Чтение онлайн

Я плачу и целую. Горячие слёзы сжигают кожу, словно лава. Я так пьяна и так слаба, что и правда ощущаю к нему неумолимое желание. Я хочу его…

Схожу с ума. Он буквально вгрызается в мои губы и нещадно кусается, тянет губы и втягивает язык в рот. Обжигает своим дыханием, нравом и подчиняет всё моё тело. Как и было когда-то, когда мы не были бывшими. Сладко полыхали во страстном пожаре и не могли никак выдохнуть, пока оставались физические силы. Нам всегда было мало.

И сейчас мало.

Большие ладони проходятся по всему телу, впиваются в бёдра и помогают обвить его торс ногами. Поднимает так легко, словно я ничего не вешу. И так быстро, что я сжимаю тонкими руками его шею, всхлипнув и ахнув от неожиданности. Он рычит. Словно дикий зверь, рычит и мычит, словно ему рвет крышу. И я сжимаю его сильнее, чтобы показать - он не один.

Никаких слов больше не нужно. Горько осознавать, что я настолько быстро сдалась и позволила ему столько. Поцелуй настолько пьянящий и родной… Слёзы всё ещё текут, кажется, у меня уже вся шея мокрая. Мне горько понимать, что рядом с ним я всё та же слабая и хрупкая девочка, которая всегда будет смотреть на него с блеском в глазах и любовью в сердце. Но одновременно с этим понимая… А с кем ещё Карине Стрижовой быть такой? Кто ещё её такую примет и поймёт. Кто, как не Виталий Сапфировский меня стерпит и ещё и трахнет?

Господи, какие мы дураки…

Сука-любовь.

Рву его брендовую рубашку. С наслаждением. Пуговки разлетаются в стороны, а его горячее тело, бархатная кожа и неизменный запах тела полностью лишают дара речи. Хочу всё больше и больше. Чтобы не было конца и края его ласкам. Пусть хотя бы немного заставит меня забыть всё, что было… К тому же, у него это хорошо получается. Его горячие губы отпускают мой рот. Он зубами прихватывает подбородок, задирая платье до талии и вжимаясь в меня своим возбуждённым членом. Боже, пусть не сдерживается. Но сказать и молить не могу. Потому стону. Шипит прямо в губы, облизывает кожу и тянет мокрую дорожку вниз, помечая меня, владея и не отпуская. Он давал мне много шансов уйти и оставить его в покое. Он сейчас меня бросил тут на час… А я дождалась.

Дура! Дура! Дура!

Или..?

Мы забываемся настолько, что едва моя попа чувствует холод столешницы, я вскрикиваю, но бывший только усмехается мне в губы, прижимаясь пальцами к трусикам и шумно выдыхая.

– Хочу вспомнить тебя… - тихо шепчет бывший, прикусив мою губу.

– Только попробуй что-то порвать, я тебя порву, - открываю глаза и хватаю воздух ртом от его жаркого взгляда. О, да… Вот это то, что нам обоим было нужно. Я владею его мозгами, превращая в настоящего раба, он владеет моим телом и душой, заставляя смотреть только на него. Я не вижу ни в ком того самого мужчину. Только в нём.

Сапфир послушно срывает с меня трусики и колготки, замирает, когда приходится немного разобраться с ремешками на туфлях. А после…

Я вскрикиваю и вздрагиваю так сильно, что сперва даже не понимаю свои собственные чувства. Более двух лет я не ощущала подобного. Большие ладони жадно притягивают ближе, впиваясь сильнее в чувствительные губы, откровенно слизывая моё возбуждение и щекоча щетиной. Едва сдерживаю подступившие маты и просто шиплю сквозь стиснутую челюсть. Я выдыхаю через губы и послушно опускаюсь на локти, всхлипывая и зажмуриваясь от каждого его движения. Впиваюсь в его волосы пальцами, прижимая сильнее. Тело пронзает первыми сладкими разрядами удовольствия, от которого немеют пальцы на руках и ногах. Я поджимаю их, явно делаю ему больно, но эти крупные мурашки, это желание на грани и горячая лава по венам… Господи…

Он поднимается после моего оргазма. Первого за два с лишним года. Такого сладкого и насыщенного, что мне требуется пара секунд на выдохнуть и проморгаться, чтобы вновь видеть его. Чтобы с чувством сжать его бёдра. Он от неожиданности вошёл сразу глубоко, и мне моментально закрыл рот ладонью, прекрасно чувствуя, как нам обоим дискомфортно. Потому осторожно и медленно поддаётся назад и гладит меня по щекам обоими ладонями.

