Чтение онлайн

Первым делом Герберт взялся за ринг. Он набил стойки ватой, закрывая «раны» при помощи выученных бытовых чар. Потом заменил прорезиненные веревки на увеличенные волшебством резиновые жгуты, ну, и проложил пол новыми досками, сверху которых соорудил некое подобие песочного мата. После этого пришел черед шведской стены и турников, далее — стол и шкаф, стекло для которого было тиснуто в теплицах, ну, и самая монотонная и сложная работа — починка пускового механизма манекенов и ремонт силовых комплексов. На все про все у парня ушла неделя, а также — пара прибитых молотком пальцев, несколько бинтов, которыми заматывались участки, где парнишка срезал плоть пилой (по неосторожности, конечно); две рубашки, порванные в хлам и не подлежащие восстановлению, около сотни литров воды для внутреннего применения и в два раза больше — для внешнего, и еще много и много чего. Но результат стоил того — берлога выглядела, словно пещера Бэтмена, только в волшебной своей вариации.

Оставался последний штрих. Мальчик взял широкий лист ватмана и с помощью красной краски крупными буквами написал: «Собственность Геба-Проныры». После чего повесил сие творение прямо над входом — понятное дело, с внутренней стороны, закрепив для верности чарами вечного приклеивания. Но мы, кажется, забыли об идее, посетившей паренька. Ланс был немного поражен, что среди такой разрухи уцелели стеллажи с книгами, которые, по идее, должны были пострадать в первую очередь. Да и сам способ открытия штаба никоим образом не напоминал какое-либо запирающее заклинание, откликающееся на пароль, как, скажем, в общих ваннах, ваннах старост, ну, и в гостиных. Так что уже в первую же ночь парнишка вышел в коридор, дождался, пока дверь исчезнет, а потом пожелал туалетную комнату. Вуаля — имеем туалет, до боли напоминающий туалет третьего этажа. Это подтолкнуло парнишку, и он пожелал туалет четвертого, потом пятого и шестого, и всех их получил в том виде, в котором они пребывали на данный момент. Потом Геб пожелал туалет, который не раз посещал в приюте Св. Фредерика и... не получил ничего, дверь так и не появилась. После этого последовала еще череда экспериментов, которая и помогла парнишке оценить весь размах магии этого помещения.

Как выяснилось, его штаб мог принимать размеры от чулана для метел и до Большого зала, но не меньше и не больше этих пределов. Также нельзя было материализовать в помещении лес, но можно было теплицу, нельзя пруд, но можно лужу, специально разлитую у двери, и так далее и тому подобное. В общем, комната могла создать точную материальную копию чего-либо, находящегося в замке. Но предмет должен быть: во-первых, неодушевленным, во-вторых, немагическим, так как магию штаб не копировал, ну, а еще здесь нельзя было призвать еду, но это и вовсе один из основополагающих законов трансфигурации. Так что, оказывается, не все места Хогвартса были исследованы. Так как во время свое брожения Герберт так и не нашел ни класса с рингом, ни помещения с манекенами и, уж, конечно, не видел магловских тренажеров и шведских стенок. Впрочем, когда-нибудь он их обязательно отыщет. Ну, а что же до книг и стеллажей, то тут, понятное дело, они копировались прямо с библиотеки. Причем в этом штабе не было ограничения на Запретную секцию, разве что большинство трудов в этой секции обладали собственной магией, следовательно — не могли быть перенесены в штаб. Да и самому парнишке они были не нужны: все, что ему необходимо, он уже имел. Таким образом, к 16 января Герберт Ланс обзавелся собственной обителью, выражаясь языком давно почившего рыцаря.

