Чтение онлайн

– Как вы додумались до такого легкомыслия? И с чего вам так весело, авантюристки?

По интонации рассерженного сынули Зинаиде стало понятно, что второй вопрос интересует его больше поэтому с него и начала.

– Плакать-то с чего. Дашутка деньжат за ночь срубила, - вытирала слёзы с глаз от смеха мать.
– Кстати, он с тобой расплатился за услуги, не обидел?

Даша удивлённо моргнула и покраснела.

– Мать, я взорвусь, - наливаясь раздражением объявил он. Но это ему показалось недостаточно и он огрызнулся:- Лучше б ты поменьше болтала и побольше занималась своим делом.

– Мы ж порадовались прибыльному заработку...- Бугор зарычал, а матушка спохватившись оборвала разговор, но не стерпев невозмутимо парировала на его выпад: - Ладно, пойду я, дел полно.- Поднявшись оглядываясь и посмеиваясь она отправилась в дом.

Проводив непонимающим взглядом мать, Бугров достав мазь, принялся с усердием сопя намазывать шею и грудь жены липкой дрянью. Раздражение вытеснила деловитость. Ни на шутку разойдясь скомандовал: - Поворачивайся попой.

– Прямо здесь?- засомневалась Даша.

– Чем тебя не устраивает это место? Давай, поворачивайся, никто не смотрит на тебя. Привередничает ещё,- мурчал он весь в деле. Закончив, примостился на корточки перед сидящей на скамье женой, виновато попросив:

– Не делай больше глупостей. Прошу тебя, детка. Посмотри на мои лапищи и твои розовые маленькие пальчики, которые хочется целовать и лелеять. Я чувствую себя идиотом.

– Понятно, в чём собака зарыта, - заблестели глаза Даши.
– С этого и надо было начинать. Если тебя это успокоит, скажу, ты долго сопротивлялся соблазну. Гнал и материл меня.

– Но ведь впустил, - сожалел расстроенный Роман.

– Уговорила, наврала, что вызвал меня по телефону, обещал хорошие деньги, а я из-за них растеряла всех клиентов. Пожалел, в общем-то...

– Кретин, - страдал муж.
– Перемежая мучения совести с возможностью поцелуев маленьких ножек жены. Увлёкшись страданиями и заглаживанием вины, не заметил, как подошёл Громов.

Борис Викторович застав зятя не в самом лучшем настроении посмеивался:

– Что зятёк, всё изменой мучаешься? Как вы тут? Дашка, ты только во вкус не войди, глядишь, профессию сменить надумаешь. Сколько он тебе деньжат отвалил?

– М-м-м, - замычал Роман.
– Борис Викторович, это не смешно. Я ведь дочь вашу валял, как проститутку, всю ночь. Дайте мне в морду, хоть разочек.

– Надеешься, полегчает? Не надейся. Это моя идея была.

– Что?- опешил Бугор.

– Давай вечерком баньку организуй, я раков принесу, пива попьём, попаримся, грехи смоешь, - веселился Громов.
– Дарья, ты ему измену простила или выкупать место на кровати придётся мужику? Дочка, ты хочешь в баню?

– Очень, за тем и приехала. Папка, не мучай его, - пожалев Бугрова, Дашка, пересев к мужу на колени и обняв за поникшую шею, прижалась к измученной груди.

– Дашка, у тебя слишком нежное сердечко, твоя мать за такие дела хорошо растрясла бы меня. Я целый день смеюсь сегодня. Вы повеселили меня ребята. Насчёт баньки не забудь, зятёк. Пойду я, дела жмут. Забыл спросить, - вернулся он, помешав Роману прижать жену поцелуем.

– Что, пап?

– Он тебе заплатил утром?

– Зашибись, - уткнулся в колени головой Бугров.

– Заплатил, - улыбнулась Дашка, показав кулак.

– Ха-ха, - ещё долго смех Громова жёг уши Романа.

Бугров выдержал всё, но улыбка на старом, мудром лице Сан Саныча доконала парня.

