Чтение онлайн

— Вставай! — потянула за руку. — Тебе нужно поспать в своей палатке.

Никита не сопротивлялся. Встал на ноги, как миленький, но штормило его знатно. Пришлось подхватить за талию и медленно потащить за собой.

Пока шли, парень периодически открывал глаза и забавно озирался.

— Макс, где мы? Опять в лес меня притащил? Нафига? Оборачивайся у себя дома, пацан!!!

Я усмехнулась.

— Лучше под ноги смотри… — бросила я, но Никита меня не услышал. Пока шли, я расцарапала себе руки об хлёсткие ветви. Пару раз даже по лицу получила. Наверное, и Никита знатно накопил царапин, но уже через пять минут мы выбрались на территорию лагеря, и я облегчённо выдохнула.

Где же его палатка?

Да, я точно знала, как она выглядит. Ведь еще днем гипнотизировала взглядом, когда наблюдала за тем, как парень её устанавливает.

К счастью, Никита ночевал один.

Затащить его в палатку оказалось не так уж просто: высокий и крепкий — он просто отказывался складываться пополам, чтобы пролезть в невысокий проем. Пришлось наклоняться вместе с ним и пробираться вовнутрь на пару.

В палатке было темно, и я мгновенно споткнулась об край надувного матраца. С ойканьем полетела вниз, увлекая за собою парня.

Приземление было мягким, но Никита упал прямо на меня всем своим весом, выбивая из легких воздух. Его лицо оказалось около моей шеи, а волосы накрыли мне лицо.

Мы замерли, а я перестала дышать.

Незапланированная близость с любимым человеком заставила почувствовать удушливое волнение. Никита тоже дышал неспокойно, но всё равно некоторое время не шевелился и не собирался с меня слезать.

— Ты так круто пахнешь… — прошептал он вдруг, буквально утыкаясь носом мне в ухо. — Так и хочется куснуть…

Я едва не поперхнулась воздухом от ошеломления. В среде оборотней было типичным покусывать своего партнера во время занятий любовью. Так проявлялись эмоции звериной натуры. Это считалось наивысшим проявлением страсти и, естественно, не приносило никакого вреда. Своего рода засос у людей…

Но как Никита мог сказать это мне? МНЕ???

Парень ёрзал ещё какое-то время, касаясь носом моей кожи снова и снова, а потом рвано выдохнул и прошептал:

— Ты сводишь меня с ума! Иди ко мне, малышка!

И крепкие руки захватили меня в тиски…

Почему-то в первое же мгновение стало страшно. Никита был нечеловечески силён, ведь человеком не был. Из такой хватки не вырваться, даже если очень захотеть.

Я дернулась под ним, паникуя, но в тот же миг его горячие губы накрыли мои.

Сколько раз в своей жизни я мечтала о его поцелуе! Бесчисленное количество. Иногда эти поцелуи мне даже снились, но происходящее в реальности не было столь радужным, как мне бы хотелось.

Никита мертвецки пьян, он вообще не соображает, что творит, от него разит спиртным, и я не хочу, чтобы межу нами что-то случилось ТАК!

Однако поцелуй парня становился всё более нежным, дразнящим, вовлекая и искушая поддаться. Я предприняла робкую попытку ответить на этот поцелуй, и Никита весьма воодушевился. Его руки бесстыдно заскользили по моему телу, движения снова стали жадными, нетерпеливыми.

Боже! Во что я вляпалась???

Голова закружилась, тело начало реагировать, хоть и весьма робко. Всё-таки он нравился мне. Безумно нравился, и эти чувства заставляли меня таять…

— Сладкая моя… — зашептал он опять, оторвавшись от моих губ. — Самая желанная…

Я почти задохнулась от этих ласковых слов. Разум твердил, что он говорит это не мне, а кому-то в своём воображении. Может, думает сейчас, что лапает ту свою девушку из столицы. Но душа отчаянно хотела примерить эти слова на себя. Хотя бы на пару мгновений.

Примерила. Ощущения были потрясающие, хотелось задохнуться от восторга, но привкус горечи был слишком очевиден…

И снова поцелуи, которые хотелось бы продлить бесконечно, и отчаянные раздумья, идти ли на этот безумный шаг или нет?

— Слышь, Никита… — пьяный голос очередного собутыльника раздался рядом сразу же после того, как полог палатки оказался откинут. Беспощадный свет фонарика осветил наши сплетённые тела, и парень застыл на месте, тупо хлопая глазами.

Я отвернулась, отчаянно не желая быть узнанной, прикусила до боли губу, а Никита, очнувшись, обернулся к туповатому однокласснику.

Смотрел на него долго, трезвея, а я поняла, что прямо сейчас может случится катастрофа. Никита очнётся, узнает, кого завалил на матрац, позеленеет и с позором выгонит меня отсюда!!!

Запаниковала.

Пацан у входа наконец-то додумался выключить фонарик, а я, воспользовавшись моментом, ужом выскользнула из-под Никиты и весьма резво ломанулась к выходу. Оттолкнула незадачливого одноклассника и нырнула в темноту, помчавшись на окраину лагеря.

Почему не к своей палатке? Чтобы никто не проследил маршрут и не узнал моей личности.

Заскочив за палатку девчонок, замерла, хватая воздух открытым ртом, после чего начала осторожно пробираться дальше, стараясь максимально не шуметь. В итоге, я без проблем добралась к себе и наглухо застегнула вход.

Сердце колотилось, как сумасшедшее, на душе было однозначно паршиво.

Блин, я облажалась! Если тот парень меня узнал, мне конец!!!

А вдруг узнал Никита?

Хотя… может, будет лучше, если узнает? Ведь ему понравилось меня целовать! А если после этого он наконец-то посмотрит на меня, как на девушку, и переступит через свою холодность?

Эта глупая наивная надежда окрылила меня, как ребёнка. Я понимала, что так нельзя, прекрасно осознавала, что нет ничего более безумного, чем о чём-то мечтать после подобного происшествия, но я не смогла остановиться.