Не оглядывайся назад
Шрифт:
Мой взгляд блуждал по помещению пока не остановился на окне. Хотя окно это слабо сказано, так как это была целая стена состоящая только из стекла, а от туда открывался просто божественный вид на Чикаго! Да мы, наверное, находились на шестидесятом, как минимум, этаже! Невероятно большой и красивый город на фоне закатного неба, окрашенного в багровые тона. Последние лучи солнца ласкали крыши домов, поблёскивали о стеклянные поверхности и оставляли без внимания маленькие переулки между домами, которые уже заполняла тьма. В любое другое время я могла бы часами любоваться этой картиной, затаив дыхание, но сейчас, сейчас не время.
Я почувствовала чьи-то руки в своих волосах и резко дернулась в сторону, в результате оставшись без клока волос.
– Ай!
– Закричала я.
– А ну прочь от меня!
Селеста громко рассмеялась.
– А она забавная! Как бы я хотела с тобой поиграть, куколка!
Мои волосы всё ещё ложились локонами на мои плечи, благодаря стараниям Элли, но я была уверена, что сзади у меня было воронье гнездо. И на мне всё ещё было то платье с глубоким и узким вырезом, бардового цвета, в котором я была в клубе, но сейчас оно было сильно помято, изодрано и местами обгоревшим. Ожоги на коже больше не болели так сильно, но давали о себе знать саднящей и ноющей болью. О, и я была босая.
Вдруг в зале воцарилась мёртвая тишина. Знаете, когда вы заходите в пустую комнату с звукоизоляцией из гудящего людьми помещения и на вас словно удар обрушивается эта тишина? Ага, вот и сейчас я чуть не оглохла от этой тишины. Как бы глупо это не звучало.
Я подняла свой взгляд от разорванного с боку платья и посмотрела на окружающих меня психов. Они все склонились в низком поклоне, не поднимая головы.
Сейчас это напоминало затишье перед бурей.
И вот прогремел гром.
– Здравствуй, Анна.
– По комнате прошелся чей-то голос, похожий на шелест сухих листьев.
Я вздрогнула. Обернулась, но помимо меня, Геримора, Жевьена и Селесты никого не было.
– Анна...
– Я не Анна!
– Крикнула я. По моему телу прошла дрожь. Я уже слышала этот голос.
– Кира, я - Кира! Анны больше нет!
– Конечно...
"Анны больше нет..." - Услышала я в своей голове.
Я задохнулась от боли, что вспыхнула во мне. Только вот на этот раз эта боль была в сердце, та боль, которую можно принести только словами.
Этот же самый голос я слышала год назад: "С Рождеством, Анна"
Вот откуда я знала этот голос.
Мне хотелось кричать от ярости! Одно дело догадываться, кто повинен в смерти любимых, а другое знать наверняка.
– Я убью тебя...
– Прошептала я, сжимая руки в кулаки.
– Я убью тебя!!!
Раздался шелестящий смех и в комнате похолодало.
– Ты лишь жалкая кукла.
– Он насмехался на до мной.
– Тогда почему же ты меня боишься?
– Я не боюсь...
– Тогда покажись, черт тебя дери!
И опять наступила тишина. Хренова оглушающая тишина.
Солнце почти село, небо за окном сейчас было темно-серого цвета и лишь на самом горизонте расстилалась красная полоса. Зал наводнили тени. Много теней скрывали тяжелые гобелены, казалось, что темнота окутывает всё помещение, начиная с углов и потолка, расползаясь, поглощая.
Потом я увидела его.
Миг и он стоит в десяти метрах от меня. Одно мгновение и на секунду назад пустом месте стоит он.
Мальчик.
Маленький мальчик лет десяти. Половину его лица скрывали тени. Вторую половину освещал тусклый свет льющийся из окна. Его лицо, осыпанное веснушками, было бы милым, если бы не бесстрастное и холодное выражение лица, глаза в тусклом свете казались чернее той тьмы, что поглощала зал, а светлые волосы, цвета карамели, завивались на концах. Стройное мальчишечье тело было одето в старомодный костюм тройку и начищенные до блеска туфли.
– Господин!
– Раздался благоговейный голос Селесты. Её глаза сияли чистой одержимостью.
– Вот он я.
– Шелестящий голос, так не соответствующий его внешности.
– И что теперь, Кира?
Я была ошеломлена, хотя нет, это мягко сказано. Если бы меня ударили тяжелой кувалдой прямо сейчас я бы испытала меньший шок.
А потом... Я просто бросилась на него. Плевать на то в каком он был обличии, я видела монстров, которые выглядели безобиднее.
Но не успела я сделать и пяти шагов, как передо мной оказались два совершенно одинаковых мужчины. Близнецы. С длинными русыми волосами до середины спины, собранными в косу и пустыми взглядами. Они появились так же из неоткуда, как и Кукловод пару минут назад. Встали на моём пути, не давая сделать и шагу. Я попыталась обойти их, но они мне не давали.
Я яростно закричала.
– Не трать свои силы.
– Спокойно сказал Кукловод.
Из-за этих двух громил, перекрывающих мне проход, я не могла видеть Кукловода, но могла отдать миллион долларов на то, что он стоит там же где и стоял, не шелохнувшись ни разу.
– Зачем тебе всё это?! Зачем тебе я?!
– Я перестала пытаться пробиться через эти две скалы.
– Донни, Тонни.
– Только произнес имена, а они уже разошлись и встали по обе стороны от него, словно ручные зомби.
– Посмотрите-ка, какие послушные собачки.
– Не удержалась я.
– Пытаешься спрятаться за своими шутками, Кира?
– И не надеюсь.
– Фыркнула я.
– Ты ведь уже познакомилась с некоторыми из моих друзей? Я думаю, ты в недоумении, кто такие Жевьен и Селеста.
– Мне все равно!
– Ты до сих пор ничего не поняла.
– Он покачал головой.
– Значит ли это, что в тебе до сих пор не открылись твои способности?
– Мои способности гроша ломаного не стоят. Я тут паренька одного знала, он мысли читать умел, вот это крутая способность, жаль что вы не знакомы. Хотя постой, так вы же знакомы, это ведь ты его опустошил, это по твоей вине он погиб!
Комнату наполнил глухой смех.
– Ты думаешь, я не знаю? Это ТЫ его убила. Убила... как его там... а Ларри! Ларри, бедный Ларри!
– Я не хотела этого.
– Конечно. А убивать остальных ты тоже не хотела? А чтобы погибли твои любимые ты ведь этого тоже не хотела?
– Остальные, как ты их назвал, хотели убить меня. А моих любимых...
– мой голос надломился - убил ты.
– Так ли это?
– Его губы тронула улыбка.
– Что ты имеешь в виду?
– А вдруг не все твои близкие погибли.
– Хватит лжи!
– Я не лгу.
Меня разрывало от противоречивых эмоций. Даже думая, что он лжет, во мне все равно зародилась надежда. Это не поддаётся контролю. Ты не можешь перестать надеяться даже, когда всё кончено. Вторая эмоция - ярость. Как он посмел вообще об этом говорить, лгать мне?
– Привет, сестренка.
Во мне всё похолодело. Как только голос дошел до моего сознания, дрожь прошла по всему телу, сердце забилось в миллиарды раз быстрее, а в голове словно эхом повторялось "Привет, сестренка".