Не моя
Шрифт:
Заметив вопросительное выражение на лице Леры и резко ставший укоризненным взгляд, понимаю, что мне был задан вопрос, который я благополучно, ровно как и все остальное, прослушал.
— Ты вообще слушал, что я говорила?
— Я понял суть еще с первых предложений, — ухожу я от ответа, но лицо Леры все же искажается и она с нескрываемым негодованием смотрит на меня.
— Игорь, какого…
— Ты согласилась? — прерываю я ее, и Лера вмиг застывает, открывая и тут же закрывая рот.
— Я говорила о другом.
— А я об этом, — слегка пожимаю плечами и с нескрываемым интересом наблюдаю за ней.
— Может закончим предыдущую тему?
— Может ответишь на мой вопрос? Или это трудно? — последние слова сами срываются с языка, и я с видимым непониманием смотрю на мнущуюся передо мной шатенку.
Лера молчит несколько секунд, а затем задиристо вскидывает подбородок, и неестественно тихо произносит.
— Я согласилась.
Из горла вырывается смешок, слова которые, казалось бы, должны были меня убить или окончательно растоптать оказываются ничего невыражающей, бездушной пустышкой, что не в силах даже оцарапать плоть. Произнеси их Лера хоть немного эмоциональнее, или будь на ее лице хоть тень тех же чувств, что были у Кира, в тот вечер, когда он рассказал мне о предложении, пуля попала бы в цель. А так-то патрон, оказывается, холостой.
— Тебе смешно?
— Не-а, — все еще прибывая в состоянии легкого шока, отвечаю я и все же задаю терзающий меня вопрос: — почему ты не рада?
— Я рада, даже очень, но меня волнует, что мой…
— Ты не рада, — твердо произношу я, упрямо смотря Лере прямо в глаза, чем, по-видимому, окончательно выбиваю ее из равновесия. Она судорожно вдыхает воздух и в ее глазах мелькает испуг. — Тогда почему ты согласилась?
— Я рада, — дрожащим голосом отвечает Лера, — но я не могу отделаться от мысли, что в чем-то виновата перед тобой и я не понимаю причины, ты не хочешь мне ничего объяснить, не хочешь говорить со мной, видеться, или хотя бы слышать меня, — ее голос окончательно срывается, и я непроизвольно стискиваю зубы, пряча до предела сжатые кулаки в карманах брюк. — Меня пугает мысль, что все это может сказаться на ваших отношениях с Кирей, ведь вы столько лет вместе и я… я просто не знаю, как правильно поступить.
Я отрицательно качаю головой, слыша явно приближающуюся истерику.
— Ты ни в чем не виновата передо мной, и на наших с Киром отношениях это никак не скажется.
Вранье, разумеется скажется, особенно, если он узнает правду, а ведь были времена, когда я думала, что наша дружба выше этого, что ни одна девушка не встанет между нами, и вот теперь та самая девушка стоит передо мной, на следующий же день после сделанного ей предложения моим лучшим другом и с отрешенным видом сообщает, что приняла его. Я задумчиво обвожу взглядом комнату и глаза сами цепляются за недавно подписанный документ о передаче клуба. Мой отъезд, свадьба Кира и очевидное нежелание Леры выходить за него, вкупе с отчаянными попытками достучаться до меня. Все эти мысли роятся в голове, пока разум не выносит окончательный приговор.
«Она его не любит»
Как бы ни было смешно, к подобному повороту я оказываюсь не готов. Я поднимаю глаза на Леру и на секунду мы сталкиваемся взглядами. Мне вполне хватает этого времени, чтобы окончательно убедиться в собственной правоте.
Я вижу как Лера пытается сдержать рвущиеся наружу слезы, как слегка припух кончик носа и покраснели веки, и как она с видимым интересом рассматривает какую-то безделушку в противоположном конце моего стола.
Мои нервы натянуты до предела, мне тяжело видеть ее в таком состоянии и еще тяжелее понимать — что делать, в этой, теперь еще более запутанной ситуации.
