Не книжный переплет
Шрифт:
– Артем, я это… - выдохнул Саня и опять замолчал.
– А я то, - ехидно вставил следователь.
– А как, кстати, твоя Даша поживает?
– наконец спросил Буранов, пряча глаза.
– Ну, в смысле, давно вы с ней виделись?
– Недавно, - насторожился Артем, - а что?
– Так, просто спросил. Передавай ей привет. Она у тебя славная девушка. Умная, образованная, интеллигентная, стихи читает. И на лицо такая вся… Да и фигура, опять же. Ноги тоже, в общем. Ну ладно, я пошел, - торопливо попрощался Саня, глядя на отвисшую челюсть друга, и направился к выходу.
– Э… Э… Буранов! Постой!
– попытался остановить Саню следователь, но оперативник, помахав ему на прощанье рукой, скрылся за дверью.
Некоторое время Артем ошарашенно смотрел на закрытую Саней дверь, теряясь в догадках по поводу странного поведения друга, потом, прокрутив в голове еще раз их разговор, пришел к выводу, что Саня Буранов попросту по уши влюбился в его Дашу и теперь пытается таким вот неуклюжим манером выяснить, есть ли у него шанс. Данное открытие настолько ошеломило следователя, что он даже на несколько секунд забыл о Диане. Нет, Артем Босяк нисколько не ревновал, напротив, собирался подбодрить друга и выдать ему Дашин телефон завтра же. Но, по имеющимся у следователя оперативным данным, Саня Буранов испытывал слабость к совершенно другому типу женщин, млея от пышных форм ярких крупных блондинок, Даша же была хрупкой брюнеткой романтического склада. К тому же Саня Буранов видел ее всего один раз, и то мельком. Удивительное происшествие! Нонсенс! Парадокс! Тем не менее факт оставался фактом - Саня Буранов влюблен в его Дашу, вернее, уже не его, а просто в Дашу. А в чем, собственно, парадокс и нонсенс?
– неожиданно опроверг себя следователь и нахмурился. Как объяснить его собственные чувства? До встречи с Дианой Шатровой в сторону рыжеволосых женщин Артем Борисович Босяк даже не смотрел. Смотрел, не смотрел - теперь это было уже неважно, как, впрочем, и его чувства. Дело Дианы Шатровой близилось к концу, как и его миссия. Осталось, правда, море невыясненных вопросов по поводу исчезновения Марата и смерти Марины, но Артем Босяк пока был не готов усердствовать и пытаться получить на них ответы и решил вплотную сконцентрироваться на «мусорщике».
Он вышел на улицу, когда уже было совсем темно. Над ночным городом завис туманный смог, но воздух был свеж и прохладен, пахло дождем и едой из соседнего ресторана, еле слышно звучала джазовая мелодия, мигали неоновые огни витрин…
Он долго стоял и смотрел на огни ночного города. На душе было тоскливо и одиноко. Смертельно захотелось увидеть Диану и выпить. Теперь он жалел, что отправил Саню домой. Мимо него прошла молодая парочка навеселе, Артем проводил их взглядом и завистливо вздохнул. Диану увидеть он не мог, а вот выпить… «Завтра рано вставать», - занудно напомнил себе следователь, но ноги сами собой уже донесли его до ближайшей палатки. Он купил бутылку водки и с чувством исполненного долга поехал домой.
Глава 28
Целое утро Саня Буранов страдал. Его волновал один-единственный вопрос: каким образом выяснить телефон Даши у своего безмозглого друга и связаться с ней? Желание позвонить девушке возникло у него давно, как только он понял, что Артем окончательно и бесповоротно втрескался в свою рыжеволосую богачку и зачастил в ее дом. Дашу он видел всего один раз, но и одного взгляда было достаточно, чтобы сделать печальный вывод, что его друг - совершеннейший кретин.