– Ни с кем?
– шепчет он.

– Нет, - прикрываю глаза, чтобы не видеть его.
– Там как бы не Доменикана, Сапфир.

– Прошу… - он прижимается носом ко мне и медленно скользит внутрь и замирает. Теперь его член чувствуется легче и слаще. Я выгибаюсь, прижимаясь сильнее к нему.
– Назови меня иначе. Как угодно, родная… Как ты хочешь… Но не так. Прошу, малышка. Хотя бы раз… Я ничтожество, но… Не могу слышать это от тебя… Только не от тебя

– Не могу. Не порти. Просто продолжай, - я обхватываю его лицо, смотрю в глаза. И он понимающе кивает, ловит и прикусывает мой большой палец.
– Я всё ещё ненавижу тебя, - сжимаю его бока коленями. Он же отводит бёдра и снова входит, резче и выбивая всю спесь.

– Моя… - тихо шепчет он мне в ухо.
– Моя… - снова толчок. Его ладони на щеках смахивают слёзы, а тёмный взгляд следит за моим удовольствием. Как и раньше. Наслаждается моим экстазом. А я просто чувствую его. Но не могу открыть глаза. Мне так хорошо…

Боже, я никогда бы не подумала, что мы с ним будем заниматься сексом в таких условиях. Настолько дико и хрипло дыша одним воздухом на двоих.

Он ускоряется, покоряя и снова заставляя забыть меня обо всём. Кусается, цепляется за ткань платья и натягивая так откровенно, что это сводит с ума. Он словно сумасшедший. В нём много силы, чувств и желания. Он трогает меня, ласкает губами, кусается и вскоре мои губы пересыхают от хриплых стонов. Я впиваюсь в его руки, которые снова сжимают стянутое на талию платье и смотрю ему в глаза. Бросаю вызов, показываю себя всю, свою душу и задыхаюсь от истинного Вита. Он тоже не скрывает себя. Настоящий, мой… Он не отвечает за свои действия и отпускает всю боль, которую однажды причинила я ему. Мне хочется тут же его прижать и впиться в губы и он… Словно читает мысли.

Изливаясь мне на живот, он впивается в мои губы поцелуем. Нежно. Сладко. Хрипло рыча в губы и продолжая этим поцелуем моё удовольствие…

Как же сладко… Приторно. Вкусно.

…- Ты изменил Алисе, - улыбаюсь, рассматривая курящего Сапфира. Я уже в относительном порядке, но сижу по-прежнему на столе и без колготок. Там появились стрелки. Но это не вина Сапфира. Я же танцевала на столе, что ещё с ними могло бы случиться? Тяну виски и отставляю руку на столешницу, чувствуя себя настоящей победительницей.

– Я ничего ей не должен. Только дочке, - смотрит на меня, медленно выдыхая дым.

– Цинично, - наклоняю голову.

– Я изменил тебе и совершил ошибки. Я понимаю это. И не знаю, как это исправить, - Вит смотрит мне в глаза.

– Это извинения?
– хмыкнула я. Глупо их требовать сейчас. Но я, почему-то, хочу их стребовать. Пусть я буду глупой. Но я хочу так.

– А ты хочешь, чтобы я встал на колени?
– мужчина выпивает виски и встаёт с дивана. Уверенно встаёт перед моими ногами на колени и хмыкает.
– Это решило нашу проблему?

– Нет, - резонно замечаю я, понимая теперь смысл его слов. Он не хочет показательных выступлений.

– Вот и я о том. Только действия. Ты же меня знаешь, Карин. Исправить поступки словами невозможно, - мужчина костяшками пальцев ведёт по голой ноге. Приятно и так, словно не может не касаться меня. Подушечками пальцев мягко нажимая на кожу.
– Я люблю тебя.

– Не верю, - хмыкаю.
– Почему ты ни разу ко мне не приехал? Почему не попытался сделать хоть что-то?
– я наклоняюсь к нему и веду ногтями по щетине. Нежно чешу его коротенькие волосики и улыбаюсь. Так приятно… И ведёт уже от других, более горячих и глубоких ощущений. В душе разливается тёплая патока, обволакивает всё внутри. Никаких бабочек и странных ощущений. Безопасность, стабильность и сладкое дежавю.
– Почему не приехал, чтобы я… - отвожу ладонь и уверенно бью его по щеке и оглушаю нас обоих звонкой пощёчиной.
– Сделала так?