Чтение онлайн

– Ты рехнулась? Какой развод, Свиридова? – произнес со злостью, сжимая ее руку достаточно ощутимо.

Настя дернула рукой, вырывая ее из его хватки, и шагнула назад. В глазах человека, которого она когда-то любила, полыхал яростный огонь. Темный такой, сумасшедший. И как будто неконтролируемый.

– Обычный развод. Люди расстаются, когда от их прежних отношений остаются одни воспоминания, а нынешние приносят только боль.

– Боль? – громко рявкнул тот, кто еще недавно пылинки готов был сдувать, а потом отвернулся, глубоко вдохнув и руки в волосы запустив. Через несколько секунд обернулся и схватил Настю за плечи. – Любимая, давай ты успокоишься, и мы все обсудим дома, хорошо? Я не согласен на развод, слышишь? – к себе дернул и к груди прижал, внутри которой сердце билось. Насте когда-то казалось, что оно ей принадлежит, сердце его черствое. Глаза зажгло от обиды и непонимания. Ее супруг бывает таким разным. Холодным, отстраненным, а когда дело доходит до ссор – меняется, преображаясь и становясь эталоном идеального мужа. Проблема в том, что спустя время все возвращается на круги своя до следующей ссоры. И снова эти повторяющиеся замкнутые круги.

– Может не развод, но хотя бы пожить раздельно. Нам нужно понять, нужны ли мы еще друг другу.

– Конечно, нужны, дурочка моя!

– Пусти меня, – вымученно прошептала одними губами, уже устав от таких гнетущих мыслей, одновременно высвобождаясь из его рук. – Мы еще все обсудим. Только я не думаю, что это поможет. Того, что связывало нас вначале брака уже нет.

На следующий день Виктор принес Насте дорогое элегантное алое платье в пол для концерта, с неглубоким, но выгодно подчеркивающим полную грудь, декольте. Платье идеально подошло по размеру и село на точеную фигуру, как влитое. Девушка все же согласилась пойти на концерт. Подводить мужа и демонстративно не прийти, вызвав у его коллег обсуждения за спиной, она бы не посмела, хоть обида все еще грызла изнутри. Настя сама наложила макияж. Этот навык достался ей от матери, которая всегда выглядела совершенно, не прибегая к услугам специалистов. Она и Настю успела в свое время научить правильно краситься. Ярко выделенные глаза, покрытые темно – серыми тенями и высветленные во внутренних уголках глаз добавляли образу девушки сексуальности, которой у нее и так было хоть отбавляй. Прозрачный блеск для губ подчеркивал их чувственность. Черные туфли на высоком каблуке, которых почти не было видно под подолом платья, но в то же время возвышающих Настю на целых пятнадцать сантиметров, ставили девушку вровень с моделями. Виктор не мог насмотреться на это произведение искусства, созданное природой и великодушно подаренное ему ею. Любил он красивых женщин. А точнее питал к ним слабость. Настю в свое время заметил именно поэтому. Не сказать, что влюбился сразу, просто всегда хотелось видеть рядом именно такую женщину. Яркую. Выразительную. Дорогую. И сейчас Виктор испытывал болезненное возбуждение, наблюдая, как его супруга выстукивает каблуками по роскошному холлу отеля, в котором они остановились. Если бы не её вчерашний выбрык, мужчина бы еще полчаса назад завалил бы жену на кровать и трахнул, широко разведя стройные ноги и удерживая за каблуки, чтобы выбить из нее всю спесь. Но сейчас никак нельзя. Не то у нее настроение. Надо быть осторожным, обходительным, что Свиридов больше всего не любил. Но глупые мысли о разводе нужно выветрить из пустой головки его благоверной, чтобы те не приняли угрожающий характер и не встали на путь воплощения в реальность.

