Чтение онлайн

Окончательно взбесившись, я залетела в комнату, хлопнув дверью. Та, наконец, слетела с петель. Ниайас Эриар сделал движение рукой, и доска встала на место.

Как только я убедилась, что меня не видно и поставила «полог тишины», начала кидать вещи в стену, в бессильной ярости, пинать мебель, выпуская пар.

Да, магией я, по-прежнему, пользоваться не могла, но с эмоциями браслетик справлялся гораздо хуже, поэтому весь перечень был доступен мне в полной мере.

Когда стул разлетелся о стену, я, немного умерив пыл, со спокойной душой, тяжело дыша, рухнула на кровать, твердо решив для себя — с Академией покончено!

Встав с кровати, я распахнула настежь шкаф, пододвинув к себе спортивную сумку. Скидала комком в нее все вещи, еле-еле застегнула молнию и отбросила свои пожитки в сторону.

Я принялась надевать выбранные мною вещи. Нужно же уйти красиво! Надев все это, я покрутилась перед зеркалом, схватила сумку, и покинула комнату.

Да, мини-юбка и очень короткий топик произвели настоящий фурор! Все парни просто захлебывались слюной, провожая взглядом мою походку от бедра. А что? Из Академии меня все равно отчислили, значит, терять мне нечего!

Гори все синим пламенем!

Квартира встретила меня ощущением запустения и заброшенности. На шкафах и прочей мебели лежал метровый слой пыли, по углам «расцветало» кружево паутины.

М-да... Похоже, пришло время заняться генеральной уборкой!

Но сначала пойду, освежусь.

Душ расслабил все мышцы, вода смыла стресс и из ванной я вышла в воинственном настроении с тряпкой и веником в руке.

Я протерла всю пыль со шкафов и антресолей, решительно двинувшись к особенно «зацветшему» углу. Наглый жирный паучара, приземлился мне прямо на нос, я сбила его щелчком пальцев и продолжила свою уничтожительную деятельность.

«Вылизав» всю квартиру, я попыталась снять браслет. Безрезультатно; безделушка не поддавалась; в общем, психанула и бросила эту затею.

Следующие несколько дней протекали размеренно и относительно спокойно.

Единственная странность была в том, что мне снились какие-то загадочные сны. Я не могла понять, в чем причина.

Но, определенно, я видела тех людей, которых я знаю; в них чувствовалось что-то близкое и родное; в эту ночь, мне пришло одно из таких сновидений.

Маленькая девочка бежит по длинным коридорам и выгладит просто крошечной на фоне этих увешанных гобеленами и позолотой стен и высоких потолков.

Заливистый смех, колокольчиковым звоном, разносится далеко-далеко за пределы дворца; темные, длинные волосы и, такое же, длинное, алое платье взлетают вверх, словно паря в воздухе.

Почти черные глаза искрятся бесконечным счастьем.

— Ясминель Дэйресс Дамайн Эль‘даргай! — раздается на весь дворец громоподобный мужской голос.

Девочка тут же испуганно замирает и идет уже медленней.

Когда она подходит к мужчине, тот строго на нее смотрит:

— Что я тебе говорил насчет катания на королевских фениксах?!

В глазах маленькой леди начали собираться слезы.

— Я... Я больше не буду... Обещаю... — Виновато промямлила девчушка, размазывая кулачком слезы по симпатичному личику, и шмыгнула покрасневшим носом.

Темноволосый мужчина вмиг смягчился, и тепло улыбнулся, притянув девочку к себе, и с любовью прошептав:

— Глупенькая маленькая Ясмина! Я так боялся, что ты пострадаешь! — мужчина чмокнул девочку в макушку и крепче прижал к себе...

Я проснулась от удара обо что-то твердое. Открыв глаза, обнаружила, что распласталась на полу; но боли почти не замечала, погруженная в собственные мысли.

Совпадение? Очень сомневаюсь! Я не верю в ТАКИЕ «случайности».

Предплечье обожгла тупая боль, заставив вскрикнуть.

Я подошла к зеркалу и внимательно себя осмотрела; правый рукав рубашки, в которой я спала, окрасился в кровавый цвет.

Я перепугалась и, без стеснения стянула с себя деталь одежды через голову, оставшись в одном белье. Все равно никто не увидит, я одна в квартире.

На руке красовались очертания какого-то символа.

Такое впечатление, что он не законченный; Знак кровоточил и болел, по предплечью вниз стекали алые капли.

Я сразу же наложила на рисунок заклинание обезболивания и иллюзию (все-таки я собираюсь возвращаться в нормальный институт, а такое «тату» точно вызовет нежелательные вопросы).

Ну, а теперь можно со спокойной душой идти в душ.

Проторчав под струями воды, примерно, час, я вышла из ванной комнаты, полностью проснувшаяся, и, в белье, (которое я успела надеть в душевой) прошла к шкафу.

Схватив первую попавшуюся одежду, уже хотела одеваться, но за спиной раздался иронично-насмешливый голос:

— Ты всегда в душе поешь песни Ирины Аллегровой?

— Твою мамашу! Сокол, какого?!.. — Я проворно обернулась всем корпусом; мокрые волосы хлестнули по лицу, и я сдула пару мешающих прядок.

— Не надо упоминать мою мамашу! — ухмылялся этот... Сокол.

— И давно ты здесь торчишь?! — задала я единственный интересующий меня вопрос.

— Примерно, с того момента, как ты начала петь.

— А подслушивать нехорошо!

— Подслушивать? Да, ты на всю квартиру завывала! — продолжал издеваться гад.

Я подошла к кровати, чувствуя, как рубашка, которую я все же успела надеть, развивается за спиной в подобии супергеройского плаща, схватила подушку и запустила ей в желтоглазую заразу.

Кир мой снаряд с легкостью поймал и отправил в обратный полет. Тогда, я взялась за вторую и тоже не достигла нужного результата. Смерившись, озвучила вопрос, который мучил меня со времени ухода из Академии:

— Ты меня ревновал тогда? — я с прищуром глянула на Кирьяна.

— Да кто вообще может ревновать такую ехидну, как ты? — ухмыльнулся Кир.