Чтение онлайн

Я нисколько не соврала, просто не уточнила, что один наряд — это минимум. Но модницы могли за время бала сменить несколько нарядов. Опять же, не все гости, сколько бы знатны они не были, имели возможность тратить на своих жен или дочерей, столько денег. Да и сменить один наряд на другой, нужно было потратить немало времени, даже с учетом того, что большинство гостей останавливались на время балов во дворце.

Пока Вэрит молчал, то ли пытаясь вспомнить тот самый регламент, то ли, сколько он видел смен нарядов хотя бы на одной из женщин, я прочла письмо. Мне придется заняться тремя портретами, заказчики которых уже внесли аванс. Мое испорченное недавним обедом настроение, заметно поднялось, вызвав на лице довольную улыбку.

– У тебя еще есть время, заказать наряды для ужинов, – ошарашил меня супруг.

– А мы разве будем проживать во дворце? – растерянно произнесла я, совсем не обрадовавшись такому повороту.

Я была уверена, что на балы мы будем ездить из дома, ведь у Вэрита служба, которую не отменяют даже такие масштабные празднования. Пять поездок я еще готова была вытерпеть, но провести несколько недель во дворце у меня не было никакого желания. Снова все эти совместные посиделки, прогулки, сплетни, которые вызывали во мне изжогу и нервный тик.

– А разве ты этого не хочешь? – его брови в изумлении взлетели под лоб.

– А разве должна? – раздраженно спросила, подняв на него строгий взгляд и готовясь отстаивать свое мнение по поводу тех самых ужинов, которые планировала избежать в самом начале.

И пусть я не планировала шить на них отдельные наряды, решив воспользоваться уже имеющимися, но все же, надеялась этого избежать. Еще при жизни, Марика пару раз посещала такие балы с родителями. И если в первый раз, она планировала отсидеться в выделенных им покоях за чтением книги, то в следующее их проживание во дворце, с сожалением рассталась с этой затеей.

Она была обязана участвовать во всех мероприятиях, прогулках, чаепитиях, расписанных по плану, которому следовали все без исключения. И если Диатере все это нравилось, она чувствовала себя словно рыба в воде, то Марика ехала на очередной бал, словно на казнь. И я была с ней в этом полностью согласна. Потерять столько времени, было ужасным расточительством, с моей стороны.

– Быть может я выделил недостаточно средств? – снова удивил меня супруг, вот только отвечать я не собиралась.

– Так ты действительно планировал остаться во дворце на время праздника? – осторожно спросила, мысленно упрекнув себя, что не задалась этим вопросом раньше.

Не задалась, потому что была уверена, что из -за своей службы, Вэрит не сможет сопровождать меня на всех мероприятиях. Если появление Лаяны в одиночестве не вызвало бы кривотолков, ведь она вдова, (я больше, чем уверена, что свекровь уж точно воспользуется шансом пожить при дворе), то я замужняя лэра, рядом с которой всегда должен находится супруг. Если не хочет, чтобы пошли ненужные слухи. А они пойдут, не я первая, не я последняя.

И кому, как не Вэриту об этом знать. К тому же, не так давно, он устроил мне головомойку из -за моих частых отлучек, пытаясь напомнить, что я не должна марать его честное имя. И как он себе представляет свои отлучки по работе, когда ему придется оставить меня одну во дворце?

– Я подумаю и сообщу тебе о своем решении, – задумчиво произнес он, а меня аж подбросило от его слов.

Я могла бы накидать ему кучу аргументов, против проживания во дворце, но сомневаюсь, что он стал бы меня слушать. Поэтому, предпочла просто промолчать и покинуть гостиную. Подумает он! Ладно, пусть думает, все одно, больше нарядов у меня не станет.

Вэрит

«Я подумаю и сообщу тебе о своем решении», крутились в его голове слова, которые он бросил Марике.

Ничего глупее не смог придумать? О чем вообще тут думать? Он не планировал жить во дворце, даже несмотря на все увещевание матери. Но ему и в голову не могло прийти, что Марика будет с ним согласна. Он бы скорее поверил, что в этом вопросе женщины впервые встанут на одну сторону.

И он уже был готов противостоять обеим… Когда Марика удивила его в очередной раз. И он не нашел ничего лучше, чем сморозить глупость, про «я подумаю».

Проведя с ней немало времени в одном доме, он уже должен был понять, что просчитать действия Марики даже ему не под силу. И если по -началу, он был уверен, что она неспроста выбрала такую тактику, чтобы заинтересовать его, то со временем отмел эту мысль.

Он умел завоевывать внимание женщин. Взять ту же Риану. Она была неприступной, но эта неприступность была наигранной, ведь Вэрит видел в ее глазах интерес и ему было несложно подыграть ей. Теперь же, скорее он чувствовал себя добычей, потому что Риана не давала ему прохода. Быть может именно поэтому он и потерял к ней интерес.

А ведь он так и не доехал до нее в тот день, чтобы закончить их отношения. И дело даже не в том, что он пытался отсрочить их неприятный разговор. Он просто переключился на что -то другое и снова забыл о Риане, словно между ними не было этих лет, которые они провели вместе.

Марика же была полной противоположностью Рианы. Да, что там… она не была похожа ни на одну из знакомых ему женщин. Даже его мать, которая всегда считала себя самостоятельной и гордой женщиной, (правда, считала так, только она сама), не забывала напоминать о себе, когда ей требовались деньги.

Марика же не просила ничего. Даже несмотря на фиктивность их брака, Вэрит ждал, насколько ее хватит, прежде чем жена придет к нему с просьбой о нарядах или украшениях. Но она так и не пришла. Даже когда он выделил ей деньги на наряды для бала, она ни словом не обмолвилась о том, что мог бы дать больше. Матушка – то не терялась, закатив ему скандал и обвинив в жадности.

А то, как Марика спокойно отнеслась к запрету на ужин, когда ее решила наказать Лаяна… Она просто пошла и накормила себя сама. Окажись на ее месте Лаяна, она бы даже не знала где искать продукты, не то, чтобы приготовить что -то действительно съедобное.

У Марики же все было так просто… и действительно вкусно. Он никогда раньше не пробовал ничего подобного. Даже сейчас, вспомнив вкус той картошки, сглотнул набежавшую слюну. Он не отказался бы ее снова попробовать, если бы…

И это были лишь незначительные мелочи, которые удивили и вызвали его интерес. Но главное было не в этом. Он впервые видел в женщине личность. Не придаток мужа, отца или брата. А человека с внутренним стержнем и своим, присущим лишь ей, мнением. Теперь он понимал, что сделка, между ними была действительно лишь сделкой.