Чтение онлайн

Ничего обиднее, чем слово "буржуй", я в то время не знал. Поэтому в один прекрасный день я подстерег Фараджа - сына батрака Ширина и отлупил его - первый раз в жизни я сам затеял драку. Отлупил как следует - парень ушел, размазывая по лицу кровь и слезы.

Вечером его отец с вилами в руках подскочил к нашему дому:

– Я тебе покажу, сукин сын!...
– орал он.
– Это тебе не старое время, буржуйское отродье!...
– И все пырял вилами в стену дома.

Папа спустился с лестницы.

– Ладно, Ширин, кончай! Мальчишки подрались, помирятся. Чего зря шуметь?

– Шуметь?!
– еще громче орал Ширин.
– Да я из вас дух вышибу!
– Он замахнулся на папу вилами, но тот перехватил их в воздухе и отнял у Ширина. (Я и не подозревал, что папа такой сильный!...) Вытолкал Ширина за ворота и вслед ему кинул вилы.

Я думал, Ширин схватит их и снова набросится на папу. Но он поднял вилы, отошел на почтительное расстояние и крикнул:

– Это вам не старое время!... Я вам покажу, буржуйское племя!... Насидитесь в тюрьме!

Но жаловаться Ширин не пошел. Мне папа не сказал ни слова. Мама же была в такой ярости!...

– Вырвал бы у подонка вилы да в брюхо ему!...
– Она закурила папиросу.
– На дом набрасывается, мерзавец!...

Я понимал, что такие, как Ширин, считают нашу семью врагами. Поэтому папа и не может устроиться на работу. Но какие же мы враги, какие мы буржуи, когда батрак Ширин живет теперь лучше нас? На перемене его сын покупает в лавочке груши и орехи, а мне тетрадь купить не на что, и обед у нас бывает не каждый день... "Знать бы, что купцы будут считаться врагами человеческими, никогда бы сохи не бросил", - вздыхал иногда папа.

Однажды посреди ночи к нам явились трое: светлолицый молодой чекист, приехавший из Баку, и двое местных, в том числе брадобрей Амрах, ставший теперь членом горсовета. "Ханум, - вежливо сказал маме чекист (отец был в отъезде), - поступило заявление, что вы скрываете большие запасы золота. Прошу вас, предъявите!".

Мама принесла ожерелье, несколько колец, медальон и наручные часики и положила на стол. "Это все?
– спросил чекист.
– Может быть, есть еще?" "Не верите - ищите!" - резко бросила мама. Я думал, чекист рассердится, но он вежливо спросил: "Почему вы прячете эти украшения? Носите". Мама не ответила.

– Врет она все, товарищ Джамилов! У них столько добра было!...

– Было!
– Мама не выказывала ни малейшей робости.
– Все украли, когда пришла эта власть!

– Врет!
– повторил Амрах.
– Разрешите обыскать, товарищ Джамилов!

– Не надо, - спокойно сказал Джамилов.
– И грубить тоже не надо. Тем более женщине.

Мама усмехнулась, бледная и негодующая:

– У нас его зовут "подлец Амрах". Хлебом не корми, только дай донос настрочить!...

Джамилов не стал продолжать этот разговор.

– Где служит ваш муж?
– спросил он.

– Нигде. Не берут его на работу.

– Почему?

– Вот у этих спросите!
– мама кивнула на Амраха.

– Сами вы грамотная?

– Грамотная.

– Надо работать, - сказал Джамилов.
– И вы, и ваш муж должны поступить на службу. У нас мало грамотных. А работа найдется для каждого честного человека.

Когда они ушли, мама взяла папиросу, долго сидела, думала... Потом сказала, как бы сама себе: "Нормальный человек этот бакинец....."

Пятый класс мы с Авазом окончили лучше всех. Летом отец отвез Аваза в Баку - учиться дальше. В нашем маленьком городе все, у кого была такая возможность, после окончания первой ступени школы везли детей учиться в Баку. Меня папа не повез, денег на мое содержание не было.

... Я поступил во вторую ступень у нас в городе.

1 Курдоба - курдская деревня.

2 Досл.
– чернявый.

3 Здесь и далее перевод стихов подстрочный.