Лера шумно вздыхает и поворачивается ко мне. Пара слезинок все же скатывается по ее щекам и она нервным движением смахивает их, будто стыдясь собственной слабости. В этот момент я срываюсь и рывком прижимаю ее к себе, слыша, как удивленный возглас вырывается из груди и чувствуя, как Лера, дрожащим движением сминает ткань пиджака на моей спине. Из последних сил она пытается держаться, но предательские всхлипы нарастают. Я мягко кладу ладонь на ее голову, ласково поглаживая, и прижимаюсь щекой к макушке, с наслаждением вдыхая столь любимый аромат.
— Тшш, я рядом.
Лера начинает плакать сильнее, с силой вцепляясь мне в спину и еле слышно шепчет:
— Всегда будешь?
Я не в состоянии ответить на заданный вопрос и лишь прижимаю ее еще ближе к себе. Мы так и стоим обнявшись, не в силах отцепиться друг от друга и напрочь забывая о времени. Лера постепенно успокаивается, хватка на моей спине ослабевает, и малышка немного приподнимает голову, утыкаясь мне в ключицу, глубоко вдыхая. На какое-то мгновение Лера замирает в моих руках, а затем отстраняется и стеклянным взглядом смотрит на меня. Я непонимающе хмурюсь, но сознание услужливо подкидывает возможную причину ее шока. Не успеваю я ничего сказать, как раздается стук в дверь и на пороге показывается Антон.
— Простите, что помешал, но требуется твое вмешательство.
Я коротко киваю и окончательно выпускаю Леру из объятий и она, с тихими, сбивчивыми извинениями, срывается с места и молниеносно проносится мимо Антона, покидая кабинет.
Глава 22
Раннее утро и где-то уже начинает брезжить рассвет, подсвечивая небо. Мне бы по-хорошему поехать домой и проспаться, но вместо этого я на всех парах, наплевав на всевозможные правила дорожного движения, мчусь к той, чье внезапное появление спутало мне все карты. Хотя чего греха таить, все смешалось еще в тот момент, когда я увидел ее полностью отдававшуюся танцу в моем клубе. Замер тогда, как семнадцатилетний мальчишка, едва ли не слюни пускающий, и хватило же еще мозгов с Киром познакомить.
— Идиот, — гневный шепот срывается с губ и я сильнее вдавливаю педаль газа.
Надо было завалить ее подарками на следующий же день и сыпать комплементами не переставая, а не задирать и дурачиться. Зато Кир быстро сообразил, что к чему.
В памяти незамедлительно всплывает его восхищенный, буквально искрящийся слепым обожанием взгляд, стоило другу только увидеть Леру.
— Идиот, просто конченный долбаеб.
Я с силой ударяю по рулю и тут же криво улыбаюсь пришедшей в голову мысли, что даже щенячий взгляд Кира не помог ему до конца привязать Леру к себе, а значит еще не поздно, еще есть шанс, и плевать, что будет потом. Лера сама запустила реакцию, ей не надо было приходить ко мне, говорить, как я ей дорог и с отсутствующим видом сообщать о своем согласии выйти за Кира.
Незачем было снова давать мне надежду, рассекать грудную клетку своими отчаянными мольбами и залезать вовнутрь, не давая вздохнуть. Я бы спокойно уехал, зализывая раны и сославшись на чрезмерно важные дела, потихоньку исчез бы из их жизни, но я никак не должен был видеть полное отсутствие счастья на ее лице, не должен был целовать ее тогда и прижимать к себе этим вечером. Теперь Лера знает, или во всяком случае догадывается, что на самом деле произошло той ночью. Ее остекленелый взгляд и поспешный уход сказали все за нее.
Тогда какая нахрен разница сейчас. Она же хотела правды, и теперь сполна ее получит.
Поворот, еще один, угол дома и наконец-то нужный подъезд. Я достаю мобильник и нетрезвым взглядом ищу номер. Пожалуй, с алкоголем я все же переборщил, однако в противном случае меня бы тут не было.
«Трус» — раздается в голове, и я болезненно морщусь, в полной мере осознавая, что даже по прошествии стольких лет не могу признаться любимой девушке в чувствах и тем более, сознаться в собственном предательстве другу. А Кир узнает, я сам ему скажу. Хоть в этом буду до конца честен. Набрав Леру и прождав несколько гудков, слышу ее вполне бодрый, но все же усталый голос.