Чтение онлайн

Бух. Мои мечты и с треском рухнули вниз. Гордость в груди сжалась в комок, и душу больно оцарапали кошачьи лапы. Жаль, что нельзя провалиться сквозь землю, это бы значительной мере облегчило мне жизнь.

Лазарев уже ушёл. Ну нет, я так просто не сдамся. Пусть мышь серая. Пусть он даже не считает нужным помнить моё имя. Пусть всё против меня. Я так просто не сдамся. Не захочет по хорошему? Заставим!

Пока закрывала дверь, думала, как проучить парня за его слова. Повернула голову в сторону лестницы и наткнулась взглядом на Тимофея, разговаривавшего с нашей учительницей обществознания. Понятия не имею, о чём, но ситуацию можно будет повернуть против него, если я узнаю.

Подслушивать нехорошо, но цель оправдывает средства, как говорил известный Никола Макиавелли.

Сделала вид что смотрю в телефон и медленно пошла вперёд. Начали долетать обрывки фраз.

— Так когда долги будешь сдавать, Лазарев?

— Да сдам я, Лариса Евгеньевна, честное слово.

— Я слышу это от тебя уже вторую неделю. Если завтра не сдашь мне что-нибудь, то поставлю два двояка и будешь свободен.

— Что сдать?

— Эссе, например. Темы мы разобрали на последнем уроке.

— Да не умею я их писать…

Но тут, к несчастью для Тимофея, влезла я.

— Здравствуйте, Лариса Евгеньевна, — я приветливо улыбнулась своей любимой учительнице. — Как ваши дела?

— Были бы просто отлично, если бы Лазарев, наконец-то, что-то сдал.

Почувствовала, как воздух накалился. Я уверена, парень готов меня прибить прямо тут, но его останавливает присутствие педагога.

— Так пусть напишет вам пару эссе, — о боже, какая я вредная. — для него это не составит труда.

— Я же говорю, я не умею…

— Да что ты скромничаешь, — наверное, я сейчас была похожа на мамочку, которая расхваливает своё дитя перед родственниками и друзьями. — Я знаю, у тебя отлично получается. Не волнуйтесь, Лариса Евгеньевна, он завтра вам всё принесёт.

— Ну что, Тимофей, жду завтра два эссе по три страницы. Не будет — будет два.

И ушла, только стук каблуков по полу и был слышен.

Я посмотрела на Тимофея и поняла, что пора бежать. Срочно. Иначе полечу прямо с окна третьего этажа. И никто меня не спасёт, потому что коридор пустой и все на уроках.

— Беги, даю тебе фору в десять секунд, потом пеняй на себя!

Дважды повторять не пришлось. Я со всех ног ринулась к лестнице, молясь, чтобы моя удачливость меня не подвела, и ноги не соскользнули с какой-нибудь ступеньки. А то я могу! И Лазарев не шутил насчёт десяти секунд. Я мысленно отсчитала и услышала громкие, а главное быстрые шаги. Блин, да такими темпами он меня за секунду догонит.

У меня каким-то чудом, не иначе, получилось добежать до раздевалки. Около входа сидит охранник, а значит, что в крайнем случае я могу его позвать.

— Оп, — почувствовала, как меня схватили за плечи и потащили к вешалкам, — поймал.

И я чуть не отшатнулась от внезапного смущения и от того, как среагировало на него мое тело. Мелкие мурашки щекоткой разбежались по коже, живот прихватило, и все внутренности будто сжались в комок.

— Пусти, — пропищала.

— Ага, конечно, — Тимофей саркастично усмехнулся. — Сначала я тебя придушу чьим-нибудь шарфом!

— Это тебе моя месть. За дело, между прочим.

— Чего?

— Того! За сказанное в кабинете. Мне обидно было!

— Хорошо, в следующий раз я тебе совру, чтобы ты не психовала и не рушила некоторым жизнь своими действиями, — он отпустил меня.

Сказанное странной грустью забылось где-то в груди. Так всегда бывает, когда начинаешь обдумывать свои поступки, совершенные на эмоциях.

— Прости.

— Прости, — передразнил Лазарев. — Забей. Пойду домой, писать эти долбанные эссе. Спасибо большое!

Схватил куртку с соседней вешалки, накинул и ушёл, оставив меня одну. Вернее, с грузом вины на плечах. Вины, которая сейчас разъедала всё внутри меня и не хотела останавливаться. Боже, вот я дура! Всё испортила.

«Да там и портить было нечего», — бурчало сознание, и я стукнула кулаком по стене. Больно. Но не так сильно, как морально.

Домой брела с ощущением пустоты и полного бессилия. Ничего не хотелось, ничего не думалось. Приду домой, уткнусь в подушку и задохнусь. Одной истеричкой меньше будет.

— Я дома, — интонация и голос как у больного при смерти.

— Привет! — послышалось откуда-то с кухни. — Обедать будешь?

— Нет, мам, спасибо, — кинула портфель рядом со столом. Рухнула на кровать прямо в школьной одежде. — Я не голодная.

— Всё хорошо? Ты какая-то грустная, — мама с полотенцем в руках появилась в дверном проёме.

— Я уставшая. Меня сильно побила физика. Я посплю, а потом поем, хорошо?

— Ладно. Суп на плите. Я тоже пойду отдохну. Если что, я готова тебя выслушать.

В комнате всё давило. Розовые обои с цветами, малиновые шторы, белый ковёр и плюшевые игрушки… всё действовало на нервы и сейчас выглядело тусклым и серым. Как будто в мире существует всего один цвет.

Я переоделась, закуталась в плед и отвернулась к стене. Хотелось уснуть, а потом проснуться и забыть всё это. Чтобы ничего этого не было. Почему человеку хоть раз в жизни не может быть дан шанс всё изменить? Хотя, разве одного раза хватит? Понадобился бы второй, третий… Человеческая природа ненасытна. И никогда не будет достаточно.

Прошлое нельзя изменить. Можно извлечь уроки и не повторять ошибок.

Философствовать — лучший способ уснуть.

***

Проснулась, когда за окном было уже темно. Включила телефон. Девять часов. Я проспала почти пять. Прекрасно. Что ночью делать буду?

Зашла в соц. сеть. Пара сотен сообщений из беседы класса, одно от подруги и… серьезно?

«Тимофей Лазарев хочет добавиться к вам в друзья».

Что? Что-о?! Усталые глаза распахнулись. Сам Лазарев? Да неужели!

Хотела было проигнорировать, но передумала. Интуиция подсказала не торопиться и посмотреть наперед — а вдруг пригодится контакт? Пока не отменила решения, осторожно нажала на панельку «Добавить»

Мессенджер тут же отозвался сообщением.

Тимофей Лазарев: «Мне не написать эти долбанные эссе. Тем нет в интернете. Ты понимаешь, что мне конец?»

Я закусила губу, перечитывая строчки: знаю, конечно. Пальцы неуверенно стукнули по клавиатуре — раз, другой, в окне сообщений наверняка заплясали точки набора, но я так ничего и не отправила. Ну что мне ему сказать?

Хоть темы спрошу. Может, помочь смогу.

Саша Коновалова: «Какие темы то хоть?»

Тимофей Лазарев: «Сейчас. Погоди»