Герберт поднялся и переместился от тренажера к зоне отдыха, которую обставлял сам. Вокруг камина — точной копии гриффиндорского (у них самый большой и красивый) — стояло два кресла на одного человека и два диванчика на троих, ну и еще прямо перед ними находился стеклянный столик. Парнишка любил здесь посидеть и полистать очередную книгу. Самое удивительное, что покуда он находился в своем штабе, то его не могли найти даже домовики, а дверь штаба также пропадала, превращаясь в стену. Так что это действительно была супер-геройская пещера, в которой можно было скрыться от всех. Настоящая мужская берлога. Разве что не хватает раскиданных всюду носков, пустых коробок из-под пиццы, звенящих бутылок в углу и развешанных по шкафам труселей, но это дело наживное. Единственное, что огорчало мальчика, — это то, что здесь нельзя было материализовать душ.Видимо, штаб не имел выхода к общим канализационным трубам, что удручало. Кстати, о нем, то бишь, о душе.В последнее время парнишка налег на Анимагию, и, возможно, вы уже даже догадались почему. В конце концов, в образе кота так легко пробраться в общие женские душевые... Но это все мечты, а пока Геб с трудом трансформирует свой ноготь в коготь. Мышку, кстати, в благодарность за ратные подвиги парнишка выпустил на опушке Запретного Леса. Правда, параллельно с этим, ощущая легкий укол грусти, так как теперь у него не будет слушателя. Нет, играть для себя тоже очень здорово и захватывающе, но в игре для зрителя присутствует собственное очарование и даже некоторая легкая, неощутимая, но все же магия.

С такими не самыми позитивными мыслями парень накинул рубашку, пропахшую трудовым потом, и покинул свою берлогу. Выйдя в коридор, он некоторое время наблюдал за тем, как исчезает в стене дверь, после чего направился к подземельям. Как всегда, на лестницах его ждало несколько сюрпризов, но бывалый парень привык к трудностям Хога и поэтому без особого труда добрался до вотчины змей. Сегодня, в воскресенье вечером, было не особо оживленно, и замок, казалось, заснул в ожидании пятницы и субботы, когда студенты отбросят учебники в сторону и вооружаться чем-то другим.

— Слава Рода, — произнес парнишка, и стена, закрывающая доступ в гостиную, стала прозрачной.

Герберт молча ненавидел все эти пароли: такое впечатление, что их придумывал какой-то напыщенный королевский камердинер. Или старейшина домовых эльфов тех же Малфоев. Уж очень вычурными и крикливыми были эти пароли, одна только «Чистота крови» чего стоила.

В гостиной, как всегда, сбился почти весь факультет. У камина, на козырных креслах и диванах сидели старшекурсники в обнимку с девушками, а так же Драко со своей бандой (папашкин авторитет сказывается). В учебной зоне пыхтели младшие, скрепя перьями по пергаменту. Среди работавших Герберт приметил и Дафну с Блейз. Сдерживая ехидный смешок, мальчик прошел мимо, но все же был замечен. Гринграсс уже собиралась было открыть рот, но ее схватила за руку какая-то четвертокурсница и покачала головой. Красавица-блондинка едва слышно скрипнула зубами и, сверкнув голубыми глазами, вернулась к своему реферату. Иметь статус неприкосновенного все же чертовски удобно. Ланс прошелся по коридору, и, дойдя до спальни первокурсников, скорее по привычке, чем по реальной необходимости, достал палочку, готовясь отразить какую-нибудь пакость. Впрочем после открытия двери Гебу так и не пришлось применять свои слабенькие защитные чары, которые даже Лонгботтом кривым Петрификусом пробил бы.