А утро было такое замечательное! Теплое, солнечное, тихое… И птички пели, и шелестела листва, и дятел отбивал дробь где-то неподалеку… Все было прекрасно, пока старый лесной прудик, такой сказочный, затянутый ряской по всей поверхности, с квакающими по берегам лягушками, не атаковали люди с аквалангами. Вода забурлила, запахло гнилью, затихли лягушки, умолк дятел…
«И все-таки какой Артем умный», - с уважением подумал Саня, когда тягач вытянул из старого пруда машину «Форд Таурус», покрытую сплошь илом и зелеными склизкими водорослями.
– Сань, тебе телефончик-то Дашкин дать?
– ехидно спросил довольный следователь по дороге обратно.
– Угу, - просто ответил Саня и, записав желанный номерок, притих и думал о своем, пока они не добрались до прокуратуры. Как только они переступили порог кабинета Артема, раздался телефонный звонок, и события стали развиваться стремительно. Объявилась родственница последней жертвы «мусорщика», которая только что опознала в убитой свою племянницу.
– Скажите, Светлана Ивановна, с какой целью Людмила приехала к вам?
– спросил Артем Босяк.
– Ей всего восемнадцать было, - всхлипнула женщина, комкая в руке носовой платок.
– Боже мой, как я сестре скажу… Что я ей скажу? Приехала ко мне, такая восторженная вся… Я ведь не возражала. Пусть, думаю, Москву посмотрит. Что у нас в Мытищах ей делать? Поехала…
– Ваша племянница в тот день поехала осматривать достопримечательности Москвы?
– уточнил Артем.
– Да, и не вернулась, - зарыдала женщина. Артем налил женщине воды, она сделала пару глотков и поставила стакан на стол.
– Я знала, что все добром не кончится! Нехорошо это.
– Светлана Ивановна, вы, пожалуйста, успокойтесь и постарайтесь нам объяснить все по порядку с самого начала, - мягко попросил Артем.
– Как я понял, Люда приехала к вам из Белоруссии на летние каникулы.
– Да, - кивнула женщина.
– Что же в этом плохого? Она познакомилась с кем-нибудь, кого вы не одобряли?
– Нет, что вы!
– возмутилась женщина.
– Людочка очень скромная девушка была. У нее и мальчика-то не было. Сестра все жаловалась, что не такая она, как все. Опасалась, что замуж не выйдет. Хотя на личико красивая была девочка, рыженькая такая, шустрая… Только ведь не о том все думала.
– Что вы хотите этим сказать?
– спросил Артем.
– Люда стихи писала. Нехорошие стихи! О смерти. Вот и накликала беду. Я как глянула в ее тетрадку, так и обмерла. Не дело это - в таком юном возрасте эти мысли в голове носить, - объяснила женщина и вновь разрыдалась.
– Ох, уж я и ругала ее. Поссорились даже. Я ей говорю, ты бы о любви лучше писала, а она…
– Стихи о смерти, - задумчиво сказал Артем.
– Тетрадь со стихами у вас сохранилась?
– Нет, Люда в тот день ее с собой взяла. Да она ее всегда в сумочке носила, не расставалась с ней. Вбила в голову глупую идею показать свое стихоплетство одной поэтессе именитой.
– Как, как вы сказали?
– переглянулись Артем с Саней.
– Я говорю, что Люда мечтала познакомиться с одной очень известной поэтессой и показать ей свои стихи, - уточнила Светлана Ивановна.
– С Ольгой Троянской?
– спросил Саня.
– Да, а откуда вы знаете?
– растерялась женщина.
– Собственно, для этого она и приехала. Она буквально бредила творчеством Троянской. Даже в клубе ее поклонников состояла.
– Одну минуточку, Светлана Ивановна, - извинился Артем и, кивнув Сане, чтобы он следовал за ним, вышел из кабинета.
Буранову ничего объяснять не пришлось, он и сам уже понял, что ему делать, и держал в руках список с телефонами. Необходимо было срочно обзвонить родственников всех жертв «мусорщика» и уточнить - не состояли ли убитые девочки в клубе почитателей творчества Ольги Троянской. Действительно, многие упоминали, что девушки любили литературу и стихи, но следователю даже в голову не пришло, что это может иметь отношение к их смерти! Усадив Буранова в соседний кабинет за телефон, Артем вернулся к беседе со Светланой Ивановной.