Чтение онлайн

Голос наездницы звучал сдавленно из-за множественных переломов, но девушка криво и довольно ухмылялась.

— Лучше заткнись, Ясминель, пока не добил! — угрожающе сверкнул глазами цвета охры парень, отвечая авантюристке в тон.

— Бу-бу-бу, какие мы серьезные! Ты же знаешь, что не сможешь. Мы росли вместе, в одной песочнице играли! — продолжала ухмыляться девчонка, как ни в чем не бывало.

— Ты же могла погибнуть!

— Но не погибла же! До свадьбы заживет!

— Ты не о свадьбе думай, а о том, как перед отцом оправдываться будешь!

— Аран, зачем? У меня же есть ты!

— Я тебя больше выгораживать не-бу-ду! Выкручивайся сама!

________

Вспышка...

Тьма резко выдернула когти из предплечья. Моя кровь текла по руке богини, алой рекой капая на пол. Неизвестно, от чего больше тошнило — от застилавшей разум боли, или от этого зрелища!

Не знаю, откуда я это знаю, но все переломы девушки срослись, а на память остался, только шрам-рассечение на бедре.

Но основная странность в том, что у меня есть точно такой же! Мама говорила, это последствия травмы, а я ударилась головой, поэтому не помню...

— Смерть прошедшая, ты просто переполнена силой! Откуда столько? — богиня пребывала в нирване.

— Ну, ты же наверняка что-то вспомнила! — быстро вернулась Тьма в нормальное состояние.

Вопросы богини я проигнорировала, согнувшись пополам от боли, и просипела единственную мысль в затуманенной голове:

— Что... Все это... Значит?!

Тьма хохотнула:

— Думаешь, я, вот так просто, раскрою все тайны жалкой смертной?

Богиня расхохоталась и растворилась в воздухе. А я... А меня просто разрывала на части злость и ненависть.

Подскочила к первому попавшемуся зеркалу и разбила одним ударом. На костяшках выступила кровь, но мне было плевать, я уже не чувствовала ни боли, ни страха, ни каких других эмоций. Только ненависть!

Богиня появлялась то на одной глади, то на другой. А я продолжала вручную все крушить. Казалось, уничтожив зеркала, я доберусь и до Тьмы.

С зеркалами было покончено. Не помогло. Эта тварь продолжала упиваться моим гневом, сводить с ума. Я слышала лишь злобу и хохот, хохот, хохот... Бесконечный полубезумный хохот!

Сила рекой вылилась наружу, превращаясь в огненный вихорь из стеклянных осколков. В эпицентре бедствия, крошечной сломанной фигуркой, сидела я.

Последним, что видела, перед тем, как сознание отключилось — были собственные окровавленные руки.

Глава 14. Заброшенные кварталы.

— Амина, очнись!

Чей-то голос (это ведь голос?) Звучал потусторонне, в ушах жужжало, а в виски ввинчивалась боль.

Жутко хотелось пить, есть и спать. Но интуиция подсказывала, что спать в таком состоянии нельзя. Поэтому, не без усилий, раскрыла веки.

Все расплывалось, по щекам бежали мокрые струйки. Я, что, плачу?

— Слава стихиям, жива! — сморщенная ладонь вытерла соленые дорожки.

Да? А по ощущениям — давно упокоили!

— Какого демона ты делала в комнате с зеркалами?! — рявкнули вдруг резко.

— Ниайас, не надо пугать девочку! — укорил скрипучий голос. — У нее стресс!

— У «девочки» не стресс, а отсутствие инстинкта самосохранения и чуйка на неприятности! Вот думаю, выпороть ее, что ли?

— Эй! Я, вообще-то, все слышу! — возмутилась «девочка».

— Немой обрел способность говорить. О чудо! — саркастически воскликнул директор. — Я повторяю вопрос: как ты оказалась в комнате с зеркалами?! Как вскрыла замок? Он антимагический!

Я стремительно вскочила и мир завертелся. Посидела, пока этот танец не прекратится. и заявила:

— Да я сама бы туда не явилась, даже под страхом смерти! Вот именно, что я не пришла. Меня привели! Как марионетку, дергали за ниточки против воли!

— А замок ваш я вскрыла обычной «неведимкой»!

— Как ты умудрилась сломать мой блок, выгорев почти дотла?!

Даже если бы хотела, не смогла бы рассказать. Усталость легла на плечи, придавливая к кровати. Заныли перебинтованные руки.

— Можешь идти, Алистер.

«Дамблдор» вышел, а мне вдруг стало душно — воздух в легких сгустился до вязкости. Мне нужен свежий воздух.

Я встала. В глазах плясали белые точки, держаться на ногах удавалось с трудом. Ниайас Эриар, бесшумно, последовал за мной.

Не знаю, как, но я добрела до балкона. В лицо дыхнуло терпкой осенью.

Той самой, сопливой, вечно кого-то оплакивающей, но такой прекрасной осенью...

Словно откликаясь на мои мысли, по карнизу забарабанил дождь, успокаивая.

Я заметила ледяной цветок, зажатый в перилах.

Вздрагивая каждый раз, как увижу эту розу на подушке, я надеялась, что скоро поклоннику это надоест. Ан-нет! Уже тринадцатая по счету!

И записка с одной и той же фразой, никакого креатива!

Я воровато оглянулась, и сцапала розу. Пока директор не видит, сожгла цветок и записку.

Чего ж ты хочешь, дорогой поклонничек? И почему обзываешь императрицей?

Когда мозги встали на место, я поняла, что кого-то не хватает.

Где мама с ее угрозами немедленно забрать в Москву и Кир с нотациями?

Похоже, все было написано на моем лице, потому что директор ответил на не заданный вопрос:

— Нессу я заставил уехать, а твой Сокол упорхнул из гнездышка, скоро должен вернутся.

— Он не мой! — пробурчала я неразборчиво.

Ниайас Эриар хмыкнул.

Я почувствовала внезапный прилив сил, координация вернулась.

Развязала повязки на изрезанных стеклом руках. Порезов не было! Была абсолютно чистая светлая кожа!

Также поступила с бинтом на предплечье. Следы когтей исчезли, осталась только метка. И больше ни царапинки!

— Что за чертовщина? Резерв полный! Ты должна была минимум неделю восстанавливаться, после такой растраты сил! Как?!

— Кто ты такая, Амина Девиер, демон забери? — вопрос был явно риторический. Директор начал ходить из угла в угол. Сокол тоже так делает, когда на нервяке.