Чтение онлайн

Гай слегка улыбнулся из-за плеча Алира. Вот как, значит… А казалось, теперь все, теперь мерещиться не будет, раз единение. О котором лучше никому не говорить, особенно властителям. А они дураки редкие, за Квадрой не следят и не узнают, что у Первого вдруг реакция улучшилась. Лиар улыбался совершенно детски, очень радостно, и эта улыбка очень напоминала Лару. Не хочу я, чтобы он и тут убийцей работал. Наверное, стереотипы. Раз не взрослеют окончательно, значит, дети, а дети не должны убивать… Не должны убивать так. Хотя разве ж есть разница, какубивать… Ведь и сам бы должен нечто подобное думать, а не думается. Потому что не таки сам горазд, даже не пробовал пересчитать, сколько народу жизни лишил, не угрызаясь совестью и размышлениями о том, что и у них, убитых, где-то есть тетка Даша… Толстая и в парадной мохнатой кофте с люрексом.

– Ты о родственниках думаешь, – сообщил вдруг Лиар. – Синие искры появились.

– Бледные, – усмехнулся Дан. Демон кивнул.

– Ага. И теплые. Ты их любишь все равно, только они же далеко.

– Умерли они уже давно, – сказал Дан, – я здесь уже тридцать пять лет, а в моей стране по девяносто лет не живут.

Стало холодно. Он не то чтоб впервые об этом подумал, но впервые осознал. Ни матери, ни тетки, ни тем более бабули и Тяпы. И сама память о Даниле Лазарцеве стерлась. Разве что Олигарх, если не загнулся еще от цирроза печени или конкурентов, помянет раз в год. И то вряд ли. Столько лет воспоминания, может, и живут, но не остаются яркими. И даже уже не жаль. Другие наложились, если и не более сильные, то более свежие, следовательно и более яркие. Нет Сашки, но нет и Гая с Ларой. М-да… Нефиг Мечу ударяться в воспоминания. Из имиджа выпадает.

Сто раз задумывался, почему в Квадре Меч отдельно, а Сила отдельно, но так и не решил, и задумывался как-то все больше в одиночестве, а потом забывал спросить у потенциально знающих. Заводить этот разговор при Лиаре не хотелось, и получалось, что несмотря на буйно возникшую симпатию Дан ему не доверял. И кого в нем видеть – засланца врагов? Почему сразу вдруг поверил во все истории, что рассказал Лиар, даже в ту, что демоны размышлять не умеют, а умеют только повиноваться? Что это было – обычная откровенность или тонкий расчет? сами мы не местные, людишки жалкие, подайте копеечку, люди добрые, ничего не умышляем, нам бы деток напоить-накормить… Параноик, а не Меч. Нирут истории не удивился, согласился с тем, что демоны – взрослые дети, то есть взрослые физически и… и что – умственно отсталые? Притормозили в подростковом возрасте в развитии – и навсегда? Почему Лара такого впечатления не производила?

А это можно и спросить.

Лиар улыбнулся.

– Потому что она была с вами. Ну… то есть не одна. Я не знаю, как объяснить. Она же не казалась тебе умной или склонной к философии?

– Не казалась, – чистосердечно признался Дан, – я и сам не особенно… к философии склонен.

– Лара – женщина, – подал голос Аль, рассеянно расставляя фишки по доске. – Даже ты, Дан, не ждешь от женщины умения рассуждать и тем более философствовать. А я и подавно. К тому же мы к женщинам более снисходительны. Лара была сообразительна, сметлива, но не только фантастически необразованна, но и не особенно умна. И разве нам это мешало ее любить? К тому же ей был свойствен эффект зеркала…

– А это что? – дуэтом спросили Дан и Лиар. Аль удивился. Ну да, тут не только демон интеллектом не блещет.

– Здрасьте, – совсем по-русски, хотя и на всеобщем, сказал Аль. – А головой подумать? Лиар, тебя это тоже касается. Это уж вовсе элементарно.

До Дана дошло как-то сразу, стыдно стало за поспешный вопрос, мог бы и сам подумать. Головой. Вот как Лиар. Сосредоточился, даже нахмурился, точно как Лара, когда над чем-то думала, даже глаза начали цвет менять туда-сюда, то темнее, то светлее. Усиленная работа мысли.

