Чтение онлайн

– Кто? – спокойно спросила я.

– Деньги, разумеется, – лицо Виталия Антоновича стало жестким.

– Вы меня извините, но я не понимаю, о чем идет речь, – совершенно искренне ответила я.

– Послушайте, – бархатная мягкость баритона сменилась ледяным клинком стали. – Вы мне показались женщиной разумной, и сами предложили не тянуть время. Поэтому давайте не притворяться дурочкой, я же по-хорошему с вами говорю. Говорите, где деньги, и уходите. Я даже распоряжусь, чтобы вас отвезли.

– Я в самом деле ничего не знаю ни о каких деньгах, – отчеканила я, глядя ему прямо в глаза.

– А что же вы тогда делали в квартире Романа? Только не говорите мне, что заглянули туда прибраться.

– Нет, не скажу. Я готова вам рассказать, как все было, только если вы обещаете меня не перебивать, потому что история довольно длинная, как я уже сказала вашим людям.

Он опять немного удивленно посмотрел на меня.

– Хорошо, перебивать я вас не буду и слушаю очень внимательно.

Виталий Антонович откинулся на спинку дивана, прикурил сигарету от своей золотой зажигалки, небрежно бросил ее обратно на столик и приготовился слушать.

Я затушила окурок в пепельнице. Тут же появилась девушка, одетая в короткое платье с белым передником, и заменила пепельницу.

Я удивилась про себя сервису в этом доме, но не стала выдавать своих чувств.

– Даша, я попрошу нас не беспокоить в течение получаса, – обратился к ней «босс».

– Хорошо, Виталий Антонович, – ровным голосом ответила Даша и бесшумно исчезла вместе с грязной пепельницей.

– Так я слушаю, – напомнил Виталий Антонович.

Я набрала в легкие побольше воздуха, секунду подумала, прикусив губу, потом решительно достала еще одну сигарету, и стала рассказывать.

О своей непутевой сестре, о том, как она устроилась на работу, как попала в постель к Роману, как тот записал эту сцену на пленку…

Потом поведала, как я сама вступила в эту игру.

– …И вот после того, как я увидела, что Малинин мертв, я подумала, что не мешало бы осмотреть его квартиру, – закончила я. – Я обыскала ее, но кассеты не нашла. Там вообще не было ни одной кассеты, кроме того, до меня уже кто-то успел ее обшарить. Именно в этот момент меня и засекли ваши люди и привезли сюда. Вот, собственно, и все. Так что ни о каких деньгах я не знаю и, если честно, знать не хочу.

Во время своего рассказа я выкурила три сигареты и теперь потянулась за четвертой. Виталий Антонович задумчиво барабанил пальцами по крышке столика.

Я молчала, сложив руки на коленях и стараясь выглядеть как можно спокойнее. Больше всего в этот момент я мечтала о том, чтобы Виталий Антонович мне поверил. И, кажется, у меня были на это шансы.

Виталий Антонович закурил и, выпустив дым в сторону, повернулся к окну. Он не спешил высказывать мне свою реакцию, видимо, анализируя услышанное. Наконец он медленно повернулся ко мне и сказал:

– Вы знаете, я склонен поверить вам. Поверить именно потому, что история выглядит не очень правдоподобно. Придумать такое было бы сложно. Хотя… Одним словом, я принял решение. Раз уж вы, милая моя, влезли не в свое дело, то будьте добры, выпутывайтесь из него.

– Каким образом? – сразу же спросила я.

– Нет, Полина Андреевна, – засмеялся вдруг он. – Вы мне определенно нравитесь! Этакой своей совершенной конкретностью. Как выпутаться? Очень просто – вам даже ничего не придется делать. Вы просто пока побудете у меня. До тех пор, пока я не убежусь окончательно, что вы мне не солгали.

– А как вы это проверите? – удивилась я.

– Ну это уже моя забота, – ответил он. – Можете не сомневаться, проверка будет очень тщательной. Я тоже буду я с ваим откровенен – у меня пропвла больша партия товара, который я дал этому тупице Роме. Реализовать его за такое короткое время он вряд ли смог бы. И вот в итоге нет ни денег, ни товара, ни самого Ромы. И мне бы очень хотелось узнать, куда это все делось? Кто перешл мне дорогу? И если я узнаю, что вы к этому причастны – пеняйте на себя. Я не прощаю тех, кто пытается меня обмануть.

– А где вы собираетесь меня поселить? Здесь? – сглотнув слюну, спросила я.

– Нет, конечно, – он покачал головой. – Вас отвезут в одно место, там вы и останетесь.

– В какое еще место? – резко спросила я. – Я вам честно все рассказала! Я никуда не собираюсь ехать, у меня своих забот хватает! У меня сестра в беду попала, вы понимаете? Мне ее выручать надо, а вы держите меня здесь! – я не выдержала и сорвалась на крик. Все стрессы, которые мне пришлось пережить за последнее время, слились в единый комок и теперь этот комок прорвал оболочку и вырвался наружу. Я понимала, что крики мои ни к чему не приведут, но сохранять спокойствие у меня уже не хватало сил.

– Не надо эмоций, это не ваш стиль, – покачал он головой. – Вы это сделаете, если хотите, чтобы я поверил вам до конца. Вам просто придется это сделать, – подчеркнул он. – У вас нет другого выхода. Сейчас вас отвезут. Сопровождать вас будут Валера и Игорь, вы с ними уже познакомились. Кстати, не советую пытаться убежать – вы уже пробовали это сделать, и у вас ничего не вышло. Валера и Игорь парни тренированные, они вас не упустят.

Я молча кусала губы. Мне очень хотелось плюнуть в морду этому хладнокровному негодяю, но я понимала, что ничего этим не добьюсь, а только усугублю свое и без того незавидное положение.

– А теперь, будьте добры, скажите мне свою настоящую фамилию, – попросил он.

Я продолжала молчать.

– Та-а-ак… – протянул Виталий Антонович, – в молчанку решили поиграть, значит? Напрасно, напрасно, Полина Андреевна. Или вы не Полина Андреевна?

– Я ни разу вас не обманула, – проговорила я.

– Вот и дальше давайте будем откровенны, – улыбнулся Виталий Антонович. – Скажите мне свою фамилию – и пока все.

Я молчала.

Виталий Антонович поднялся и подошел к двери.

– Эдик! – крикнул он.

Почти сразу появился здоровенный парень с тупым выражением лица.

– Займись, – коротко кивнул он на меня.

Парень ни слова не говоря подошел ко мне и резким движением выбросил руку вперед, ударив меня под дых. Единственное, что я успела сделать, так это напрячь пресс и сгладить удар. Но это мало помогло.

Изо всех сил стараясь не согнуться, я не удержалась от сдавленного вздоха. Эдик, размахнувшись, ударил меня по лицу с такой силой, что я упала.