Чтение онлайн

Резко выдохнув, решительно шагнула по направлению к коридору, в полумраке которого были различимы три двери.

Застыла в нерешительности, не представляя, что придется врываться в каждую комнату. Но удача сегодня была на моей стороне, потому что вдруг из одной послышались мужские голоса.

Стараясь не шуметь, аккуратно подошла ближе к нужной двери, мысленно запрыгав от радости, когда заметила, что она была лишь прикрыта, а не плотно заперта.

Один из голосов принадлежал Диме. Этот слегка хриплый бас я узнаю из тысячи. Второй был мне незнаком, но это не важно. Главное, что я не слышала женщин. Ни смеха, ни голоса. Он лишь с другом?

Дрожащей рукой потянула за ручку двери, позволяя ей приоткрыться. Дыхание прервалось в ожидании предательского скрипа, но сегодня я на удивление везучая.

Сквозь тонкую щелочку взгляд наткнулся на две спины, по одной из которых узнала Диму. Он сидел с другом на полукруглом диване у прозрачной стены, через которую, как на ладони, открывался вид на отрывающуюся внизу толпу.

Одни. Без девушек. Счастливая улыбка вырвалась вместе с облегченным выдохом. Я уже была готова выдать свое присутствие, крепче ухватившись влажной ладонью за дверную ручку. И мгновенно замерла, разобрав прозвучавшие слова. Они говорили… обо мне.

– Слушай, а она что, настолько стремная? – прозвучал голос незнакомца.

– Мира? Нет. Обычная, – лениво ответил Дима, вертя в руке бокал с чем-то янтарным внутри.

– Ну и чего ты так разозлился? Ты же не баба, чтоб у алтаря реветь. Не страшная и ладно. Тем более бизнес на кону. Я бы женился, – закончил мечтательным тоном.

Нахмурившись, оторвала ладонь от дверной ручки, привалившись к стене. Желание зайти внутрь отпало напрочь, а минутная радость сменилась дурным предчувствием, комом осевшим в горле. Бизнес? О чем они? Причем здесь я?

– Дело не в этом, – неприкрытая усталость сквозила в голосе Димы, будто этот разговор был ему неприятен. – Это же Мира. Какая, нахер, свадьба?

– И? Секс по дружбе – хорошая вещь, – продолжал допытывать его друг, а я с не меньшим стремлением ловила каждое слово, прислонившись ухом к слегка приоткрытой двери.

Странное ощущение. Я понимала каждое слово, но смысл… Будто набор бессвязных предложений. Точнее, я никак не могла связать услышанное с реальностью. О какой свадьбе речь? Может они просто пьяные? Люди в нетрезвом состоянии иногда бредят. Иначе я абсолютно ничего не понимаю.

– Какой, к черту, секс!? – взорвался Дима. – Ты не видел Миру, Лех! С ней… твою мать, я даже представить это не могу! – звук бьющегося стекла, от внезапности которого я вздрогнула, прижав ладони к груди.

– Я, блядь, нормальный мужик! – продолжал нещадно бить, заколачивая крышку гроба с моими мечтами и надеждами. – У меня не встаёт на косички и бантики!

В ушах зашумело. Музыка, долетавшая до укромного коридора, отошла на второй план, будто издевательски прорываясь сквозь туман веселым мотивом.

Однако я продолжала стоять в полумраке, слушая и позволяя наносить уродливые шрамы на свое сердце.

– Все так плохо?

– Как ребенка совратить.

– Да ну? Ей хоть восемнадцать есть?

– Да, недавно исполнилось. Но это же Мира! Все та же Мелкая, как и пять лет назад. Нет, Лех. Я пас. Ей нужен примерный мальчик, который будет таскать цветы с клумбы и читать стихи. К тому же хер кому я позволю решать за меня. Даже отцу.

Мое тяжелое дыхание, казалось, было настолько громким, что заглушало все звуки. Оно вырывалось из груди сквозь зубы, стиснутые в порыве сдержать позорные всхлипы. Слезы оставляли влажные дорожки на щеках, срываясь вниз. Прямо на мои балетки. С бантиком. Черт…

Зажала рот, задышав чаще. Тело содрогалось от мелкой дрожи, подчиняясь неконтролируемой истерике.

– Даа, твой старик, конечно, отжег. Ну и к черту! Может, лучше к девочкам?

– Зови.

Рывком поднявшись, буквально вылетела из коридора, по пути чуть не сбив официантку, за что мне в спину прилетел недовольный окрик. Плевать! На все и всех! На людей, провожающих хмурыми взглядами, на слезы, из-за которых перед глазами все расплывалось, и мне пришлось трусливо сбегать, едва не подвернув ногу на крутой лестнице. Впрочем, не уверена, что боль от вывиха смогла бы перекрыть ту, которую нанес Дима, окунув с головой в жестокую реальность и разбивая мечты.

Боже! Глупые детские мечты! А я дура! Полная дура! Потому что надеялась, придумала себе сказку! Еще и прибежала к нему, как покорная овца!

– Мирааа! – Оля, неожиданно вставшая на пути, с блаженной улыбкой раскрыла руки, после чего повисла у меня на шее. – Ну что, нашла своего драгоценного?

– Нашла, – просипела, встав столбом и уставившись в одну точку.

– Почему такая грустная? Отшил? – участливо спросила она, не дав и секунды на ответ. – Да и хрен с ним! Тут так классно, Мира! Пошли танцевать! Я с такими парнями познакомилась! Сдался тебе этот бабник!

Нервный смешок вырвался против воли. А ведь недавно я его защищала. Сейчас подобного желания не возникло.

– Не хочу, Оль, – сняла ее руки со своей шеи, проходя мимо в сторону выхода.

– Почему? Первый раз в клуб вырвалась, надо оторваться. Или будешь неделями убиваться и ныть?

– Буду! – сжав кулаки до впившихся в кожу ногтей, резко обернулась и выкрикнула я, поджав губы от очередного потока слез, подступивших к горлу. – Ты не понимаешь, что я не хочу развлекаться, танцевать и знакомиться с какими-то парнями! Я просто хочу уйти! Отстань ты от меня!

Мой крик смешался с грохочущей музыкой, под которую двигалась молодежь, не обращая на нас внимание. Жизнь вокруг кипела, люди смеялись, радовались, улыбались… Никогда еще я не ощущала себя настолько паршиво, как среди этого праздника.

– Вот так значит, да? Да пошла ты! – с Оли слетела добродушная маска.

Глаза, прищурившись, свысока глядели в мои, а на губах заиграла издевательская ухмылка.

– Безответная любовь! Нашу принцессу отвергли! Какое горе! – наигранно сочувствующим тоном протянула она. – А знаешь, мне тебя даже жалко. Живешь в розовых мечтах за спиной дедушки, который вбил тебе в голову, что ты самая распрекрасная! Ну ничего, пару раз жизнь макнет тебя по самое не балуй, и ты узнаешь, как живут люди, у которых нет богатых родителей, подтирающих сопли своему чаду! Тогда и поговорим!

Она, развернувшись, скрылась среди толпы, оставляя меня наедине со словами, что наговорила мне. Они словно пощечины, после которых не столько больно, сколько обидно. До слез, которых уже не осталось.

Шмыгая носом, дошла до выхода, а, оказавшись на улице, подставила раздражённое от соленой влаги лицо холодному ветру.

– Слышь, малолетка, ты чего? – сбоку послышался голос охранника, возвращающий меня в реальность. А так было хорошо ловить прикосновение сентябрьской прохлады и хоть секунду не ощущать эту боль.