Чтение онлайн

Ну, а во-вторых, Марина что-то там говорила про выпивку…

Вскоре мы подъехали к старому пятиэтажному дому.

– Вот мы и на месте! – радостно провозгласила Марина, выбираясь из машины.

Она со смехом дернула меня за руку и увлекла за собой. Виктор внимательно посмотрел нам вслед и стал запирать машину.

Мы с Мариной поднялись на четвертый этаж и остановились перед обшарпанной дверью. Марина полезла в свою сумочку и зашебуршилась в ней.

– Черт! – вырвалось у нее, – никак не могу найти ключи!

Она с усиленной яростью принялась перетряхивать сумку. На пол полетели какие-то бумажки, платок, со звоном выкатилось несколько монет…

– Вот он! – облегченно вздохнула Марина, доставая со дна сумки ключ.

Он был один, причем без всякого брелка и даже колечка, так что немудрено, что его легко затерять в недрах сумочки.

Марина сунула ключ в замочную скважину и стала отпирать замок. Это у нее плохо получалось – ключ постоянно проворачивался.

– Блин, давно пора замок поменять! – раздраженно сказала она. – Все, не могу! – она с досадой отшвырнула ключ и пнула дверь ногой.

В этот момент сзади подошел Виктор, молча поднял ключ и. отстранив Марину плечом, легко открыл дверь.

– Я займусь этим завтра же, – сказал он, имея в виду, очевидно, замену замка.

– Спецназовец ты мой! – чмокнув Виктора в щечку, прощебетала Марина, у которой снова поднялось настроение. Я невольно подивилась подобному эпитету. Как только не называют своих кавалеров влюбленные дамы!

Мы прошли в квартиру.

– Предупреждаю сразу, у меня чудовищный бардак! – радостно сообщила она, включая в прихожей свет, и добавила, разводя руками и словно оправдываясь:

– Я же совершенно неприспособлена к жизни!

– Вот это верно, – со снисходительной нежностью глядя на Марину, произнес Виктор и легонько погладил ее по волосам.

В принципе, «чудовищный бардак» не произвел на меня особого впечатления – у меня и похуже бывало.

Так что я нимало ни смущаясь уселась за заляпанный стол. Виктор устроился рядом.

Марина подскочила к шкафчику и достала из него бутылку водки.

– Сейчас мы ее компотиком разбавим! – пообещала она и пошла в кухню.

– Марина живет здесь одна? – обратилась я к Виктору.

– Вообще-то с бабушкой, но она сейчас на даче, – ответил он. – А Марина… Она, знаете ли, не любительница садово-огородных дел.

Это мне, в общем-то, тоже было понятно – я и сама такая же.

Вскоре вернулась Марина, неся в руках трехлитровую банку вишневого компота. Она бухнула ее на стол и снова убежала в кухню, принеся оттуда батон копченой колбасы и хлеб.

– Вот как все чудесненько получается! – тоненьким голоском констатировала Марина, нарезая хлеб и приплясывая вокруг стола.

Мы выпили по рюмочке водки, которая, сдобренная компотом, пошла очень легко.

Марина откинулась на спинку стула и весело болтала ногами. Виктор внимательно следил за ней, но сохранял спокойствие.

– Марина… – решилась я все-таки поговорить о том, что меня интересовало. – А что же произошло там на студии? Я в смысле, кто же убил Романа-то?

– Ха! – отозвалась Марина. – Да кто ж знает? Там ментов понаехало – тьма! Мураховский бегает, суетится, и так, и эдак перед ними выплясывает. На нас орет… Сука продажная! – неожиданно закончила Марина и налила себе еще водки.

Выпив ее залпом, она с громким стуком поставила рюмку на стол и села, подперев рукой подбородок. Глаза ее подернулись пеленой.

– И вообще… – нетвердым голосом произнесла она. – Все они там мрази, все! – она вдруг замолотила кулаком по крышке стола.

– Марина, успокойся! – сразу же пододвинулся к ней Виктор.

– Отстань! – резко выкрикнула Марина. – Что ты во мне понимаешь?

– Я понимаю то, что ты сейчас говоришь вещи, о которых потом пожалеешь, – ответил Виктор. – И вообще… Ты ведешь себя безобразно.

– Ну и пусть! – скорчила презрительную гримасу Марина. – Мне плевать, что обо мне подумают. Тем более, мы здесь все свои, верно, Оль? – она подмигнула мне и потянулась за моей рюмкой.

Я неопределенно пожала плечами.

Марина налила мне водки, и снова наполнила свою рюмку, плеснув в обе компота.

– До дна! – приказала она мне.

Меня в общем-то и не надо было уговаривать. Я с удовольствием проглотила обжигающую жидкость и закусила колбасой.

Виктор не пил.

– А ты что? – повернулась к нему Марина. – Брезгуешь, что ли?

– Ты же знаешь, что мне еще за руль садиться, – проговорил он, глядя на нее укоризненным взглядом.

– Ой, какие мы правильные! – тоненько протянула Марина. – А я вот неправильная!

– Ты просто дура! – неожиданно взорвался Виктор, сжимая кулаки. – Дура и идиотка! Тварь дешевая!

Он вдруг вскочил с места, сбив стул, который с грохотом повалился на пол, и с ненавистью уставился на Марину. У той от испуга даже кусок колбасы застрял в горле. Глаза ее, и без того большие, еще сильнее расширились и смотрели на Виктора с ужасом и недоумением.

Виктор постоял так немного, отчаянно пытаясь взять себя в руки, потом тихо застонал и, подняв стул, тяжело опустился на него. Руки его дрожали. Он притянул к себе бутылку, налил водки и выпил, ничем не разбавляя и не закусывая.

– Извини, – пробормотал он, вытирая рот рукой и переводя дух. – Я не сдержался.

Марина посидела немного в молчании, потом у нее задрожали губы.

– Я знаю, что я тварь… – глухо произнесла она, опустив голову. – Знаю… Ну и что с того? – вдруг вскинула она голову. – Ты же тоже это знал! И что теперь строить из себя порядочную? Да, я тварь, да, да, да! – вдруг истерично закричала она, после чего громко и заливисто захохотала.

Марина откинулась на стуле и смеялась, раскачиваясь из стороны в сторону. Мне стало жутко.

Виктор встал со своего места и, подхватив ее на руки, понес в комнату.

– Ну все, все! – послышался оттуда его успокаивающий голос. – Все нормально, девочка, успокойся, все хорошо. Я же с тобой.

– Ты всегда будешь со мной? – всхлипывая, проговорила Марина.

– Ну конечно, дурочка, – ласково ответил он. – Ты же знаешь…

Маринины рыдания потихоньку стали затихать и вскоре смолкли совсем.