееся чувство одиночества из-за отсутствия отца. И тут… Я проливаю даже немного на себя кофе, потому что после мысли об отце следующая нарисовала образ Артема. Это из-за моей всеобъемлющей благодарности, по-другому никак.

Когда приезжает Коля, я жестом приглашаю его на кухню и прикрываю за нами дверь. Надеюсь, до повышенных тонов не дойдет, но дочь разбудить не хочу.

– Простенько здесь как-то, – замечает Коля, оглядываясь.

– Обживемся, не волнуйся, – так и тянет добавить, что меня трогает его забота, но прикусываю язык.

Муж садится на угловой диванчик и, склонив голову набок, смотрит на меня так, как будто это мне надо было с ним поговорить.

– Мне надо ненадолго уехать, – наконец-то сообщает мне.

Часто моргаю, думая, что ослышалась. Это и был его не телефонный разговор? Может, он на солнце перегрелся и меня с Лидочкой перепутал?

– И к чему мне эта информация? – не понимаю я.

– Надеюсь, до моего возвращения ты кое-что уяснишь, Злата, – в голосе нет угрозы. – У меня есть к тебе предложение.

Главное, чтобы не руки и сердца, хотя ноги и прочие части тела Коли мне тоже не нужны. Сомневается немного, говорить мне или нет, начинает барабанить пальцами по своему колену. Или затеял очередную игру. Что в нем погибает талантливый актер, я уже поняла.

– Коля, давай ближе к делу, – прошу я. – У меня был жутко тяжёлый день.

– Как ты думаешь, почему Лазарев тебе помогает? – вместо предложения слышу вопрос. – Думаешь, по доброте душевной?

Опять мы про Артема. И легко догадаться, что последует дальше. Коля попытается лишить меня поддержки. Интересно, что он придумал?

– Я решила, ты думаешь, что по большой любви, – всё-таки не сдерживаюсь, но муж на мой выпад не реагирует.

– При следующей встрече скажи ему, что я оставляю тебе Алису без вопросов, но взамен требую, чтобы отказалась от своей доли в моем бизнесе, – шокирует меня Коля. – Просто скажи это и посмотри, станет ли он тебе дальше помогать. А я уверен, что станет переубеждать, – и пока я перевариваю это предложение, он добавляет: – И спешу тебя огорчить, Лазарев и большая любовь – вещи несовместные. Не будь романтичной дурой, тебе это не к лицу.

За пару дней мы с Алисой придаем квартире вполне жилой вид, забиваем кухонные шкафчики и холодильник продуктами, покупаем необходимые мелочи. В сад дочка эти дни не ходит, как и я на работу. Все вопросы решаю со своей помощницей и клиентами по телефону.

И вот, когда наконец все с большего сделано, мы, уставшие, но довольные, садимся пить чай.

– Мама, сегодня же деда приедет? – спрашивает моя Бусинка, ерзая на стуле.

– Приедет, – улыбаюсь я. – Наверное, подарков тебе привезет.

Не мешало бы и сюда ей что-нибудь купить, а то все игрушки, развивалки остались в доме Коли.

Я уже даже думаю так… Не в нашем доме, а в доме Коли. И мне не больно от этой мысли, даже не грустно – просто никак.

От мужа ни звонков, ни сообщений. Хотя мог бы поинтересоваться дочкой, спросить, как у нее дела. Но, видимо, бизнес важнее.

Бизнес… Вспоминаю нашу последнюю встречу. Он считает, что Артёму это нужно? Только ведь… Когда он предложил помощь, вряд ли знал, что в руки ему, в прямом смысле этого слова, свалилась такая удача. Визитку мою он получил, когда мы уже прощались, тогда только мог обратить внимание на фамилию, если она ему вообще знакома.