Чтение онлайн

— Она любит классику, — «она» больно царапнуло по душе. — Зарубежную. Читает в основном по электронной книге, поэтому я и решил купить бумажную.

— Отлично, спасибо, мне достаточно этой информации, — я сдвинулась к полке с зарубежной литературой. — А упаковывать как будешь?

— Без понятия, — помотал головой он.

— Ладно, потом разберёмся.

Я внимательно осматривала книги, брала в руки, листала их, трогала обложки, оценивала оформление. Всё-таки это подарок, не важно для кого, он должен быть прекрасен и идеален.

Обратила внимание на стоящую на самой нижней полке красиво оформленную серию известных любовных романов. Больше всего меня привлекли два тома «Унесённых ветром», одного из моих самых любимых произведений. Я взяла их, осмотрела и поняла, что это именно то, что нужно.

— Я выбрала, — с улыбкой повернулась к явно застучавшему Тимофею. — Твоя пытка закончена.

— Отлично, — искренне обрадовался он, облегчённо вздохнул. — И что там? — он посмотрел на название. — А, я слышал. Очень известная книга, очень длинная и очень посредственная.

— Чего? — возмутилась я, прижав книжки к себе. — Это ты с чего такой вывод сделал? Со своего дурацкого субъективного мнения?

— Дурацкие твои книги про невообразимую любовь, — на последних словах парень закатил глаза. — Вот даже не знаю сюжета, я сейчас угадаю, что там. Наверняка он — такой весь идеальный мужчина её мечты, она наверняка стерва, они полкниги будут ругаться и мириться, а потом поймут, что любят друг друга, но в конце расстанутся, чтобы все плакали. Всё.

— Как у тебя всё просто. Только не было там никакой невообразимой, как ты выразился, любви медок ними.

— Но книга то про любовь!

— Да, но совсем другую!

— Это какую же?

— Любовь главной героини к жизни. Именно это там самое главное. А её отношения с главным героем картину только дополняют. И вообще, не суди, пока не читал!

— Хорошо, я прочитаю, — он скрестил руки на груди. — И если мне понравится, то я…

— Какой твой нелюбимый цвет?

— Ну, жёлтый не люблю. Цыплячий какой-то цвет.

— Ну вот, тогда придёшь в школу в ярко-жёлтой футболке.

— Хорошо, — мы пожали руки. — Пошли оплачивать.

Мы купили книги, а заодно и красивую бумагу для них, чтобы упаковать, причём на кассе на меня странно посмотрела кассирша. Хотя, мало ли что.

В моей душе плескался гнев, вызванный недавними словами Тимофея. Как можно так предвзято относиться к книгам?

— А кому подарок то? — задала я самый интересующий меня сейчас вопрос.

— Скажу, если ей понравится.

— Ладно. А когда ты будешь вручать?

— Не волнуйся, ждать долго не придётся. Осталось меньше недели.

— Понятно, я умру от любопытства… Если это твой коварный план, чтобы не заниматься со мной физикой, то не сработает, я тебя с собой заберу.

— Блин, а я надеялся, — Тимофей изобразил грусть. Я хихикнула. Да, мой дорогой, так просто ты от меня не избавишься.

Мы вызвали лифт, который, на удивление, сразу приехал и зашли в кабину. Вернее, это Тимофей зашёл, а я забежала и прилипла к зеркалу.

Господи, почему никто мне не сказал, что я похожа на алкоголика со стажем? Почему Тимофей не отвёл меня к зеркалу и вообще никак не намекнул, что вся моя тушь отпечаталась под глазами, стрелки стёрлись и сейчас походили на тёмное пятно, красные щёки контрастировали с белой из-за пудры кожей под глазами. Мамочки, какой ужас!

— Ты почему не сказал, что я такая страшная?! — наехала я на парня, судорожно ища в куртке платок, чтобы стереть это убожество.

— Сначала как-то неловко было, а через минут десять я привык. Ну, подумаешь, тушь растеклась немного… зато так цвет глаз выделяется.

Это такой новый вид издевательства?

— Какой цвет глаз! Меня как будто с ментовки только что забрали, — с силой оттирала чёрные пятна, тем самым делая их ещё больше.

— Да расслабься ты. Придёшь домой и смоешь всё. Делов то…

Конечно. Я просто сейчас стаю с месивом на лице перед парнем, в которого по уши влюблена и которого собиралась впечатлить. Да уж, впечатлила! Никакой больше косметики! Никогда! Только естественная красота.

Нет, ну почему я такая неудачница…

Из лифта я вышла ещё более красная, прячась за воротом куртки и шапкой. Тимофей только улыбался. Конечно, весело ему.

— Спасибо за помощь, Саша, — поблагодарил он меня у дверей. — Если тебе понадобится моя помощь, например, нужно будет решить какую-нибудь задачку по физике, то пиши.

— Ага, спасибо, — буркнула я, мечтая скорее оказаться дома. — Удачи.

— Пока.

Я ничего не ответила, развернулась и ринулась домой, на этот раз даже не стараясь спрятать лицо от снега. Хуже быть уже не может.

Как оказалось, может. Дома мама заставила делать уборку, потому что её не устроил мой творческий беспорядок в комнате, и она грозилась выкинуть всё, что ей не нравится. А это практически всё: плюшевые игрушки или, как она их называет, пылесборники, бесчисленное количество блокнотов, шпаргалки, листики с очень важной информацией и прочие очень важные вещи.

Когда мне нужно делать уборку, то я включаю что-то поднимающее настроение, иначе просто ничего не стану делать.

Энергично протирая пыль со стола и полок тряпкой, я двигала головой и напевала «та-та-та-та-та-та-та…». С телефона на беспроводной аксессуар передавалась любимая песня «Hair up», которую я однажды обнаружила в плейлисте Алёны.

— Когда закончишь, можешь идти на кухню ужинать, — мама появилась в дверном проёме. — И ещё…

— Мам, потом. Сейчас будет мой любимый момент, — прервала я и, закрыв глаза, начала подпрыгивать и подпевать.

Мама не стала никак комментировать мои действия, просто молча ушла обратно на кухню. Она просто привыкла, что её дочь немного сумасшедшая.

— Чего хотела? — по пути я кинула тряпку на батарею в ванной и плюхнулась на стул.

— Хотела спросить, с кем ты гуляла сегодня. С Алёной или Нютой?

— Не угадала, — хитро улыбнулась я, накладывая себе в тарелку салат. От запечённой курицы исходил такой приятный аромат, что я с трудом удержалась, чтобы сразу всё не съесть.

— Ну, удиви меня.