Чтение онлайн

Время до собеседования я скоротала в центральном парке на лавочке среди его ранних и ещё немного сонных посетителей: нескольких школьников, выгуливающих собак и шоринцев, четвероногих и очень дружелюбных лесостепных животных Вэйдвэста, чем-то напоминающих мохнатых ежей, компании студентов со странными приборами, из которых я узнала только телескоп, одиноких бегунов, косящихся на выгуливающихся животных, ведь если от шоринцев никакой опасности не исходило, то собака вполне могла проявить к ним интерес. Автомат синтезировал и выдал мне порцию черного чая и ароматную булочку, совершенно не отличимых от натуральных для большинства жителей, но не для меня. Зато сразу стало теплее и как-то легче, на голодный желудок в голову лезли сплошь тревожные мысли.

Без пятнадцати десять я поднялась на остановочную площадку второго внутригородского сектора и указала нужный мне маршрут. Секунд через двадцать я села в остановившийся флаер, который унес меня к представительству КФ.

Здание Космического Флота было выполнено в не выходящим из моды вот уже пару столетий стиле био-тек. Большинство сооружений в Новоактобе были устаревшими, и мой дом не исключение. Хай-тек уже давно сдал свои позиции перед биоурбанистикой, и практически весь Байконур был единым органическим целым, великолепным образцом симбиоза технологии и природы. Местное представительство копировало природную форму шишки, и серебристые чешуйки-ячейки сверкали на солнце россыпью стеклянных окон. Увенчивала эту биоморфную структуру всемирно известная эмблема космофлота с ракетой на фоне Солнечной системы. А на огромной площадке перед зданием возвышалась скульптура улыбающегося Юрия Гагарина с голубем в руках. Его добрая улыбка приободрила меня, и я вспомнила, зачем всё это делаю, потому что за последние дни страх перед неопределенностью затмил мою мечту, и я делала такие необходимые и множество раз продуманные шаги вперед не со светлыми надеждами и стремлениями, а с мрачной решимостью.

Дав себе минуту на любование фигурой, вдохновлявшей не одно поколение космонавтов, я всё же пересекла площадь и приложила палец к одной из входных панелей. Большинство людей просто прикладывали руку, и информация о посетителе считывалась с чипа, но эта система не работала для исследователей. Затем луч света просканировал сетчатку глаза, и после этого металлизированная пластина отъехала вверх, пропуская меня внутрь. Я вздохнула с облегчением. У меня было глупое опасение, что это всё какая-то шутка, нелепый розыгрыш или, даже если приглашение на собеседование - правда, кто-то забудет внести мои данные для пропуска. Но не забыли.

Просторный зал был полон всех представителей космических профессий. Черная форма обсуживающего и военного персонала космических баз и наземных космодромов, редкие темно-красные вкрапления мундиров командного состава, обычная, неформенная одежда научных работников... и мелькнувшие несколько раз синие костюмы исследователей. Я пыталась всматриваться в лица, запомнить кого-то, но поневоле взгляд фокусировался только на разных оттенках синего, а лица так и остались размытыми.

В центре холла располагались прозрачные трубки лифтов, внутри которых группы людей перемещались по разным траекториям в зависимости от нужного сектора. Я подошла к одной из таких трубок, ожидая его прибытия вниз. Затем вместе с несколькими черными фигурами взмыла вверх, до нужного мне тридцать восьмого этажа и двенадцатого структурного сектора. Некоторые немного удивленно косились на меня, форма школьника не позволяла принять меня за курсанта и этим объяснить моё пребывание здесь. В лифте не о чем не говорили, хотя люди явно были знакомы между собой, так как поздоровались общим приветствием "Скай!".

Выйдя из лифта и пройдя по коридору сектора до нужной мне двери, я остановилась. Сейчас всё решится. Сейчас мне дадут маленький шанс или отнимут всякую надежду. Надо взять себя в руки. Я пригладила растрепанные волосы, пожалев, что так и не нашла резинку. Подумала, что стоит отключить звук на планшете, но потом вспомнила, что я его уже вырубила совсем, чтобы родители не смогли мне помешать. Пальцы сжались в кулаки, короткие ногти впились в кожу на мгновение, но я заставила себя расслабиться и приложила палец к панели. Затем снова просканировалась сетчатка глаза. Дверь беззвучно взмыла вверх.