Красная дорожка открылась в самый разгар дня, когда солнце еще даже не клонилось к горизонту. Сегодня был первый вечер фестиваля, который открывали популярные звезды эстрады. Сам фестиваль разбивался на четыре дня, но выступление Багирова было запланировано именно на сегодня. Стас с утра прогнал номера на сцене вместе с балетом, проверили звук, свет. А сейчас сидел в машине, перед автомобилем Свиридовых, и думал только о том, что ведет себя, как последний идиот. И чувствует себя так же. Обернулся и бросил мрачный взгляд на машину, стоявшую позади. Внутри мерседеса Настя с мужем своим. Он их еще не видел. Из отеля вышел и в авто сразу забрался. Со вчерашнего вечера его душило ощущение третьего лишнего. Парень долго думал над тем, что вчера увидел. Свечи, шампанское, розы – картина идеального вечера для любящей пары. Смущал только взгляд Насти, который она на него обратила, когда услышала, что он следом вошел. Наполненный сожалением, смущением и волнением. Видать, за него переживала, чтобы не обидеть маленького мальчика, который ходит за ней по пятам. О чувствах его заботилась. Заботливая, мать её. Парня раздирали противоречивые чувства. Столько вопросов хотел ей задать, но сегодня четко решил – хватит. На кой хрен он вообще занимается мазохизмом, выворачивая себя наизнанку? Настя слишком сильно верит в институт брака, чтобы позволить себе хотя бы малейший шаг в сторону. Нет, Стас не оправдывал измен. Более того, сам не терпел их. Людей, которые не могут удержать себя в штанах, идя на поводу у похоти, вообще стер бы с лица земли, потому что те не ценят то, что имеют. И никогда не будут ценить. Играют на чувствах любящих половин и используют по собственной нужде. Но Настя это другое. Багирову передавались ее чувства и эмоции, будто они находились на одном ментальном уровне. Язык тела не обманывает. И, зная Настю, она не просто хотела его. Судя по тому, как боролась с собой, это было нечто большее. То, что душит самого Стаса, с каждым днем все меньше оставляло воздуха на существование. Он понимал ее, но и себя унижать больше не хотел. Хватит с него. Он если захочет, окажется между ног любой девушки. Стоит только пальцами щёлкнуть, и половина прекрасного пола Варны уже через минуту сами прибегут в его номер с отчаянным желанием подарить себя любимому идолу. Нет, это не самолюбование. Фанатки, они такие и есть. Пойдут на край света за тем, кого возводят в ранг Бога и кому поклоняются днем и ночью. А со Стаса хватит. У него мозги уже дымятся от постоянных навязчивых мыслей, грудная клетка болит от частоты сердечных сокращений каждый раз, когда он видит Свиридовых вместе. «Нас бьют – мы делаем». Это не про него. Хватит истязаний. Настя сама для себя не решила чего хочет, но и за поводок не держит. Стас сам себя на привязь к ней посадил. Ей делать ничего не нужно, а он уже слюной истекает. Придурок. От желания выдрать девушку из памяти, в солнечном сплетении колет. Парень глубоко вдохнул и открыл окно, когда его машина наконец подъехала к началу красной ковровой дорожки. Он должен взять себя в руки и больше не реагировать на нее. Хочет быть с мужем, значит это ее выбор. Он больше не станет бегать. Раздерет зубами гребанный ошейник и на свободу вырвется.

Натянул на лицо свою фирменную улыбку и приготовился выйти из машины. Там снаружи он звезда. От него фанатеют, его появления ждут, как второго пришествия. Уже отсюда были слышны крики «Багиров, Багиров» и парень невольно усмехнулся. Как быстро ему удалось завоевать любовь миллионов. Он словно комета ворвался в индустрию, мгновенно обращая на себя внимание народа. Самым гнетущим было то, что помог ему достичь этого именно Виктор Свиридов. Тот, кого он ненавидел каждой клеткой, и не потому что ревновал, хотя и это тоже. Сначала парень делал все, чтобы завоевать уважение продюсера, даже после того, как узнал, что Настя его жена. Стас искренне пытался отодвигать мысли о ней в самый дальний ящик, чтобы не стать гадом, использовавшем Свиридова, но положившим глаз на его жену. Только все изменилось, когда парень заметил истинное отношение Вити к Насте. Как находясь в баре и распивая алкоголь в большой компании, скидывал ее звонки, а потом перезванивал и говорил, что был дико занят на студии. Нет, Стас еще ни разу не ловил того на измене, с виду все было шито крыто. Но все же внутри что-то подсказывало парню, что хороших качеств в этом человеке мало. Он будто прятался за маской совершенства, скрывая истинное лицо. Иногда, срывался на ассистентке так, что та ревела в туалете. Порой мог завестись от казалось бы незначительной причины, а потом в секунду брал себя в руки и снова мило улыбался, пряча ту часть личины, которая прорывалась наружу. Если бы он открыто так себя вел, Стас бы не обратил на это внимания. Ну, что поделаешь, характер такой. Но со Свиридовым все было иначе. Как на чаше весов, где хорошее соревнуется с плохим, и что – то подсказывало, что очень скоро плохое перевесит.