– Ты-то чего ухмыляешься? Всем смешно, все в курсе. Тоже, поди, свою лепту внёс во вчерашний цирк,- возмущался он. Вдохнул- выдохнул, вдохнул - выдохнул. Чёрта с два помогло! Не получилось. Легче не стало.

– Мне сегодня, Ромаха, рассказали, как ты опростоволосился. Сочувствую, конечно, за такую измену можно и того, по шеям получить, - хихикал садовник.

– Ну, и что мне делать?
– рвал себя Бугор совсем расстроившись.
– Не могу, это выше моих сил.- Он схватил её за руку и потащил что-то бормоча на ходу за собой к автомобилю.- Дарья, лезь в машину, съездим в лесок. Не тяни, заинька, не могу.

На шум вылетевшей со двора машины из дома опять выскочила Зинаида: - Саныч, куда этот чудик помчал, Дарья с ним?

– Проветрится, маханул в лесок. Пущай, кипит в нём всё, а так поваляется в травке -отойдёт. Дашутку с собой взял, не волнуйся. К вечеру баньку разгорячим, и всё будет путём.

– Значит, ситуация под контролем!

– Так и есть...

– Правду, говорят, малые дети спать не дают, а с большими, сам не уснёшь.
– Вздохнула Зинаида.

– Твоя правда.

В голову лезли всякие тягостные мысли. Бугров стараясь вытрясти их гнал как сумасшедший. Он мчал по знакомой с детства дороге за город, к лесу. Хоженые, перехоженные места мелькали по бокам несущейся на большой скорости машины. Дашутка зажмурила глаза. Говорить ему что-то сейчас бесполезно. Остаётся надеяться только на Богородицу и судьбу. Она ожила, когда скорость упала. Притормозив на лесной дороге, джип выскочил на сказочной красоты полянку.

– Как, принцесса, нравится?
– выпрыгнув из машины, он подбежал к жене, помогая ей покинуть машину.- Осторожно, малышок, иди на ручки, - подхватили Дашу сильные руки, кружа и качая.

– Не шали, дай осмотреться, - просила она.
– Шикарно. Поставь меня на травку. Хочу походить по зелёному ковру, - засветились тёплым светом лирики её глазёнки.
– Выключи музыку, давай лес послушаем. Птичек, кузнечиков, смех листвы. Это так прекрасно!

– Смеха сегодня я уже с лихвой нахлебался, не хватало ещё слушать, как листья надо мной потешаются, - простонал Бугров, отойдя на пару шагов от машины и рухнув в траву.- Как хорошо!

– Дорогой, подожди минутку, я разложу плед, будет удобнее, - метнулась в машину за пледом Даша, но Роман уже спал, подложив руки под голову.

Будить было жаль и она, расстелив плед рядом, удобно устроившись на шерстяном лоскуте, наслаждалась и перешёптыванием леса, и солнышком играющем сейчас с ней в прятки сквозь листву берёз, и близостью любимого. Душа наполнялась музыкой шушукающейся травы, а свадебная невинность белой кашки и звон голубых колокольчиков довели её до умиления. Дотянувшись до ромашки и оторвав капризную головку, воткнула себе в петельку блузки. Лёгкий ветерок принёс запах мёда и земляники. Даша не устояла.

"Надо посмотреть, а вдруг и, правда, земляничка прячется в траве".
– Сползя с пледа, двинулась она в поиск. Спелые ягоды давились в пальцах, стекая розовыми ароматными ручейками по ладоням. "Надо прямо на язык: перезрели, - сообразила она.
– Как много". Она брела по поляне. Валяющаяся рядом с ягодкой палочка дёрнулась и поползла.

– Ма-ма-а-а-а, - визжала она, прилипнув от страха к месту. Нечего говорить, как она испугалась.

В два прыжка Бугор оказался рядом с дико визжащей женой, прижимающей кулачки с веточками земляники к груди. Покрутив головой и не найдя ничего опасного, он посадил Дашку на локоть, как обычно родители носят маленьких детей.