Чтение онлайн

Даа, вопрос с подвохом. Никто этого не знал. Некоторые предполагали, что конструкция или ядерное сердце космолетов для дальних перелетов слишком сложны и не позволяют, чтобы вся команда корабля выходила во внутреннюю сеть или, что ещё хуже, пыталась пересылать данные на такое гигантское расстояние. Высокий расход топлива, или радиация, или что-то в этом духе... Многие так думали. Возможно, так и оно и было. Но мне казалось иначе.

– Так как этого точно не известно обычным людям, я могу только строить догадки, - я всё же решилась озвучить свою версию.
– Так как такой запрет распространяется только на исследователей дальнего космоса, то он связан либо с характеристиками корабля, либо с чем-то другим.

Я искоса посмотрела на Атона, надеясь увидеть его реакцию. Он лишь выжидательно следил за мной, а потом кивнул, дескать, продолжай. И непонятно было, правильно я говорю или несу откровенную чушь.

– Я думаю, что с чем-то другим, - стала развивать свою мысль я.
– Возможно, причиной запрета послужил какой-то инцидент, неизвестный большей части общества, или же какие-то гипотезы, но мне кажется, что запрет связан как раз с возможностью встречи инопланетной разумной жизни. Ведь если они будут развиваться по схожему с нашим эволюционному сценарию и придут к постройке техногенного общества... или если они намного опережают нас в развитии, то любое электронное устройство, подсоединенное напрямую к мозгу человека и которое невозможно отключить неоперабельным способом, способно выдать информацию, которая может показаться им опасной, или неправильной, или аморальной, ведь история Земли такая длинная и люди всякого наделали, прежде чем прийти к миру... или же выдаст им самое страшное - технические чертежи оружия, кораблей или даже координаты Земли, что может оказаться катастрофой, если вдруг они настроены враждебно, а такую вероятность нельзя исключать. Я это понимаю. Конечно, если они развивают бионику, то тогда есть опасность, что они подключатся напрямую к мозгу, но это настолько сложно, мы сами в этом ещё не разобрались. Это скорее необходимый риск. А раз чипы можно исключить и не рисковать таким образом, тогда почему бы этого не сделать?

Я снова посмотрела прямо на него и обнаружила, что он совершенно открыто, не скрываясь, улыбается. Без насмешки. Я улыбнулась в ответ, осознавая, что моя собственная теория более правдива и что это испытание я прошла.

Он молча, одним махом допил свой кофе и поднялся с дивана. Затем протянул мне руку. Я поднялась и протянула свою в ответ. Его теплая ладонь коснулась моей, а сам он ободряюще улыбнулся и сказал:

– Возможно, из вас что-нибудь да получится. Вы приняты в лагерь.

Света

Мерное покачивание вагона поезда убаюкивало. Книга так и норовит выскользнуть из рук, а глаза то пытаются закрыться и отправить хозяйку в царство сна, то так и норовят сползти со страницы и хоть искоса посмотреть наружу, на сменяющие друг друга поля и леса. Когда я путешествовала на верхней полке, то очень любила лечь на живот, укрыться легкой простыней и смотреть на великолепие за грязным стеклом: зеленый травяной настил с красными и желтыми вкраплениями полевых цветов плавно переходил в молодую поросль стройных березок и сосен, а потом вступал в своё право густой и темный лес с высокими хвойными и раскидистыми, более свободными, листопадными деревьями. На такой скорости пейзаж напоминал акварельный рисунок, где не нужно было прорисовывать детали, чтобы передать всю красоту живой природы.

Но в этот раз, к моему неудовольствию и радости подруги, мне досталась нижняя полка. Что ж, сама виновата. Нужно было не передавать паспорт для покупки билета, а заняться этим делом самостоятельно. В своё оправдание могу лишь сказать, что выпускные экзамены и сдача диплома так меня замучили, что хотелось проваляться дома лишний денек и не вылезать под пасмурную летнюю погоду, которая установилась у нас в июле.

Из этого холодного города и неопределенности будущего хотелось сбежать, и мы с Сашей, освободившись от университета и получив долгожданные бумаги о признании нас специалистами с высшим образованием, решили отправиться в настоящее теплое украинское лето.

Мы обе понимали, что празднование выпускного и покупка красивых платьев обошлись нашим родителям недешево, поэтому отмели из летнего списка самый логичный вариант - Крымский полуостров. Это стремление уменьшить сумму трат семьи на нас неожиданно оказалось мне на руку, и я предложила поехать в маленький городок Геническ возле Арбатской стрелки на Азовском море. Оно хоть и было более грязным, чем Черное море, но зато и более теплым. А именно отсутствие тепла выгнало нас из своего города.