Выйдя из машины, парень уверенно направился вперед по красной дорожке, откуда по сторонам его уже с визгом встречали фанатки. Плакаты «Мы любим тебя, Стас» то и дело попадались в поле зрения. Парень, проходя мимо бьющихся в агонии девушек, сделал несколько селфи с некоторыми из них, утонув в еще большем шуме одобрения. Перекинулся парой слов с ведущими, натянув самую обольстительную улыбку, и зашагал вперед к зоне фотосессий. Настя не могла не отметить про себя внешний вид парня, когда они с Виктором вышли следом за ним из машины. Пока супруг давал короткое интервью, Настя наблюдала за тем, как Стас лениво позирует на фотокамеры. Волосы завязаны в идеальный хвост, на лице как всегда немного дерзкая ухмылка, которая сводит с ума и даже сейчас заставляет Настю залипнуть на его лице с четко очерченными чертами дольше положенного. Черные джинсы, с несколькими цепями на поясе, дорогая футболка, аналогичного черного цвета, обтягивающая мышцы рук и выгодно подчеркивающая пресс. Певец улыбается, позируя то в один объектив, то в другой. На глазах солнцезащитные очки, которые он снимает, складывает и держит в ладони. Виктор под локоть ведет Настю туда же, в зону фотосессий. Стас, кажется, даже не замечает их, когда Виктор окликает парня и тот оборачивается. Широко улыбается продюсеру, и мужчины приветственно жмут друг другу руки прямо перед камерами. Перебрасываются парой слов, которые Настя не слышит из-за визга беснующейся толпы. Девушка пытается отойти в сторону, понимая, что им нужно сфотографироваться вдвоем, но Виктор внезапно оборачивается и мягко хватает её за руку. Тянет к себе и кладет руку на талию. Приходится улыбаться под ослепляющие вспышки фотокамер. Настя натянуто растягивает губы, на самом же деле ощущая себя не в своей тарелке. Стоять вот так рядом с Витей и Стасом некомфортно. Сердце предательски стучит в ускоренном ритме, а по виску стекает капелька пота. Солнце нещадно жарит, испепеляя лучами, и слепя глаза. Приходится щуриться. Вокруг царит атмосфера какого – то хаоса, и Насте хочется скорее сбежать внутрь. Нет, она привыкла к такой жизни и дело здесь не в том, что ей не нравятся подобные мероприятия. Скорее дело в Стасе, который полностью поглощен позированием и болтовней с Виктором, а на Настю ни единого взгляда не обратил. Глупости такие, одернула себя девушка. Когда она подходила к зоне, думала что как и всегда Стас увидит ее и долгим взглядом окатит, таким, каким может смотреть только он. Многозначительным и чувственным. Тем, от которого у нее внутри все узлом скручивает, а он даже не поздоровался толком. Головой в ее сторону кивнул и на этом все. Не оценил внешний вид, хотя девушка знала, что выглядит сногсшибательно. Мужчины проводят ее взглядом вот уже несколько минут, пока она топчется на дорожке, а именитые личности комплименты отвешивают и раздевают глазами.

– Насть, я отойду, – крикнул на ухо Витя, и быстрым шагом направился в сторону, приветливо махнув кому-то рукой. Девушка на мгновение растерялась, а потом вдруг почувствовала, как на её талию ложится рука Багирова. Тут же вздрогнула, когда кожу в этом месте запекло. Голову непонимающе вскинула. Стас широко улыбался в камеру, перевел на девушку быстрый взгляд и кивнул в сторону фотографов, толпившихся перед ними.

