Не молчи...
Шрифт:
— Как ты себя чувствуешь?
— Все хорошо. Лекарства помогают. Не знаю, что случилось. Я шла на кухню и почувствовала головокружение. Оперлась о столешницу и потом проснулась здесь.
Я вздрагиваю от этих слов и наклоняюсь, чтобы поцеловать ее в щеку.
— Мне жаль, что ты была одна. Я бы никогда не позволил…
— Нет. Ты не должен винить себя. У тебя своя жизнь, и ты не должен постоянно присматривать за мной. Перестань. Все хорошо.
— Нет, не хорошо. Ты в больнице сейчас, и ты была одна.
Мой голос надламывается. Бабушка только собирается возразить, как кто-то входит в палату.
— Добрый вечер. Миссис Родригез, я доктор Нгуйен, а это доктор Прескотт. Мы бы хотели поговорить о том, почему вы здесь оказались.
Я нежно сжимаю ее руку. Бабушка смотрит сначала на меня, потом на докторов.
— Хорошо.
Они повторяют все, что прежде рассказал доктор Бишоп, не упуская ни одной детали. Меня начинает подташнивать, но бабушка выслушивает новости очень стойко. Она даже не моргает, когда ей говорят, что у нее четвертая стадия рака, и что опухоль на поджелудочной железе неоперабельная. Бабуля уже знала об этом? Она бы сказала мне, не так ли?
Когда доктор заканчивает говорить и интересуется, есть ли у нее вопросы, она смотрит на меня и улыбается.
— Когда я смогу вернуться домой? Я не хочу оставаться здесь. Хочу насладиться временем, которое мне осталось.
— Мы бы хотели подержать вас еще несколько дней. После этого, мы пригласим специалиста, который расскажет вам о домашнем лечении, — отвечает доктор Нгуйен.
Бабушка кивает. Я встаю и пожимаю им руки, а затем они уходят.
— До этого ты уже чувствовала себя плохо, да? — спрашиваю я.
Она смотрит в окно и вздыхает.
— У меня несколько раз были спазмы в животе. Ничего страшного. Я не хотела тебя беспокоить.
Черт!
— Я перееду обратно к тебе на некоторое время, — говорю я сердито, и бабуля тревожно смотрит на меня.
— Вот поэтому я и не хотела тебе ничего рассказывать. Я же говорила, что не хочу мешать тебе жить, — возражает она.
— Перестань! Занятия почти закончились, и мне все равно придется съезжать из дома братства. Ты не должна оставаться одна.
— Хорошо, милый, делай как знаешь. — Бабуля сжимает мою руку.
— Мы обеспечим тебе самый лучший уход. Хорошо? Все будет хорошо.
— Хорошо.
Она откидывается на подушки и решительно вздыхает. Через несколько минут бабуля поднимает голову и смотрит на меня.
— Ты все еще встречаешься с той девочкой, о которой мне рассказывал?
Я смеюсь.
— Ты серьезно?
— Эй, у меня не так много времени. Хочу убедиться, что ты счастлив и встречаешься с хорошей девушкой. Когда я смогу с ней познакомиться?
Я улыбаюсь и качаю головой, притворяясь, будто то, что она говорит, не разбивает мое сердце.
— Она скоро вернется. Я отправил ее домой отдохнуть.
— Ты тоже должен поехать. Выглядишь так, будто давно не спал. У тебя занятия, и ты должен их закончить. Иди. Я в порядке.
— Хорошо. Не переживай. Давай я принесу тебе что-нибудь перекусить, а потом поеду.
Глава 13
Я просто истощена. Захожу в квартиру и направляюсь прямиком в душ. Смыв с себя больничный запах, надеваю свою любимую пижаму и залезаю под одеяло. Устанавливаю будильник на телефоне и кладу его на тумбочку.
Просыпаюсь от того, что мне становится слишком жарко. Открываю глаза и чувствую запах Бена, окутывающий меня. Глянув вниз, вижу, что Бен крепко обнимает меня рукой за талию. На шее ощущаю его ровное дыхание. Повернувшись к нему лицом, запускаю пальцы в его темные волосы, и он издает тихий стон.
— Как ты добрался обратно? — шепчу я ему.
— Вызвал такси. Бабушка выгнала меня. Сказала, что я плохо выгляжу и мне следует пойти домой, чтобы отдохнуть. Я не хотел тебя будить.
Его глаза по-прежнему закрыты. Я придвигаюсь и целую его.
— Должно быть, я очень устала, раз не слышала, как ты пришел и принимал душ.
— М-м-м… Ты так сладко спала. Я постарался не напугать тебя, когда забрался в кровать.
— Не напугал. Когда тебе нужно вернуться в больницу?
— Я сказал бабуле, что мы принесем ей ужин. Ей практически ничего нельзя. Я подумал, может, взять ей суп или что-то вроде этого?
Я удивленно приподнимаю бровь. Он сказал «мы»? Бен открывает глаза.
— Она хочет с тобой познакомиться. Пойдешь со мной?
— Конечно, — говорю я, нервно кивая.
Он целует меня в лоб и закрывает глаза.
— А теперь помолчи, я устал.
Я шлепаю его по груди, Бен смеется и притягивает меня ближе к себе.
Звук будильника будит нас обоих. Мы подскакиваем в кровати, и я замечаю, что на улице стемнело. Бен трет глаза, пытаясь проснуться.
— Сколько сейчас времени?
Я хватаю свой телефон с тумбочки и вижу несколько пропущенных звонков и непрочитанных сообщений от моих родных.
— Уже шесть часов.
— Вот черт, нам надо поторапливаться.
Сползая с кровати, я зеваю и провожу рукой по своим спутанным волосам. У меня нет времени обдумывать в чем пойти, и я надеваю первые попавшиеся джинсы и футболку. Быстро обуваю балетки и собираю волосы в хвост.
Немного припудриваю лицо, крашу ресницы тушью и уже в машине наношу блеск на губы. Надеюсь, его бабушка ценит естественную красоту, потому что я приду знакомиться почти без макияжа. Мы останавливаемся и покупаем ей суп и бургеры себе. Когда въезжаем на стоянку больницы, мои ноги начинают дрожать. Я смотрю в окно, нервно заламывая руки, пока Бен паркуется на свободном месте. Он кладет свою руку поверх моей руки, обращая на себя мое внимание.
— Эй, посмотри на меня. Не переживай. Ты ей понравишься. — Он наклоняется и быстро целует меня. — Пойдем.
Бен берет меня за руку и ведет в больницу. Мы останавливаемся у стойки для того, чтобы получить пропуск, а затем поднимаемся в палату. Как только поворачиваем за угол, он резко останавливается, и я врезаюсь в него.
— Мама? Что ты здесь делаешь?
Он только что сказал «мама»? Не так я мечтала встретиться с его семьей.
— Твой дядя Амос позвонил мне. Он подумал, что ты взвалишь все на себя. Он сказал, что ты мне ничего не скажешь, и оказался прав.