Чтение онлайн

Кир присел на корточки, чтобы лица были на уровне, и предложил:

— А теперь, давайте все по порядку. И максимум правды!

Преподавательница заторможено отрицательно помотала головой и огрызнулась:

— Черта с два я тебе что-нибудь скажу! Ненавижу вашу семейку! Лучше сразу убей! Мне теперь терять нечего, долго все равно не протяну.

Женщина смотрела только на директора, с всепоглощающей злостью во взгляде, пока произносила эти слова.

Так шипит загнанная псами кошка, когда понимает, что выхода нет.

Я вдруг почуяла, что здесь есть кто-то еще. Кто-то чужой, незримый...

Глаза Ликерии вдруг закатились, истощенное тело конвульсивно забилось, женщина начала захлебываться собственной потемневшей кровью.

Директор мгновенно оказался рядом, подхватил преподавательницу под мышки со словами: «дура, у тебя же семья!» и перетащил на кресло.

В глазах Ниайаса появился вопрос: «почему?!» и женщина, с трудом, все еще кашляя кровью, ответила:

— Они... обещали не... трогать... детей... — снова кашель, и еле слышное: ... Он обещал... Сказал... если я... не сделаю этого... он призовет ее...

Тьму?! Да чтобы вызвать ее, нужна прорва силы и бесчисленное количество кровавых жертв! Еще не факт, что явится!

Об этом я и сказала Ликерии.

— Нет! Не произноси это имя! Она заберет моих девочек! — закричала преподавательница, и снова забилась в конвульсиях.

Глаза женщины остекленели, и она безвольно обвисла на кресле.

Ну, логично. Незаметная, тихая преподавательница вряд ли вызовет у кого-то подозрения. Идеальный кандидат в убийцы! Но слова Ликерии так и не прояснили ситуацию. Наоборот, они еще больше всех запутали!

Я снова почувствовала неладное, на этот раз совсем близко. Втянула воздух. Он пах враждебно. Ощущала опасность от этого морозного аромата, витавшего в комнате, не только я; Кир напрягся, как натянутая пружина. Он тоже прислушивался и ждал.

— Так! Я не поняла, а что случилось-то?! — вопросила Равена.

Ну, да. Как раз, когда все уже забыли о ее присутствии. Очень вовремя!

Все промолчали, а когда до рыжей дошло, девушка хлопнулась в обморок. Припозднилась, красавица!

Мои плечи мертвой хваткой сжали чьи-то руки. Человек во мне кричит: «борись!», а нечисть: «Беги! СПАСАЙСЯ!!».

Я стою — ни жива, ни мертва. Сердце бьется то где-то в районе горла, то ухает в пятки, то останавливается совсем. Я просто примерзла к месту, и даже губами шевельнуть не могу!

Вкрадчивый шепот пощекотал ухо:

— Ты не прошла проверку, Смерть прошедшая! — меня уже начинает бесить это прозвище! — Когда никого не будет рядом, я приду...

«... И убью!». — Напрашивался на язык конец фразы.

Меня моментально отпустило, скованности, как и не было.

Рядом промелькнула неясная тень. Фигура, замотанная в черный плащ остановилась у окна. Мужчина взглянул на меня через прорези в черной маске глазами цвета грозового неба, и взгляд этот был оценивающим. Создалось ощущение, что некто изучает товар перед покупкой.

Я непроизвольно вжала голову в плечи. Мужчина хмыкнул, взмахнул плащом, как какой-нибудь киношный злодей, и выпрыгнул в окно (магией пользоваться нельзя — найдут). Показушник...

Но я успела заметить одну важную деталь — татуировку-браслет на запястье; правда, часть рисунка была скрыта рукавом. Но уже что-то!

Сокол пошел «по горячим следам». Видимо, надеясь поймать гостя. Я, почему-то, знала, что у него это не получится. Не то, чтобы я сомневалась в Кире... Навряд ли поклонник так просто сдастся.

На полу у моих ног лежал ледяной цветок. Я подняла его и поцарапалась об острый шип. На пальце набухла капелька крови. Чертова роза... Ненавижу!

Я от души потопталась по цветку и выкинула жертву моей злости в открытое окно.

В голове стучали набатом слова поклонника: ты не прошла проверку, Смерть прошедшая!

Проверку? Что это означает? Я должна была сама убить Ликерию?!.. Да у меня мороз по коже от одной мысли об этом!

Да, и рука бы не поднялась. Магистресса, хоть и мегера, но у нее семья! Я один раз видела ее дочерей — симпатичные белокурые близняшки, а глаза темные-темные...

Одна на Кира косилась с такой надеждой...

Волной накатила невозможная слабость. Не подпирай я стену — точно упала бы. Нет, не в обморок. Просто сползла вниз. Не собираюсь я лежать без чувств, как какая-нибудь кисейная барышня. Кстати, о барышнях без чувств, а куда делась Равена?

Сбив меня с мысли, в комнату входит Кир, прихрамывая и держась за бок. Я его убью когда-нибудь!

Я похолодела. Заметив мою бледность, Сокол поспешил утешить:

— Я его не поймал... Нормально, жить буду! Так, задело слегка. На стражах все заживает, как на собаке!

Я, молча, встала. и вышла из зала.

Добрела до отведенной мне комнаты, мешком рухнув на кровать. Сжала кулаки, чтобы унять дрожь. но от этого стало колотить еще сильней.

Закрыла глаза; перед внутренним взором услужливо предстало то, о чем я успела забыть. Не до этого было:

Опустевшие кварталы Дайрессы; старый дом; я сижу на скользком зеркальном полу; метровый слой пыли разбивают крупные слезы, от стен эхом отражаются всхлипы.

В руках сжимаю книжицу в черном переплете. Дневник... Вчитываюсь в эти строки, страница за страницей перелистывая пожелтевшие листы и не веря своим глазам. А слезы продолжают литься градом...

Заслышав шаги, прячу находку в валяющийся рядом рюкзак.

Дальше все размыто; помню как прижалась к Киру сильно-сильно, чувствуя себя беззащитной маленькой девочкой, как еле заметным поцелуем коснулась губ парня, а Сокол осторожно вернул поцелуй.

Он был другим: нежным и аккуратным, горьковато-сладким...

Я облизала губы, вспоминая это ощущение.

А еще... До сих пор отказывалась верить в то, что написано в этом дневнике...

Я достала из шкафа потрепанный жизнью рюкзак цвета хаки. и вынула оттуда свою находку. Раскрыла на первой попавшейся страничке и, не вникая в текст, принялась читать выведенные до боли знакомым почерком строки.

Глаза выхватывали особенно болезненные слова:

Я забрал ее у него, и скоро сделаю самый важный в моей жизни шаг! В качестве подопытной выступит одна из моих дочерей. Думаю, Амина лучше всего подходит на эту роль. Марина слишком слаба, может не выдержать...

Подумать только, если эксперимент удастся, я стану величайшим алхимиком в истории Темной Империи!

А если нет — отправлюсь на эшафот, но чего не сделаешь ради науки?

Идет третий день эксперимента, он не торопится искать свою дочурку!