– Улыбайся, Настя, – сейчас на каблуках девушка доставала парню как раз до линии глаз и когда он, находясь в такой непосредственной близости, обратился к ней, у нее дыхание сперло, потому что легкие мгновенно окутал рассеянный запах сигарет вперемешку с его собственным. Порочные губы, искривленные в чувственной усмешке прямо напротив нее, в нескольких сантиметрах от её собственных, которые Настя с трудом подавляет желание облизать. По телу пробегает дрожь, как раз когда слева их окликает один из фотографов.

– Стас, Анастасия, посмотрите, пожалуйста, сюда.

Пара послушно направляет взгляды куда просят и слегка поворачивается полубоком так, что теперь Настя спиной чувствует тепло поджарого тела Стаса и у нее перед глазами начинает плыть от того, как между ними прибегают сотни крошечных разрядов тока. Господи, ругает себя девушка, стараясь унять дрожь в коленях, на них смотрят миллионы зрителей и телезрителей, потому как все дни фестиваля будут транслироваться в прямом эфире одного из ведущих музыкальных каналов, а она еле на ногах стоит. Жар, охвативший тело бедной девушки, стремительно распространяется, грозясь разрастись до катастрофически масштабов. Стас же кажется, наоборот, непозволительно расслабленным. Лениво кивает на камеры, машет рукой куда – то в сторону и снова возвращает взгляд туда, откуда доносится свет вспышек. Это его мир. Его любят, не Настю. Что она вообще здесь делает? Она ведь даже не звезда. И Витя, черт бы его побрал, куда-то запропастился.

Настя не заметила, как произнесла возмущения вслух.

– Что с настроением? – раздался над ухом немного хрипловатый голос Стаса, от которого у Насти мурашки вниз по шее побежали.

– Все отлично, – буркнула, продолжая широко улыбаться, даже не взглянув на парня.

– Не верю. Когда все отлично, не ворчат недовольно находясь там, где другие только мечтают.

– Это где же? Рядом с тобой?

– Вообще-то я имел в виду красную дорожку, но и со мной тоже, – пара не смотрела друг на друга, обратив взгляды в объективы, да и слышать их никто не мог из-за непрекращающегося шума, доносившегося со всех сторон.

– Какое самомнение, – фыркнула девушка.

– Так что с настроением? Вечер не удался? Шампанское невкусное или трах не удовлетворил? – проигнорировав ее заявление, нахально поинтересовался Стас.

Настя от потрясения резко к нему повернулась, тут же пожалев об опрометчивом поступке. Стас не успел отстраниться, и их губы оказались в непозволительной близости. Настолько близко, что у обоих дыхание перехватило. Потемневшие карие глаза внимательно изучают линию скул Насти, цепляются за губы, а она провалиться сквозь землю готова, потому что ощущает на физическом уровне то, как он царапает их этим пронзительным взглядом. Ладони мгновенно вспотели, во рту пересохло. Спохватившись, Настя спешно отвернулась и снова натянула фальшивую улыбку, хотя теперь это было сделать гораздо сложнее.

– Это не твое дело, – огрызнулась, скрипя зубами, и с дико колотящимся сердцем.

– Ну почему же? Я волнуюсь за дорого продюсера, – так же с улыбкой и кивнув головой знакомому исполнителю, саркастично заметил Стас, кажется не почувствовав того, что чувствовала Настя, когда он прижимал её к себе. – Он так старался организовать романтический ужин. Надеюсь, ты хорошо его наградила за старания?

– На самом высшем уровне, – гордо нанесла ответный удар и почувствовала, как мужские пальцы впиваются в спину через тонкую материю платья. Довольно улыбнулась.

– А это благодарность за ночь? – небрежный кивок головы на ожерелье, инкрустированное драгоценными камнями, и украшающее изящную шею.

– Тебе не кажется, что ты слишком много себе позволяешь? – стальным голосом произнесла девушка.

– Нет, не кажется. Я же глупый, необразованный и недоросший до тебя пацан. Как умею, так и веду себя.

Настя не успела ответить, потому что справа их уже подзывал один из работников, назначенный для того, чтобы провожать звезд на их места в зале. Витя, оказывается, был внутри и давал еще одно интервью. Стас испарился, давая Насте долгожданную передышку. Господи, как ей хотелось разодрать ему физиономию ногтями за то, с кем посмел ее сравнивать. Борзый самовлюбленный хам.