Мною двигало любопытство, из-за которого я чувствовала некоторую вину перед Сашей, ведь именно я настояла на этом скучной варианте, ведь, по сути, кроме ласкового моря и более низких цен Геническ ничем не мог привлечь туристов. А всё из-за того, что я не смогла успокоиться из-за Бойко Видинского и, совершенно отчаявшись, написала комментарий на форуме, где была опубликована его фантастическая повесть. Спустя месяц на просьбу рассказать побольше об этом писателе мне ответили, что его полное имя - Бойко Минчев Видинский, он был историком, родился в Болгарии, затем переехал на Украину, где долгое время жил в окрестностях Геническа или просто в Херсонской области. Эта тайна, несмотря на данное мной самой разумное объяснение, не давала покоя, и чем больше я читала тот его короткий рассказ и всматривалась в иллюстрации, тем сильнее мне хотелось хоть что-нибудь узнать об их авторе. Но его биографии нигде не было. Я понимала, что вряд ли смогу что-то выяснить в самом Геническе, так как не имела ни малейшего понятия, как детективы ищут людей, но одна идея у меня всё же была - посмотреть в местной библиотеке подшивки газет. Ещё я слышала, что можно искать что-либо в архивах, но я не была уверена, что меня, гражданина другой страны, туда пустят.

И вот я уже еду в Геническ. Саша не знает о задуманном мной расследовании и вряд ли бы одобрила, если бы я ей рассказала. Она очень умная, настоящий реалист и не верит в сказки, и этот странное совпадение назвала бы чистой случайностью.

Я закрыла глаза и отложила книгу, не в силах читать, когда мысли не дают покоя. Зачем мне это? При просмотре фильмов ужасов, когда герой приближается к темной и страшной пещере, я всегда отворачивалась в сторону, боясь того, что случится, и не понимая, что заставляет этих глупых людей идти навстречу опасности. Обо всём, что вызывало моё любопытство, я могла прочитать в интернете или даже посмотреть документальный и художественный фильм. В наше время так мало осталось неизведанного - практически все уголки Земли исследованы, теперь можно лишь доказывать существование бозона Хиггса, дополнять Стандартную модель или заниматься прочими малопонятными занятиями, которые никак не меняют жизнь обычных людей вроде меня.

Но эта маленькая странность никак не вписывалась в мою жизнь и заставляла думать и думать о ней, не переставая. Будущее и поиск работы пугали, хотелось привнести в это хлипкое и изменчивое положение вещей хоть какую-нибудь стабильность, и я была уверена, что разгадка этого совпадения поможет мне тверже стоять на ногах и меньше сомневаться в себе.

– Может, чаю попьем?
– голос Саши с соседнего места в плацкарте заставил меня вернуться в реальность.

Пить чай в душном вагоне - не самая лучшая идея, но плюс горячего чая в том, что он когда-нибудь остынет и уж всяко на вкус будет приятнее теплой минералки.

Я завязала растрепавшиеся волосы в хвост, радуясь, что все попутчики - совершенно незнакомые мне люди. Ближе в вечеру волосы станут слипшимися и грязными, и это зрелище не для слабонервных. Влажная салфетка принесла лицу хоть небольшую порцию свежести, но от макияжа не осталось и следа. В принципе, в поезде девушка без макияжа вполне равнялась девушке с ним, поскольку тушь от душности имела свойство растекаться, а пудра не спасала от появления жирного блеска на лице.

Пока Саша заваривала нам освежающий зеленый чай с мятой, я разворачивала упаковку с печеньем. По красноречивому взгляду подруги я поняла, что нужно приготовить покушать что-то более серьезное, и стала нарезать хлеб, колбасу и огурцы. В поездах постоянно сильнее хочется есть, как будто срочно нужны калории на преодоление расстояния в тысячу километров, правда, как-то забывалось, что движется-то поезд, а ты сам сидишь на месте.

Громко и со скрипом хлопнула дверь тамбура, заранее предупреждая, что ночью не даст нам спать. Послышались мужские голоса, слишком веселые и радостные для такой духоты. Ночью им должно стать ещё веселее после употребления горячительных напитков, и тогда спать станет ещё невозможнее. А я-то обрадовалась, что в нашем вагоне нет детей.

Топот приближался и неожиданно прекратился у нашего отделения плацкарта. Ну вот, начинается. Парням захотелось познакомиться с девушками и побалагурить. Мы это уже проходили. Я не обращаю внимания на застывшие фигуры и сосредоточенно режу огурец, не провоцируя их взглядом на начало разговора. Такие личности всегда вызывают лишь раздражение и стремление смыться со своего же законного места.