Из сундука парнишка выудил большое махровое полотенце, явно требующее замены, мочалку, которая уже кожу сдирала, а не только грязь и пот, и остальные мыльные принадлежности. Убрав все это в пакет и запихнув в сумку, мальчик покинул спальню, а следом и гостиную, ловя на себе взгляды, полные бессильной злобы. Путь Ланса лежал на четвертый этаж, где находились общие душевые. Вообще-то у каждого факультета были и еще и свои, но в них кабинок было всего три, и очередь вытягивалась будь здоров. У слизеринцев и вовсе висело расписание, какой курс и когда идет, причем парням почему-то отводились самые неудобные часы. Да и, собственно, Ланс был не настолько глуп, чтобы подвергать себя риску мыться вместе с дражайшими однополчанинами. Кто этих аристократов знает... Впрочем, и в том, чтобы ходить в общие купальни, в которых кабинок насчитывалось около дюжины и даже имелся некрупный бассейн, также был существенный минус. Однажды еще в первые месяцы учебы парень проснулся из-за кошмара и по привычке, даже не задумываясь, отправился в душ, дабы ополоснуться и вернуться к себе. Геб тогда захватил мыльные принадлежности и, натурально не понимая, что он в Хоге, и Филч не дремлет, в открытую поперся на четвертый этаж. Видимо, от такой наглости сама судьба офигела, и парень добрался без каких-либо проблем. Дьявол, лучше бы они у него возникли. В ту злополучную ночь парнишка открыл дверь и, о Мерлин, увидел какого-то семикурсника с Гриффиндора, который был занят... семикурсником с Хаффлпафа. Сон как рукой сняло. Парню хватило всего секунды, чтобы захлопнуть дверь, а потом, добежав до какой-то ниши, выблевать все, что только можно было выблевать в четыре часа ночи. После этого инцидента мальчик не мылся около шести дней, но все же ему пришлось вспомнить о личной гигиене. С этих пор Геб стал заходить в общую душевую с палочкой наготове и с заклятием «Incendio» на уме. Ну, а кроме того, Герберт теперь за милю обходил Малфоя. Тот полагал, что грязнокровка его боится, но лишь один взгляд на этого жеманного отпрыска древнего рода вызывал в памяти босоты омерзительную картину, которую ужасно хотелось навсегда стереть из памяти. Стоило об этом случайно вспомнить, как вновь тянуло сблевануть. А еще приличное общество... нет на них Скэри-сквера, там таким быстро деревянный макинтош давали примерить. Мерзость.

Но сегодня все было спокойно, в ванной комнате и вовсе было свободно, так что Герберт быстро сполоснулся, смывая последствия ратных подвигов, после чего поплелся вниз. На весь вечерний моцион у парнишки ушло не больше пяти минут. В приюте ты либо научишься мыться в рекордно короткие сроки, причем под ледяной водой, либо тебя будут ждать большие неприятности. Старшие ждать не станут... Так что свободный доступ к воде, причем горячей, казался мальчику манной небесной. Да и вообще, по сравнению со Св. Фередриком, Хогвартс был натурально пятизвездочным курортом. Еще бы Зелья отменили и привидений повывели — и первых мировых лиц можно принимать.

С этими мыслями парнишка вернулся в гостиную, потом добрался до кровати и, убрав вещи, забрался под одеяло. После такой сложной недели, когда каждый вечер болело буквально все тело и ныли все мышцы, Геб был счастлив возможности лечь спать пораньше. Да и завтра вставать ни свет ни заря и переться на гербологию...

Малолетний бандит проснулся от истошного вопля. На одних рефлексах и инстинктах парнишка вскочил на ноги, одновременно обнажая и бабочку и палочку. И какую же картину он застал! Слева от его кровати столпились дорогие сожители. Винсент и Грег сейчас поддерживали бледного Малфоя, а Теодор Нотт держался за правую руку, покрытую ужасными, чернеющими ожоговыми волдырями. Собственно, вопил именно Нотт. Герберт присмотрелся и увидел, что стоят эти паскуды вокруг его шестиструнной малышки (которой уже не мешало бы дать имя).

— Гниды слабожопые, — прошипел мальчик и вскинул палочку, готовясь «резать кухонными ножом» (бить бытовыми чарами).

В этот самый момент дверь спальни будто сорвалась с петель, и в помещение влетел разъяренный Снейп. Кто бы мог подумать — одетый в черную шелковую ночнушку, больше похожую на робу сектанта-сатаниста.

—— Что здесь происходит? — зашипел он.

Даже Нотт, захлебывающийся слезами и вопящий от нестерпимой боли, сбавил децибел в голосе. Остальные же натурально застыли, обернувшись соляными столбами.

— Я проснулся от крика, сэр, — произнес Ланс. Видимо, у него были самые крепкие яйца, так как остальные лишь поскуливали, — и увидел, как эти пид... господа, стоят вокруг моей гитары.

— Я не вас спрашивал, Ланс, — продолжал шипеть Снейп. — Драко, мне нужен нормальный ответ.

Малфой тут же как-то сник и спрятал взгляд.

— Профессор, мы хотели поиграть на гитаре Ланса. Только и всего.

Геб был в бешенстве. Ага, как же, поиграть они хотели. Небось собирались сломать малышку еще раз, да так, чтобы уже не восстановить. Глаза парнишки опасно сузились, а костяшки левой руки, в которой покоился нож, побледнели. Это не укрылось от взгляда Снейпа.