Чтение онлайн

–  Одна девушка изобразила портрет убийцы, - объяснил следователь.
– Смешной, правда? Совсем бедняжка рисовать не умеет.

–  Артем, а ты уверен, что этот портрет нарисовала девушка?
– продолжая внимательно разглядывать лист ватмана, спросила Даша.

–  Уверен, - подтвердил Артем, поставил на стол две чашки с чаем и сел на стул.

–  Странно, - задумчиво сказала Даша.
– А сколько лет этой девушке?

–  Восемнадцать. Ваш чай готов, мадмуазель, прошу вас, присаживайтесь и разделите со мной… Даш, ну что случилось-то? У тебя такое лицо странное - что тебя так заинтересовало в этой мазне?

–  Артем - это не мазня, неужели ты не понимаешь?!
– воскликнула Даша.
– Ты что, не видишь - это работа выполнена гениальным художником! Техника очень специфична, очень немногие ею владеют. Во всем мире насчитывается только несколько художников, работающих в подобной манере, и их картины идут нарасхват. В России тоже была такая художница, у моей матери есть самиздатский каталог ее работ. Так вот, эта девочка пишет в ее стиле.

–  Как зовут эту художницу?
– спросил Артем.

–  Вера Кошель.

–  Вера Кошель?!
– подпрыгнул на стуле следователь.

–  Да, но о ней не было слышно около четырнадцати лет.

–  Куда она пропала?

–  Там какая-то грязная история случилась. Ее, кажется, обвинили в чем-то и посадили. Если тебе подробности интересны - могу у мамы выяснить.

–  Не надо, Дашенька, все, что случилось с этой женщиной, мы можем выяснить достаточно быстро, - придвинув стул к компьютеру, сказал Артем и запустил нужную программу.
– Отчество ты ее помнишь? Это упростит поиск.

–  Леонидовна.

–  Значит, Вера Леонидовна Кошель, - застучал по клавишам следователь, нажал ввод и замер с открытым ртом. С экрана на него смотрела смешная подруга Дианы - Вера. Он сразу узнал ее, она почти не изменилась за столько лет, только похудела и сменила прическу. Артем бегло просмотрел выданную компьютером информацию, и у него от волнения вспотели руки.
– Даша, - пересохшими губами сказал следователь, - ты даже не представляешь, как ты мне помогла! Но мне необходимо еще поработать, прости, поход на выставку временно откладывается.

–  Я понимаю, позвони мне как-нибудь, - расстроилась девушка и, подхватив свою сумочку, выскользнула из кабинета. Артем не обратил внимания на уход Даши: то, что выдавал компьютер по поводу Веры, не укладывалось у него в голове.

–  Господи, что же делать?
– собрав необходимую информацию, тяжело вздохнул Артем и посмотрел на часы - было около двенадцати ночи.
– Нет, это так оставлять нельзя! Сегодня же необходимо ей все рассказать. Плевать, что уже ночь!

Он отключил компьютер, поднялся и решительно вышел из кабинета.

На лбу выступили капельки пота, алая точка расплылась и растеклась по листу, превратилась в некрасивую кляксу. Вера в бешенстве сломала кисть о колено, скомкала картину, опрокинула мольберт и нервно заходила по комнате, расшвыривая ногами порванные листы, которыми был засыпан весь ковер. Целый день она не выходила из комнаты и писала, писала, писала свои картины, но ничего не выходило. В последний момент в картину против ее воли внедрялся алый цвет крови и портил уже завершенную композицию. Красный был ее любимым цветом. Она всегда использовала его для выражения экспрессии, но сейчас этот цвет вызывал сильный протест. Она категорически не хотела впускать его в свое теперешнее мироощущение, отвергала и боялась, боялась до дрожи в коленях и тошноты.

–  Нет, так нельзя, - тихо прошептала она, распахнула окно и полной грудью вдохнула прохладный ночной воздух.

За окном пели соловьи, ночь манила и влекла окунуться в свое волшебство. Вера набросила шаль и выскользнула из комнаты. Она вышла во двор и неторопливо пошла в сторону пруда. Где-то недалеко залаяла собака, донеслись обрывки голосов. Вера прислушалась, ей показалось, что голоса раздаются из их сада. Женщина удивилась: один голос принадлежал Диане, и говорила она на повышенных тонах. Вера торопливо пошла на звук, но, не дойдя до места нескольких шагов, застыла на месте, как вкопанная. Тема разговора касалась ее прошлого.

–  Вы должны это знать, ваша подруга несколько лет отсидела в тюрьме!
– сказал Артем Босяк.

–  Послушайте, Артем, я еще раз вам повторяю - мне нет никакого дела до прошлого Веры! Я не хочу ничего знать. Каждый человек может оступиться. Вы думаете, я наивная девочка и не понимаю, каким образом человек оказывается на улице рядом с помойкой? Поймите: Вера спасла мне жизнь, благодаря Верочке я сейчас разговариваю с вами, и давайте оставим этот разговор!

–  Да послушай ты меня!
– раздраженно перешел он на «ты».
– У меня нет никаких доказательств, но я уверен, что Вера, так же как и мы, догадалась, что Марат и Марина пытались тебя убить, и избавилась от них. Труп твоей горничной нашли, она утонула, и ей кто-то помог в этом. Без сомнения - это Вера!

–  Господи, что ты говоришь! Почему ты решил, что это Вера?

–  Потому что сегодня я смотрел ее дело. Диана, это страшный человек - ты должна держаться от нее подальше. Она убийца! Она сумасшедшая убийца! Она отсидела десять лет! Пойми, девочка, сейчас она на твоей стороне, но в любой момент это может обернуться против тебя, и ты станешь ее жертвой.

–  Убирайся вон!
– закричала Диана.
– Если она отсидела несколько лет, это еще не дает тебе право делать такие ужасные выводы. Вера не может… Она не может причинить никому зла! Я ее хорошо знаю. Она относится ко мне, как к дочери…

–  Когда-то давно у Веры Леонидовны Кошель, так зовут твою подругу, была родная дочь. Маленькая симпатичная малютка…

–  У Веры была дочь?
– ошарашенно переспросила Диана.

–  Да! И знаешь, что с ней случилось? Она убила ее! Убила, понимаешь! Ее признали виновной. Все было спланировано идеально - закос под несчастный случай. Она толкнула коляску под колеса проезжающей мимо машины - и ребенок умер мгновенно. Никто никогда ничего бы не узнал, если бы не ее подруга, которая в последний момент дала против нее показания. О том случае писали все газеты, вот, я распечатал тебе несколько статей. Смотри, если не веришь.

–  «Беременная англичанка Джулия Грин чуть не стала жертвой сумасшедшей художницы, которая толкнула коляску со своей двухлетней дочерью под колеса ее автомобиля…» - тихо прочитала Диана и выронила листы из рук.

–  Я понимаю, в это трудно поверить, Диана, - схватил ее за плечи Артем.
– Адвокат настаивал на том, чтобы Веру Кошель признали невменяемой, но по непонятным причинам психиатрическая экспертиза… Диана, что с тобой? Господи, тебе совсем плохо?! Вера так дорога тебе?

–  Джулия Грин - это моя мать… Джулия Грин - это моя мать… Моя мать…