Я вошла в небольшой, явно нерабочий кабинет, который, по-видимому, располагался в одной из ячеек "шишки" и служил местом приема разных посетителей. Огромное панорамное окно, выходившие на солнечную в данный момент сторону, светлые стены с гигантской, во всю правую стену, эмблемой космофлота, и четыре диванчика в центре комнаты, а посредине квадратного пространства между ними - стеклянный стол. В углу, между немного выпуклым панорамным окном и стеной, располагался пищевой автомат, и именно возле него стоял тот, кто будет решать мою судьбу. Я видела лишь синюю спину и странного золотистого цвета волосы, в которых играли блики света.

Фигура обернулась, видимо, почувствовав мой взгляд, так как дверь не издала ни звука, когда пропустила меня внутрь, а я так и стояла на пороге. Исследователем оказался молодой парень, на вид ему было лет двадцать, а значит, скорее всего, он ещё был курсантом или выпускником. Парень держал в руке стаканчик с каким-то напитком и приветливо улыбался.

– Вы Мирра Савина, верно?
– спросил он, не двигаясь с места.

– Да, - проблеяла я, затем опомнилась и поздоровалась, - Добрый день!

– Добрый, добрый, - ещё раз улыбнулся курсант и спросил: - Будете что-нибудь? А то как-то неловко получается, я буду пить, а вы нет. И присаживайтесь, не стойте на пороге. В ногах правды нет, знаете такую поговорку?

– Да, конечно, - мне оставалось только смущенного улыбнуться и последовать на негнущихся ногах к одному из диванчиков. Я выбрала красный, ближе к выходу и напротив окна, - Я бы не отказалась от чая, ройбуша, стандартного размера с двойным сахаром.

– Хорошо, - вежливый парень снова улыбнулся и отвернулся к автомату, листая меню и регулируя порцию. Через пол минуты он уже приблизился ко мне со стаканом чая, поставил его на стол передо мой и сел не напротив, а на черный диван справа, боком к окну. Это не укрыло его от прямого солнечного света, но лучи не слепили глаза, а немного рассеивались в стекле, поэтому в жалюзи не было никакой необходимости. Зато свет превращал его волнистые, торчащие во все стороны волосы в некое подобие золотой короны, и это было невероятно красиво. Он поднял на меня свои глаза пронзительного чистого голубого оттенка и снова улыбнулся:

– Ну, давайте знакомиться. Как вы могли догадаться, я курсант-выпускник. Атон Стингрэй. Я находился здесь для оформления стажировки на корабле "РФ-1053", которая начнется осенью, а до этого я назначен тренером летнего лагеря при космофлоте. Вероятно, вы ожидали, что собеседование будет проводить преподаватель научного направления, а не пилот, - он виновато указал на свою нашивку, на которую я даже забыла посмотреть, завороженная искрами в его глазах, - но могу вас заверить, что моя квалификация вполне позволяет заниматься приемом в лагерь не только абитуриентов военного направления. Я единственный в Байконуре, кто может вас принять или отклонить вашу кандидатуру.

С этими словами он достал из нагрудного кармана сложенный планшет, развернул его до нормального состояния и стал листать страницы. Я молчала, переваривая сказанное им и осознавая, что он сначала озвучил мои сомнения, а потом развеял их. Действительно, пилот выпускного курса вполне может принимать в лагерь, даже военные исследователи обладают необходимыми знаниями в разных научных дисциплинах, иначе бы они не поступили на своё направление. Атон, которого так и хотелось назвать атомом из-за одинакового ударения на "а" в этих словах, выглядел внушающим доверие и излучающим спокойствие, и я почему-то не испытывала страха, хотя по идее стоило бы. Я сделала маленький глоток чая, чтобы случайно не закашляться, и выжидающе посмотрела на курсанта, хотя по сути он уже закончил обучение, осталась лишь годовая стажировка. По всей видимости, он искал данные моего выпускного сертификата и паспорта. Найдя нужное, Атон вновь посмотрел на меня:

– Я уже просматривал информацию о вас, мне её сразу перенаправили при получении, чтобы я принял решение о вашем зачислении или отклонении заявки. И я всё же решил с вами встретиться. Меня удивила ваша странная генная модификация и ваше желание быть при этом исследователем. Кем вы должны стать?

Я ожидала этого вопроса. Он не мог его не задать.

– Поваром.

– О, необычно, - он улыбнулся одними глазами и продолжил: - Я думал, может вы парфюмер? Как-то повар не пришел в голову, уж слишком редкая специализация, а теперь всё стало на свои места. И правда, усиленное обоняние, повышенная чувствительность вкусовых рецепторов плюс высокая точность движений... кем ещё вы могли быть?!