Чтение онлайн

Из вороха тряпья, в котором практически утопало его хлипкое тельце, Дорх вытащил свиток с королевскими вензелями — я сразу узнала послание отца.

— "В ответ на требования, предоставленные правителем орков — могу заверить, что моя дочь, принцесса Каталина, погибла по пути в монастырь, куда направлялась замаливать свои грехи. Поэтому, прошу впредь не беспокоить меня подобными посланиями. Самозванку, присвоившую себе имя моей покойной дочери, прошу справедливо наказать за клевету" — стоило Дорху зачитать эти невыносимые строки, как у меня ослабли колени.

В услышанное верить не хотелось. Конечно, отец никогда не был примерным, добрым родителем. Но не настолько же…

— Итак, — Гро-домин приподнялся, сверля меня самонадеянным взглядом, — ты отныне не принадлежишь к роду Харальда, не можешь называться принцессой и пользоваться королевскими привилегиями.

— Что? — онемевшие губы едва двигались, а взгляд скользил по орочьим лицам, пытаясь зацепиться хоть за что-то.

— Дорогие домины, — я и не заметила, как правитель оказался столь близко, его широкая ладонь больно сжала мое плечо, — на наших землях с этого момента находится девица, не принадлежащая ни одному из домов. Также, она не имеет права независимости. Есть ли желающий воспользоваться правом Рааха?

По залу пошел рокот. Я же будто наблюдала за всем со стороны, навалилась апатия и отупение. Я просто не понимала, что происходит и за что отец так поступил.

— Это не правда, — едва слышно прошептала, но по глазам Гро-домина поняла, что он слышал. — Я принцесса Каталина, Луноликая дева, дочь Харальда.

— Увы, уже нет, — протянул орк и уже громче обратился к остальным, — ну же? Неужели никто не желает человеческой экзотики?

— А какой от нее прок? Такая мелкая даже ночи не выдержит. Про рождение ребенка и вовсе молчу, — выкрикнул какой-то орк из толпы.

После этих слов до меня резко дошло, что задумал Гро-домин и я отчаянно забилась в его руках.

— Нет! Я принцесса! Вы, дикие варвары, не посмеете…

— Посмеем, — Гро-домин встряхнул меня так, что перед глазами все поплыло, — ты больше не принцесса. Безродная девка.

— Гро-домин, — вперед, слегка склонив голову, вышел тот самый орк, что ставил под сомнение мою способность к деторождению, — по праву голоса совета доминов, мы просим провести обряд Рогана. Если она выживет, то я готов забрать ее в свой гарем.

Правитель расплылся в предвкушающей жуткой улыбке.

— Нет причин отказать доминам. Дорх, вели внести алтарь, — Гро-домин практически швырнул меня в руки Лирсы.

Женщина тут же обняла меня, помогая удержаться на ногах.

— Лирсааа, — слова вырывались с придыханием, я до последнего пыталась сохранить лицо и не заплакать, — что… что происходит? Я.… ведь я принцесса…

— Тише, дитя — ее лицо оставалось столь же каменным, как и в тот момент, когда она ворвалась в мои покои, — никто не захотел взять тебя в свой дом. Они требуют… они хотят попробовать тебя…

— Что? — ужас затопил меня, перехватил дыхание.

— Соберись, Луноликая, — она поправила выбившиеся прядки волос, которые почти закрывали мое лицо. — Постарайся понравиться кому-нибудь другому. Домин Риндаах очень жесток со своими наложницами.

Стоило обернуться к оркам, как вся моя броня слетела — с надрывным хрипом я заревела как самая настоящая деревенская девка. Дрожь сотрясала все тело, слезы неиссякаемым поток струились по лицу. Так страшно мне не было даже когда я сбегала на несостоявшееся свидание через балкон своих королевских покоев.

И хоть перед глазами все плыло от слез и ужаса, я пыталась найти среди десятка оскаленных орков лицо Дагона. Чертов лжец! Он обещал, что меня не обидят! Говорил, что здесь я в безопасности! Лжец и ублюдок!

Дагона здесь не было.

Когда в зал внесли серый, потрескавшийся камень, гордо прозванный Гро-домином алтарем, я тряпичной куклой сидела около ног Лирсы, покачивалась из стороны в сторону и тихонько поскуливала.

— Хватит этих страданий, — с этими словами правитель поднял меня за шкирку и потащил к алтарю, — домин Риндаах, как потребовавший этого обряда, ты будешь первым.

Я уже не видела злорадства орков, не слышала их смешков. Зато сразу узнала хриплый, рычащий голос, который прозвучал как самая прекрасная музыка для моих ушей.

— Я желаю забрать эту девицу в свой дом по праву Рааха.

Дагон, угрюмый и весь перемазанный в грязи, прошел сквозь собратьев подобно дикому волку — собранный и напряженный, словно в любой момент готов выхватить из ножен меч и сражаться.

Когда между нами оставалось пара шагов, вперед выступил тот самый Риндаах.

— Поздно, домин Грах. Обряд Рогана начат.

Дагон кинул на ублюдка мимолетный взгляд и с мрачный улыбкой повернулся к Гро-домину, приподняв бровь.

— Действительно, — спокойно изрек правитель. — Совет доминов просил обряд Рогана, и я дал на это разрешение. Забирать ее по праву Рааха никто не пожелал. Ты опоздал. Конечно, ты можешь принять участие в обряде Рогана…

— Совет доминов может просить обряд лишь находясь в полном составе, — возразил мой орк. — Увы, правитель, вы отправили меня на границу и забыли известить о столь важном событии.

— Я посчитал лишним отвлекать тебя из-за такой глупости.

— И все же, — настаивал Дагон, — я являюсь домином дома Грах. Без моего участия совет не может считаться полным.

Гро-домин нахмурился, поджав и без того тонкие губы. Среди остальных орков прошелся гул недовольства — кажется, Дагон задел весьма неприятную тему, ведь на сей раз часть орков поддерживала его.

— Действительно, — кажется, эти слова правителю дались с трудом, — можешь забирать ее по праву Рааха.

— Гро-домин, — Риндаах стал пунцовым от ярости, слова вылетали с рыком, — обряд начат! Домин Грах не обладает полномочиями для отмены решения правителя!

— Если желаешь оспорить мое право Рааха, — Дагон красноречиво потянулся к рукояти меча.

— Довольно! — Гро-домин уже начал раздражаться, но следующие слова буквально сочились ядом, — Домин Грах, забирай свою принцессу и можем считать, что на сегодня совет окончен.

Дагон сгреб меня с алтаря, перекинул через плечо и решительным шагом устремился во двор.

Там уже ждал оседланный сциталиус.

— Кете, — орк поставил меня на землю и, обхватив ладонями лицо, заглянув в глаза, — все хорошо?