– Это когда хочешь, чтобы собеседник в разговоре с тобой словно в зеркало смотрел? – осторожно и даже с робостью спросил Лиар. А вот Лара никогда не стеснялась говорить глупости. Она вообще не стеснялась. Алир кивнул.

– Ну да. Когда ты ведешь себя так, как хотелось бы собеседнику. Подстраиваешься под него. Вот, например, Дан на это абсолютно не способен.

– Ты зато способен, – проворчал Дан. Все вокруг только и мечтают лицезреть заносчивость эльфа, сознающего свою практическую безнаказанность.

– Я способен, – возразил Аль. – Иногда. Например, если властители ждут от меня почтительности…

– Ты безуспешно ее изображаешь, – перебил Дан с ухмылкой, но уже понимая, что Аль прав. Эльф сделал приглашающий жест, и Дан сел к доске, чтоб Лиару обидно за проигрыш не было. И через час выиграл совершенно неожиданно не только для себя, но и для Аля. Иногда такое, конечно, случалось, но редко. Очень редко. Тем приятнее потом Лиару будет, если он у Дана выиграет. А он выиграет, потому что рассуждать (поверим!) не умеет, однако аккуратен и куда более внимателен. Рассеянный демон – это почти что приветливый эльф. В природе не бывает.

В столице они проторчали еще две невыносимо долгие недели. Неделями Дан по инерции называл местную дробную часть месяца, длившуюся вообще-то десять дней. Когда он освоил здешнюю систему летосчисления, он даже пробовал сравнить ее с земной. Получалось, что год больше, потому что больше сама Траития и крутится, то есть вращается вокруг солнца, медленнее, месяцы тоже разномастные общим числом четырнадцать, делятся на недели по десять дней, а если в месяце не тридцать дней, а тридцать пять, то и в последней неделе пятнадцать. Казалось жутко неудобно, однако стоило вспомнить, например, високосные годы, и неудобство уже не мешало. Оно вообще не мешало, если ничего ни с чем не сравнивать, как аборигены.

Дан так и пас Лиара, и ни одна собака, включая имперских сторожевых, не удивилась, что властитель Дан обзавелся еще одним красавчиком в черном. Но без браслета. Брать Лиара в собственность Нирут то ли не спешил, то ли вовсе не собирался. Почему быть в собственности считается таким преимуществом.

Лиар парень был покладистый, ни с чем не спорил. Гулять? ну, значит гулять. Обедать? всегда пожалуйста, полное единодушие с Чернышом. Пофехтовать? запросто. Просто побегать? охотно. Поиграть? да с радостью.Он и правда делал все с искренней радостью. С ним было легко, как с Ларой. Сказочная красота уже так не потрясала, привык, но и не исключено, что Лиар на всякий случал сделал то же, что и Лара, дабы исключить элемент вожделения из отношений. За себя-то не опасался, а вот Аль с Нирутом хотя иногда и предпочитали общество друг друга, могли и еще какую другую особь мужеска полу завожделеть. Вот во избежание Лиар и старался это исключить. Сам? Или по повелению свыше?

Он спал на кушетке в комнате Дана, и Нирут так распорядился, наверное, именно чтоб Аль грешным делом не замечтался. То есть он тоже не спешит доверять Лиару. А Лиар это, как оказалось, очень хорошо понимал – тоже, наверное, нить какая-нибудь имелась, обозначающая недоверие, но ничуть не обижался: правильно, я чужой, вы меня не знаете, вдруг кто-то подослал и на самом деле целью мастера был не Меч Квадры, а ее Ум. Сказал он это на полном серьезе, когда Нирут с Алем зашли к Дану с ведром… то есть с бутылью вина и корзиной каких-то экзотических яств. Проверять Дана на очередную аллергию к деликатесам. Нирут в ответ на заявление хрюкнул в бокал и заверил, что не родился еще демон, способный убить властителя. Можно попробовать вот хоть здесь и сейчас. Лиар отказался.

Магии демоны были лишены, то есть магии в привычном понимании. Они могли приворожить, но только близостью (наверное, вовсе уж небывалое наслаждение доставляли), могли видеть чувства, могли через пару дней научиться понимать любой язык (и Лиар быстро начал понимать русский, хотя Дану уже трудновато было вспоминать песенки Щербакова). Но вот тому, что умел любой член Гильдии магов, ни одному демону научиться не удалось бы ни при каких обстоятельствах. Нирут заверил клятвенно. Дан сделал вид, что поверил.